Chinese salad

       Каждый шаг Чжэнтина сейчас — это недосказанность. Каждое его слово несет в себе половину правды: он закрывает эту правду в себе, прячет её в дальние углы, накрывает самой темной тканью, чтобы никто не смог её увидеть. В первую очередь он скрывает её от себя в надежде, что, не замечая, вскоре о ней забудет. Но стоит Минхао появиться в его поле зрения, как все надёжно скрываемое вновь лезет наружу. Стоит Минхао вежливо улыбнуться и сказать «привет», и Чжэнтину сдерживать себя становится невыносимо сложно, он балансирует на краю. Пружина нервов опасно натягивается.        Он пытается забыть его, забыть чувства к нему. Полностью. Да хоть сердце из груди — лишь бы не чувствовать ничего, когда видит его. Поэтому, когда Сюани, девушка с потока, признается ему, Чжэнтин предлагает ей встречаться. Она кажется такой счастливой, и Тину становится легче. По крайней мере, ему хочется так думать.        Сюани милая на самом деле. С ней весело проводить время, смотреть кино, ходить на глупые свидания, целоваться в фотобудках, кидать смешные селфи и кучу смайликов. Сюани беспокоится, когда он долго не отвечает, интересуется поел ли он, достаточно ли отдыхает, ходит на все репетиции и помогает с домашкой по экономике. Чжэнтину правда нравится Сюани, но сердце предательски колет, когда в коридоре университета видит знакомую макушку и слышит его смех.        Чжэнтин привыкает к ней и даже скучать начинает, когда Сюани уезжает к родителям на выходные. Но все ведь не может быть хорошо всегда?        Вечер идёт как по сценарию фильма про подростков: какая-то мутная вечеринка, пока родителей нет дома, чьё-то предложение сыграть в правду или действие, где можно выбрать только действие, тупые приколы, всем весело. А потом очередь доходит до Чжэнтина, глаза которого бегают по комнате лишь бы не смотреть на Минхао, что так (не)удачно сидит напротив. — Просто поцелуй человека, которого любишь, — выпаливает в ничто пьяный Ченчен. — Это скучно. — Откликается Цюаньчжэ. — Мы все знаем, кто это будет. — Тин скучный, задание соответствующее, — не унимается Фань, а Сюани, прижавшаяся к Чжэнтину, хихикает.               А Чжэнтина замыкает. Взгляд фокусируется совсем не на Сюани, взгляд скользит по рукам Минхао, медленно поднимается выше и останавливается на губах. Все смеются и подначивают, в голове полный кавардак, и он, аккуратно отпихнув девушку от себя, тянется прямо к нему. Три. Два. Один. Сердце застревает в горле.       Чжэнтин целует Минхао.        Антракт.        В зале полная тишина, и даже музыка не заглушает её. Все ошарашено пялятся, младший отталкивает его от себя. — Свихнулся? — Глаза у Хуана перепуганные и полные непонимания.        Точно. Свихнулся. Чжэнтин не знает, какими силами поднимает своё тело и убегает из комнаты, из квартиры, от проблем.        Пружина растягивается до предела. Пружина не выдерживает. Чжэнтин не выдерживает. Ломается.