Жизнь после Смерти, или Восстав из пепла: Новый Огонь

Старый друг

*От моего лица*        На следующий день после собрания Совета Хранителей, Вика вновь вытащила нас на улицу. Я, конечно же, настояла на безлюдном месте. Ребята расспрашивали меня что и как там было, а я неохотно отмахивалась — мол, ничего интересного.        Вдруг всё вокруг почернело…  — Тьма? — спросила я, оглядываясь по сторонам.  — Малышка Аликис, сколько лет прошло? Или, может быть, одно мгновение? — спросил знакомый голос, и я посмотрела вперёд.  — Плэндор! — моей радости не было предела! Это он!        Я сразу ринулась к ржавому доспеху и обняла его, несмотря на грязь. Остальные же насторожились от его появления: Эндер стал драконом, а Визер оголил клыки и показал шипы, закрывая собой Вику — но все были поражены моей реакцией, в том числе и воин.  — Я тоже скучал по тебе… — он аккуратно взял меня за плечи после неловкого замирания, а потом поднял голову на шипение Эндера. — Спокойно, щенок, Тьма не дала бы мне с вами встретиться, если бы я хотел вам навредить.  — Я не щенок уже, — фыркнул дракон, становясь человеком, и спокойно улыбнулся.  — Это мы ещё посмотрим, — Плэндор покачал головой, а потом высвободился из объятий и взял меня за подбородок. — Аликис, что с твоими глазами?  — Не выделяться же? — я показала ярко-голубые глаза, отпуская его и отряхиваясь.  — А можете объяснить нам, что происходит? — спросил Визер, который застал не лучшие года правления Плэндора.  — Ах да, — я неловко улыбнулась, поворачиваясь к «новеньким». — Это Плэндор — мой первый враг, которого я помню, и пред-предшественник.  — И ты так этому рада? — удивилась Вика.  — Потому что не враг, — Эндер пожал рыцарю руку. Он всегда уважал Плэндора и тоже видел, что тот творил зло не по своей воле.  — Я всё равно ничего не понимаю, — нахмурился Визер, но спрятал клыки и шипы. — В моей памяти, Вы показали себя не в лучшем свете.  — Плэндор делал это не по своей воле, — я заступилась за старого друга.  — Но это не очищает мою честь… — воин взял меня за плечо, вновь качая головой, я обняла его, я скучала по нему… Плэндор вздохнул и после паузы сказал: — Аликис. Я здесь для того, чтобы предупредить тебя. Ты же должна понимать, что Валдору не сидится на месте.  — Ррр… — рыкнула я, отстраняясь. — Почему он не уймётся?  — Потому что он упёртый баран. Могла бы это уже понять.  — Я давно это поняла, но нельзя же быть настолько упёртым?  — Для него нет запретов. По крайней мере, он не хочет слушать то, что противоречит его мнению. Так вот, Валдор пробудил меня и отыскал Нарену, чтобы избавиться не только от тебя, но и от Совета.  — «Нарену»? Что это такое? — спросил Эндер.  — Восьмая ведьма в Ордене, — ответила я.  — Которую я свергнул когда-то, и которая положила на тебя глаз, — добавил Албэр старший, обращаясь к Эндеру. — Стервой была, стервой осталась. Поэтому делайте с ней что хотите, мне нет до неё дела. А Валдора не смейте убивать — я сам с ним, гадом этим, разберусь.  — Ничего не могу обещать, — я развела руками.  — Я понимаю тебя: мне самому хочется размять кулаки об его лицо, особенно, когда Тьма рассказала, что из-за него я начал свою тиранию. Но он мой брат — поэтому я беспокоюсь за него, согласно Кодексу. И я попытаюсь хоть как-нибудь его облагоразумить.  — То есть, если брат предал Орден, то ты всё равно должен оберегать предателя? — спросил Визер.  — Нет, я должен вернуть его на Истинный путь, в противном случае я сам должен вершить над ним суд. Но сейчас моя задача защищать вас обоих. Так вот. Валдор вновь собирается изматывать тебя и подорвать авторитет Совета Хранителей. У Нарены нет счетов с тобой, поэтому, скорее всего, она будет воевать с Советом Хранителей, но будет помогать Валдору. К слову, она сильная, но не менее самовлюблённая и недальновидная. Сначала они избавятся от твоих «покровителей» — от Совета: сместят старых, поставят своих. Потом начнут захватывать миры, а тебя изматывать. У Валдора могут быть козыри, но я не думаю, что он умело ими воспользуется. Но если сможете, подыграйте, чтобы он потешил своё самолюбие и потерял бдительность.  — Свержение Совета — это серьёзно, — задумалась я. — Вы сам Совет-то предупредили?  — Нет. Чем меньше людей знает, тем меньше шанс того, что меня заподозрят в том, что я сдаю вам планы Валдора, — Плэндор отрицательно помотал головой. — Тьма намекнёт Совету, но как обычно в своей далёкой манере. Валдор ещё думает, что я под его дурманом, поэтому я пользуюсь этим.        Я молча обняла воина. Я хочу, чтобы всё это закончилось. Но я хочу слишком много…  — Вытерпим… — он погладил меня по голове. — Вытерпим.  — Эх… — я сделала глубокий вдох, когда Эндер положил свою руку мне на плечо, и отпустила воина. — Народ, вам не кажется, что события слишком быстро набирают обороты? Я отказываюсь работать в таких условиях. Я требую отпуск!  — Ишь ты чего захотела! — засмеялся Эндер, обнимая меня за плечи, остальные улыбнулись.  — Но я вас предупредил, теперь вы будете вести себя осторожнее, — подытожил Плэндор, — Я буду говорить вам о его планах через Тьму. Но и вы делайте вид, что ничего не знаете.        Я понимала, что вечно говорить мы не сможем, и кончиками пальцев коснулась ржавчины доспеха, но рыцарь заблокировал мою магию.  — Не заслужил, чтобы они вновь сияли, — он взял мою кисть, — я так-то не достоин носить эти доспехи.  — Тогда почему Вы их не снимите? — спросил Визер.  — Если бы я мог… — Плэндор поднял забрало (откидная часть шлема) и я впервые увидела черты его лица.        Сразу же в глаза бросились обгоревшая кожа и отсутствие носа, потом я посмотрела на глаза: они были чёрными, но сквозь маленькие трещинки, словно магма, пробивался огонь.  — Так ты человек или кто? — спросил Эндер, всматриваясь в лицо.  — Я был человеком, но сейчас я не знаю кто я, — воин опустил забрало, смотря на руку. — Во всяком случае, Феникс даровал мне, как и всем Фениксам-Хранителям, относительное бессмертие: не нужен сон и пища, мы живучее представителей своего вида, хотя неизвестно на сколько, но мы умрём, если нас убить.