Его Сталкерша

Спустя 2 месяца Как и предсказывал доктор, операция не поставила Чонгука снова на ноги. Тут поможет только чудо, но в него парень уже не верил. Еще недавно он был способен делать многие вещи, а сейчас их количество сократилось в два раза. И он понял, что до многих предметов быта попросту не дотянуться, если ты сидишь в инвалидном кресле.  Ему помогали со всем и всюду. После операции у него был реабилитационный период, по несколько часов на дню проводил в специальном зале. Заставляли через боль и слезы выполнять каждое упражнение. Никогда он еще не ощущал себя настолько слабым, все давалось с трудом. Стыдно, когда медицинский работник помогает тебе залезть в ванну. И только спустя время, когда его тело окрепло, парень был в состоянии часть дел делать самостоятельно.  К нему постоянно приходил Тэхен, подбадривая своими историями из универа. Все передавали пожелания скорейшей поправки.  — Девчонки так ревели из-за тебя, — делиться друг, заваливаясь к нему на кровать.  — Посмотрим, буду ли я им нужен в новом виде, — фыркает Чон и морщится. — Ну, Рози точно нужен. Она так рвалась к тебе, но ты ее не пускал. В чем дело? Он бы и сам хотел это знать. Ждал, как она поведет себя. Не хотел никому показываться, только сидеть, чтобы никто не лез и не жужжал под ухом. Только родители и друг, который силком пробрался в палату, не желая уходить. Голова не переставала думать, пытаясь найти выход из этого ужаса, никак не желая соглашаться с ним.  — Мне нужно время, — дает короткий ответ. — Да. Но не забывай, что жизнь идет дальше, несмотря на произошедшее. Ты должен найти себе новое увлечение, которое заставит твое сердце снова дрогнуть, — Ви хлопает его по коленке, давая понять, что он рядом.  Чонгук это понимал и сам, но ничего пока поделать не мог.  Из больницы его забирали отец с матерью на инвалидном кресле. Он был рад наконец оказаться не внутри этой больницы, где жизнь замирала. На улице все шло своим чередом, быстро и без него.  — Почему ты не хочешь поехать к нам домой? — спрашивают его, когда сажаются в машину. — Мне надо научиться жить одному. Если останусь у вас, то вряд ли уже потом уеду, — морщится Чон, смотря в окно на спешащих по своим делам людей. Он бы и сам сейчас куда-нибудь убежал, далеко и надолго. — И там будет Рози, если что она поможет, — в раздражении сминает губу. Не в его характере быть слабым и просить помощь, но все меняется. — Ты в любой момент можешь позвонить нам и мы приедем, — обещают ему.  — Знаю, — искренне улыбается им.  В квартире его встречает девушка с мокрым от слез лицом. Она бросается к нему на шею, падая на пол, и целует в губы. Жмется, ластится. — Ты вернулся… я так ждала, — снова начала плакать. — Почему же ты не разрешил к себе приходить? Я так скучала, — гладит его по рукам, но потом бережно касается его ног. — Я дал тебя время уйти, если захочешь. Но ты все-таки осталась. Спасибо, — он берет ее ладонь в свои и нежно целует.   Получает слабый удар в грудь. — Дурак! Как ты мог подумать о таком? — хмурится девушка, но в итоге все равно смеется. — Пошли кушать. Ради него она тренировалась готовить, чтобы хоть чем-то порадовать. Они оба знали, Чон в коляске навсегда. Обсуждать эту тему не хотели, надеясь, что в их случае чудо может случиться.  — Я люблю тебя, — шепчет парень ей на ушко, прижимая к себе под бок ближе. 

***

Пэй старательно нарезает овощи. Уже несколько раз порезала пальцы, желая сделать все идеально. Она волновалась. Сегодня Чонгука выписывают из больницы, и завтра он сможет появиться в университете. Если ей удастся увидеть его, она будет счастлива. Хоть глазком посмотреть на него снова, ведь столько времени прошло. Сколько слез она пролила у себя в комнате, когда узнала, что на ноги он не встанет. Как тяжело ему сейчас приходится. — Для Чимина готовишь вкусности? — интересуется бабуля, входя на кухню. — Нет, — отвечает, не думая. — Пэй… — обнимает внучку женщина. — Это для Чонгука? — тихо спрашивает ее, чтобы не спугнуть. Девушка мнется, не в силах соврать. Бабушка уже давно знала о ее любви к одному мальчику. — Не могу ничего не сделать для него. Хотя бы так поддержу, — вытирает слезы рукавом кофты. — Ты молодец, — целует внучку в щечку.  Завтра перед лентой она положит еду для Чона на стол. Он не увидит этого… И Пак не должен ничего узнать.