Ссора.

- Повтори - почему мне нельзя использовать свои силы? - Люцифер напряжен. Вся его поза показывает как он раздражен: руки сложены на груди, а нога то и дело нервно постукивает по полу. - Я не говорю что нельзя, - мягко начинает Михаил, пытаясь вбить что-то мужу. - Я говорю что не стоит. Я говорю что мы должны пожить как люди. - Люди - ущербны! Ты хочешь чтобы я был таким же? Бесполезным? Ты ведь знаешь что без силы я - ничтожество. - Это не так, - произносит Майкл, как его прерывают: - Знаешь что, Миш? Я могу отказаться от Ада если ты пожелаешь, я могу отказаться от Небес, если ты попросишь, но сила.. Я - это моя сила. Без неё я никто и звать меня никак. Я не буду собой, Михаил. Я буду просто.. Просто.. Человеком! Жалким недо-человеком, недо-сатаной! - Люцифер... - Знаешь, Миш... Делай что хочешь! - Люцифер щелкнул пальцами и растворился. Михаил тяжело вздохнул. - Истеричка.. - он запустил ладонь в волосы, взъерошивая их.

***

Михаил сидит на диване и нервно ждёт своего супруга. Уже половина двенадцатого, а он всё не появился. Телевизор выключен, книга закрыта. Он просто сидит и ждёт. Как вдруг в коридоре он слышит неразборчивое бормотание. Архангел сразу вскакивает и бежит туда, откуда голос. - Люцифер, ты пьян? Сколько ты выпил? - спрашивает он, ещё не дойдя до нужного места. Как только он выходит в коридор, то видит красивого парня двадцати пяти лет. Белые и, наверняка, очень мягкие волосы спускаются до плеч, а глаза словно поглотили всё небо. Кожа белая, молочная. Не бледная, как у людей, нет. У него она чистая, просто прекрасная. Хочется дотронуться и проверить насколько она мягкая и нежная. - Пример-рно три бра.. Бара.. Вот, да. - парень проходит в гостиную и наклоняется к тумбочке, ища что-то. Через секунду он поднимается и достаёт их свидетельство о браке. - Что?.. - Удачных попыток вернуть меня без чека! - крикнул блондин и, спалив бумажку, испарился. Правда он так и не заметил слёз, что текли с того момента, как Михаил увидел его.

***

Михаил пытается воссоздать своё истинное обличье. Если у Люцифера получилось, то у него тоже получится. Не с первого раза, конечно. Попытки проваливаются и проваливаются. И вот - его первая удача. Он может держать облик не долго, минуты три, после чего тело распадается. На четвёртый раз тело держится около трёх часов, после чего он понял сколько силы нужно добавить, чтобы тело и выдержало эту силу, и не распалось от недостатка. На шестой раз у него получается его облик, настоящий. На секунду он поддаётся ностальгии, вглядываясь в своё лицо: карие, пока ещё не живые глаза, чем-то похожие на виски 30-летней выдержки, слегка вьющиеся волосы до лопаток, шатен. Кожа с легким загаром, будто он слишком часто проводил время на солнце. И он отпускает тело Адама. Он вселяется в своё тело, куда не нужно спрашивать разрешения. А ещё он чертовски устал. Он откидывается на диван и прикрывает глаза. Не спит - отдыхает. Ему нравится чувствовать своё тело, свой рост и свои черты. В теле Адама он был гостем, а сейчас он чувствует себя хозяином.

***

Глаза всё ещё прикрыты. Неизвестно сколько времени прошло - час, два, может три. А важно ли время? Он слышит шелест крыльев своего брата и открывает глаза. Прямо перед ним стоит Люцифер и из его глаз льются слёзы. Лицо ничего не выражает, но по щекам скатываются большие капли. Михаил поднимается и подходит вплотную к мужу, после чего заключает его в объятия. Он обнимает Люцифера. Он. Не Адам, не тело Адама, а он. - Михаил.. - Майкл реагирует на родной голос и оставляет невесомый поцелуй Люциферу за ухом. Нежно, аккуратно. - Михаил, прости меня, пожалуйста, - архистратиг хмыкает. Люцифер впервые за последнюю вечность просит у него прощения. Шатен берёт лицо Дьявола в ладони и большим пальцем вытирает капли слёз. - Я вернул тебя? - Ты меня и не терял, - Люцифер выдохнул и поцеловал Михаила. Он целовал так бережно, так, словно Михаил - хрусталь, а не воин. Падший проводил языком по ряду зубов, по небу и между губ. Не кусал, как это обычно бывает, не пытался показать или захватить власть. Поцелуй был соткан из облаков и солнца. Как только им пришлось прерваться, то Михаил выдохнул в чужие губы: - Между прочим - без чека. - Люцифер глухо засмеялся и вновь впился поцелуем.