Вспомни обо мне

Любовь — это дружба, положенная на музыку.

- Эдвард, завтра мой день рождения! Надеюсь, ты помнишь об этом? – игриво спросила я, поймав себя на мысли, что, пожалуй, это было похоже на флирт. - Что, серьезно?! Неужели завтра?! Черт, это совсем вылетело у меня из головы! – в притворном ужасе округлил он глаза и хлопнул себя ладонью по лбу, но тут же подмигнул мне и весело рассмеялся: - Белла! Ну, о чем речь?! Ты действительно думаешь, что я мог забыть?! Я сложила руки на груди и, прищурившись, посмотрела на парня: в его бронзовых волосах играли лучи редкого в нашем городе солнца. Вот уже в который раз я не смогла не удивиться тому, как же сильно он повзрослел за прошедшее лето. Эдвард Каллен был высоким, статным парнем с правильными чертами лица и глазами необычного серого цвета с черными вкраплениями, на свету эти крапинки вступали в игру с серым, что создавало иллюзию стального сияния... Изумляло то, что это стальное сияние не было холодным, оно грело… грело каждый раз, когда я смотрела в его глаза. Все девчонки нашей школы провожали Эдварда томными взглядами, явно мечтая получить статус его девушки. Люди часто не замечают того, что происходит у них под носом, вот и я прежде не обращала внимания на то, в какого красивого и очаровательного молодого человека превратился этот мальчишка. Но разлука длиною в три месяца заставила меня взглянуть на Эдварда совсем другими глазами. Все чаще я ловила себя на том, что стою и, словно завороженная, наблюдаю, как он проводит пальцами по своим непослушным волосам. Ох уж эти его тонкие, изящные пальцы пианиста… Мы не виделись с Эдвардом все лето, потому что меня отослали в Финикс к Филу - брату моей мамы Рене. Дядя Фил, конечно, был не самой лучшей компанией на лето, но, по крайней мере, не лез ко мне в душу. Каллен же ездил в Италию к своим родственникам, которые живут в Вольтерре. С Эдвардом мы дружим с детства, ведь наши родители жили по соседству. Карлайл - отец Эдварда - купил дом рядом с нашим, когда они всей семьей переехали из Сиэтла в Форкс. В то время Эдварду, как и его сестре Элис, было одиннадцать лет (они близнецы, хотя совсем не похожи друг на друга ни внешне, ни характерами). Доктор Каллен был и остается одним из лучших хирургов Олимпийского полуострова, так что, когда он перебрался в наш серый Форкс, местная больница с распростертыми объятьями приняла к себе на работу знаменитого хирурга. Теперь Каллены живут за городом, и мы не можем видеться так же часто, как раньше, но это не мешает нашим семьям по-прежнему поддерживать теплые, дружеские отношения. С самого первого дня учебы в нашей школе Эдвард произвел настоящий фурор. Уже тогда, в одиннадцать лет, он умел покорять женские сердца всех возрастов. История нашего знакомства до банальности смешна. На большой перемене мы с моей подружкой Джессикой пошли на ленч. Взяв свой поднос с едой, я направилась к нашему столику и, естественно, как в плохой комедии споткнулась на ровном месте и растянулась на полу перед самым носом новенького. Хуже момента я выбрать просто не могла! На глазах у всей школы я валялась со своим подносом и думала, что вот и настал конец моей жизни. Эдвард, как малолетний джентльмен, помог мне подняться и собрать остатки моей гордости, а заодно и моего ленча. Есть, конечно же, я уже не могла и, сгорая со стыда, поплелась на школьный двор. Там меня догнала Джесс и принялась успокаивать, сжимая мою руку и бормоча какие-то слова утешения. Погоревав над своей никчемной жизнью, мы с подругой отправились на урок английского. Джесс предпочитала сидеть с Майком Ньютоном, чтобы тайком любоваться им и вздыхать о том, какой же он красавчик, хотя лично я ее мнения не разделяла. Майкл казался мне неплохим мальчиком, но с совершенно заурядной внешностью. Я неторопливо, чтобы не дай Бог еще раз не споткнуться, прошла на свое место, уже успев привыкнуть к тому, что на этом уроке всегда сижу в гордом одиночестве. И вот он - закон подлости! В класс входит новенький Каллен и направляется прямиком в сторону моей парты! Он приветливо улыбается мне, от чего мое дурное настроение мгновенно улетучивается. Так мы и познакомились, с тех пор место рядом со мной принадлежало только Эдварду, да и вне уроков мы с ним постоянно держались вместе, словно сиамские близнецы. Начиная с того памятного дня, именно он стал поддерживать меня во время многочисленных приступов неуклюжести, а заодно и взялся за мою учебу… - Я надеюсь, что Элис ничего не выдумала на завтрашний день? – с подозрением спросила я Эдварда, очнувшись от внезапно нахлынувших воспоминаний. Тут следует упомянуть о том, что его сестра – это скопление невероятных идей и солнечных батареек, которые никогда не садятся. - Не могу тебе ничего гарантировать, - напустив на себя загадочный вид, ответил Эдвард. - Это же Элис! Непредсказуемость - ее кредо, и нам приходится мириться с этим. Эдвард притворно вздохнул, но по его тону сразу становилось понятно, что, на самом деле, он любит свою сестру и даже гордится ею. - Моя мама хотела приготовить небольшой ужин и пригласить вас к нам, - робко начала я. - И ты считаешь, что Элис этим удовлетворится?! – перебил меня Эдвард, жестом указывая на сестру, летящую в нашу сторону. - Белла, - с ходу застрекотала она, едва не сбив меня с ног, - завтра ты с родителями приходишь к нам! Это было сказано настолько безапелляционно, что я так и застыла с открытым ртом. Поцеловав меня в щеку, Элис упорхнула, крикнув на прощанье: - Завтра в семь, прошу никого не опаздывать! Кстати, ответ «нет» не принимается! Вот уже много лет, как Элли стала моей лучшей подругой. Она напоминала изящного чертенка с бесенятами в ясных серых глазах, каскад каштановых кудрей полностью закрывал ее спину, а за легкость и скорость движений Элис получила прозвище «ураганчик». Эта коротышка пользовалась невероятным успехом у противоположного пола, но сама не воспринимала всерьез ни одного ухажера. - Интересно, а мама уже в курсе того, что день рождения её дочери отмечается в другом месте, а не у нас дома? – спросила я, уже заранее зная ответ на свой вопрос. - Ну, скорей всего, Элис не упустила возможности заглянуть в ваш дом и порадовать Чарли своим присутствием, - словно прочитав мои мысли, протянул Эдвард, даже не пытаясь скрыть улыбку. - Надеюсь, что Чарли не растекся по полу, как кисель, и смог воспринять всю информацию, - закатила я глаза. - Рене, наверняка, помогла ему прийти в себя, - усмехнулся Эдвард. Дело в том, что мой отец питал большую нежность к Элли, и всякий раз при её появлении пытался окружить заботой наш «ураганчик». Маму это очень забавляло, она никогда не упускала возможности подколоть отца его маленькой слабостью. - Ладно, Эдвард, надо отправляться домой. Еще Чарли в чувства приводить, потому что мама одна может не справиться, - усмехнулась я. - Да она и сама, наверняка, еще не совсем отошла от такой новости. Мы сели в «Volvo» Эдварда и направились в сторону моего дома. Надо отметить, что Каллен очень любил быструю езду, но водитель из него вышел весьма умелый, так что ездить с ним было совсем не страшно, а даже приятно. - Не забудь, что с тебя подарок! – ткнула я пальцем Эдварду в грудь, когда он ловко припарковался возле моего дома. - Он готов, надеюсь, тебе понравится, - загадочно улыбнулся Каллен, перебирая пальцами длинные пряди моих волос. - И что же это? – недоуменно захлопала я ресницами, словно глупая Барби. - Ну уж нет, Белла, жди до завтра! – лукаво прищурив глаза, усмехнулся Эдвард. - Я же умру от любопытства! – воскликнула я, нетерпеливо заерзав на переднем сидении его автомобиля. - Только попробуй, иначе ты так и не узнаешь, что это за подарок! – строго погрозил он мне пальцем. - Ладно, так и быть, не буду, - согласно кивнула я, хватая его за палец, - надо же узнать, что ты там выдумал! - Тогда до завтра? – спросил Эдвард. - До завтра, - подтвердила я и вышла из машины. Я зашла в дом, задержавшись на крыльце, чтобы помахать Эдварду на прощание и услышать, как он просигналит мне в ответ. Я бросила рюкзак на пол возле двери и взглянула на свое отражение в зеркале: пожалуй, слишком худая, даже немного угловатая фигура, бледная, почти прозрачная кожа, ничем не запоминающееся лицо. Хм, чем же я могла бы похвастаться? Разве что густыми длинными волосами, которые слегка завивались на концах, их каштановый цвет хорошо гармонировал с моими зелеными глазами… вот, кажется, и все… Да уж, этого, определенно, недостаточно для того, чтобы Он обратил на меня внимание как на девушку… Эх, Белла, о чем ты только думаешь?! Я вздохнула и поплелась в свою комнату.

