Сейчас я не убегу.

— Ты точно уверен, что хочешь пойти со мной в неизвестность? — Клементина взволнованно сжимает кулаки, садясь рядом с Луисом на кровать. — Можешь спросить хоть тысячу раз, я отвечу тебе одно и то же. Можешь прочитать по моим губам… — парень склонился над опечаленной девушкой и прижал к себе за тонкую талию. Горячие губы нашли друг друга и пара слились в необыкновенном поцелуе. — Я никогда тебя не оставлю… — шептал Луис между жаркими поцелуями. — Даже если ты сама этого захочешь, ясно? — Так будет даже лучше… — дыхание Клем становится поверхностным и прерывистым, а воздух накаляется до невозможной температуры. Она никогда такого не испытывала. Это похоже на голод, но немного иной. Голод… Другого рода. Все, чего хотелось — это никогда не отпускать рук Луиса и вечно целовать его губы. Горячие ладони парня приятно сжимали девичьи бедра, пока Клементина тонкими пальцами изучала кофту, все время скрытую под пальто. Все вмиг стало новым и неизведанным. — Луис… — прошептала она, когда родные губы коснулись шеи. Мгновение и девушка падает спиной на тонкую подушку, прижимаемая сверху крепким телом парня. — Пообещай, что никогда больше не будешь принимать такие решения, не посоветовавшись со мной, — парень резко останавливается и смотрит прямо в затуманенные глаза возлюбленной. — Я обещаю тебе. Клянусь, Луис, — Клементина крепко хватает парня за воротник кофты и притягивает к себе. — Теперь все, что произойдёт со мной будет касаться и тебя… — Любая мелочь или мысль… — шепчет он. — Любое решение… — продолжает она. — Самый маленький пустяк, все будет между нами, верно? — Луис краснеет и снимает с себя кофту, открывая вид на кубики пресса. — Верно… — извернувшись, Клем медленно стягивает с себя футболку и крепче прижимается к обнаженному мужскому торсу. — Навеки… Тонкие пальцы Луиса медленно скользят по опаленной жаром коже любимой. Задержавшись на выпирающих ребрах, он резко цепляет потрепанный бюстгальтер и с наслаждением откидывает его в сторону. Да, именно так он себе это представлял. — Если я продолжу, то ты не сможешь убежать, — парень нежно целует острые ключицы и опускается все ниже. — Сейчас я не убегу… — тихий стон девушки разрывает напряжённый воздух на мелкие кусочки. Это словно дало Луису второе дыхание. Коснувшись кончиками пальцев возбужденной груди, он услышал ещё более громкий вздох. Это было похоже на игру на идеальном пианино. Стоило нажать на одну из «клавиш», как самый лучший инструмент издавал кристалльной чистоты звук, заставляя играть все больше и больше. — Не останавливайся… — продолжала шептать Клементина, зарываясь пальцами в спутанные дреды. — О, Луис. Найдя пряжку ремня меж двух спутанных тел, девушка с нетерпением потянула джинсы вниз, но её остановили тёплые губы на шее. — Не торопись… — парень слегка прикусил нежную кожу, заставляя волну мурашек пронестись по полуобнаженному телу любимой. — Дай насладиться этим… Если до этого в голове Клементины и оставалась капля рассудка, то теперь все испаряется под сильными руками Луиса на её бёдрах. Нет больше ничего: ни страха, ни боли, только он, она и этот прекрасный вечер, которые подростки точно запомнят надолго. Впервые вечно боевая девушка хотела оказаться слабой. Впервые она не думала о последствиях, а просто отдавалась моменту. Да будь что будет. Губы разомкнулись и из горла Клементина вырвался первый громкий стон. Заалев, девушка с силой прикусила губу, пытаясь сдержать звуки наслаждения, но парень протестующе прикусил смуглую кожу на её груди. — Я хочу слышать тебя, — тонкие пальцы Луиса скользнули по внутренней стороне бедра, заставляя Клем испуганно сжать ноги. — Я хочу чувствовать тебя. Полностью чувствовать, Клементина. Эти ощущения волновали её. Тянущий жар внизу живота становился все уничтожительней, заставляя последние крохи здравого рассудка раствориться в истинном желании. Да, ей было страшно. Но она была готова побороть все свои страхи рядом с этим парнем. Ласки медленно перетекали все ближе к изнывающей плоти. Клем уже не сдерживала себя, чередуя глухие стоны с сиплыми вздохами. Глаза застелила белая пелена и все, что она видела — это карие глаза, ставшие такими родными. Теперь Клементина понимала Люка и Джейн, уединившихся в самое неподходящее для такого время. Эти чувства нельзя передать, их нужно ощутить. Ощутить прохладные пальцы на коже, ощутить чужое тело так близко к своему. Но это непозволено никому. Только Луису. Только он может так касаться её. Касаться везде. — Клем, сейчас будет больно, — прошептал парень, проводя пальцами там, где девушка никогда себя не касалась. — Я люблю тебя. — И я… люблю тебя… — тяжело выдохнула она и сжала крепкие плечи. Луис видел, что ей страшно, но уже не мог остановиться. Как только он впервые увидел Клем, то сразу же почувствовал те штуки, которые взрослые называли гормонами. Но тогда он не дал им выхода, зато сейчас они в полной мере овладели молодым телом, позволяя ему делать то, чего он никогда бы себе не позволил в любой другой момент. — Черт, Луис! — Клем болезненно зашипела, когда почувствовала внутри себя что-то твёрдое, совершенно непривычное. Слезы скопились в уголках глаз, а рот открылся в немом крике. Такую боль Клем ещё не ощущала. Она была острой, стремительной, совершенно непохожей на остальную. — Тише, тише, я с тобой, — быстро шептал Луис, целуя резко побледневшие щеки. Его тело просило ещё. Оно хотело быстрее, яростнее, но он остановил себя. Сердце парня отбивало невиданный танец, когда он понял, что причил боль той, что дала ему веру в себя и в жизнь. Но назад дороги уже не было. — П-продолжай, — сквозь дискомфорт выдавила она и впилась в его губы так, как никогда не целовала до этого. И он продолжил. Сначала медленно и размеренно, он с изумление наблюдал, как на лице Клем проскальзывал весь спектр эмоций. Боль, страх и… Её тёмные глаза снова загорелись желанием. Боль начала притупляться и через несколько минут от неё остался лишь слабый отголосок. Движения становились все увереннее, быстрее, горячее. Их больше ничего не сдерживало, ничего не разделяло. Тело к телу. Кожа к коже. Сердце к сердцу. Неожиданно жар вспыхивает с новыми силами и глаза Клем против воли закатываются. В последний раз припадая к тёплым губам, она устало опадает на подушку и прикрывает веки. — Прости, — шепчет Лу, удобно устраивая девушку на своей обнажённой груди. — Я не… — Чш-ш-ш, — Клементина прикладывает палец к его губам и получает почти невесомый поцелуй. — Не думай об этом так. Все хорошо, Луис. Кажется именно в этот вечер они и стали самыми близкими людьми в этом никчемном мире… Теперь они — одно целое и никто не сможет это изменить.