***

POV Эдвард Я подождал, пока она скроется в доме, и тронулся с места. Вот уже несколько дней, как все мои мысли вертелись вокруг подарка, что я приготовил для Беллы. Завтрашний день должен многое изменить, как я надеялся, в лучшую сторону. Столько лет я свято верил в дружбу между мужчиной и женщиной, в нашу с ней дружбу. Теперь же я понял, что это совсем другие чувства. Как и когда наша дружба переросла в нечто гораздо большее? Я не знал ответа на этот вопрос. Просто этим летом, гуляя по старым улочкам Италии, я вдруг поймал себя на том, что невыносимо скучаю по Белле. Мне хотелось, чтобы она была там со мной, хотелось взять ее за руку и провести по своим самым любимым местам Вольтерры. Я хотел бы увидеть, как палящее итальянское солнце будет отражаться в прекрасных зеленых глазах Беллы и играть бликами в густой волне ее каштановых волос, а она будет забавно щуриться и улыбаться мне. При мысли об этом у меня возникло непреодолимое желание станцевать с ней танго или румбу прямо на площади деи-Приори, и пусть бы все любовались ее ладной фигуркой с точеными плечами, тонкой талией, приятной округлостью груди, бедер и длинными ногами с изящными щиколотками. А я бы гордился, что кружу в танце с самим воплощением хрупкости и нежности, будто искусный мастер сотворил совершенную фарфоровую статуэтку и дал мне возможность подержать ее в руках. С каким же нетерпением я ждал начала учебного года, чтобы снова увидеть Беллу! Но, как оказалось, был не вполне готов к этой встрече. Стоило ей появиться на горизонте, как мое дыхание перехватило, а сердце затрепетало в груди. Сама того не осознавая, Белла была одним из самых красивых созданий, что я когда-либо видел в своей жизни, и, уж конечно, она была прекраснее всех итальянок, вместе взятых. С тех пор я каждый день обдумывал, как бы мне дать ей понять, что в действительности я испытываю к ней… Завтра… может быть, завтра…