У кота нет никакого плана

март 2015 г.

Вид из окна все равно казался Брайану странным. Даже после стольких лет. Он не привык видеть фонарь сверху, видеть дома так далеко. К виду из окна первого этажа он привыкал годами. Сидел с бутылкой светлого пива, рассматривая дома и прохожих. Теперь у него совсем не оставалось времени на это, и в окно он выглядывал редко. Они переехали в освободившуюся квартиру на третьем этаже, когда Пенни исполнилось полтора года, и ей потребовалась отдельная комната. Но это все равно оставался этот дом, это место. Такие знакомые люди вокруг и магазинчики, которые Брайан мог найти с закрытыми глазами, отсчитывая шаги. Здесь даже планировка была похожая. Только на комнату больше. Стелла мечтала о своем доме. О спальне для каждого ребенка, кабинете для него и для себя, где они могут прятаться от реальной жизни в своих хобби. Предлагая свои варианты с сайтов по недвижимости, он не задумывался о том, насколько всерьез она воспринимает это. Не задумывался, пока та не повезла смотреть дом. Это было бунгало с тремя спальнями, садиком и качелями на заднем дворе, которые подкупили их сразу же. Чертовски огромная кухня-столовая, три ванные. Так прекрасно и так далеко. Брайан смотрел в окно, сидя на дурацком розовом стульчике. Все всегда находили ужасно милым, когда он взгромождался на него, потому что большой дядя и детский стульчик это прикольно. Но только он чувствовал себя моржом на крошечной льдине. Он смотрел и старался впитать этот вид, это ощущение. Не совсем знакомое и привычное, но отдающееся ностальгией где-то внутри. Он жил в этом доме столько лет, так привык тут ко всему, что даже мысль о том, чтобы покинуть его, казалась трагичной. Брайан обернулся. Пенни пришлепала обратно, вооружившись розовым плюшевым котенком, без которого не могла заснуть. У него не было имени, это был просто Котенок. Она не хотела его придумывать. А он испытывал острое чувство каждый раз, когда она игралась с ним. Кот не появился ни разу за прошедшие годы. Может быть, его кто-то все-таки прикончил. Может быть, он счастливо женился на какой-нибудь африканке и поселился с концами в Сьерра-Леоне. Может быть, он не нашел его новую квартиру. Ну это точно вряд ли. Брайан ощущал грусть иногда. Столько раз прокручивая в голове последнюю их встречу, он представлял, как бы она могла окончиться. Как пройти. Что он должен был сказать, чтобы не отрубать это так бесчестно и некрасиво. Может быть, Коту нужна была помощь, а он не понял и не захотел понять? У него было время поразмыслить об этом. — Папа, про Дымку, — напомнила о себе Пенни, показывая ему свою любимую книжку. Уже изрядно потрепанную, с такой засаленной обложкой, что с нее можно жир на свечи собирать. Брайан ее читал столько раз, что мог назвать, на какой странице какая строчка. — Ты ее наизусть знаешь, — заметил он, но послушно взял ее из рук Пенни. — Да. Когда я сплю, я сню, что я Эми. Мне нравится. Мы купим кошечку? — Слишком сложный вопрос для вечера, Эми. — Брайан погладил ее по голове, надевая очки. — Какую главу будем читать? Последнюю, всегда последнюю, где Дымка находит свою семью и все счастливы. Пенни заснула на второй странице, обнимая Котенка и держа во рту краюшек его уха. Набегалась за вечер. Брайан думал посидеть здесь еще немного, посмотреть, как она спит, но в комнату заглянула Стелла, постукивая костяшками по косяку двери. Он отложил книгу на столик и поднялся, следуя за ней. Стелла накинула куртку. Она не сходилась на ее животе, но Стелла говорила, что это так и задумано. — Куда это ты собралась? — спросил он. — По мужикам, — пошутила она. — А, может, и по бабам. Посмотрю, как вечер пойдет. — Смешно, — улыбнулся он. — А серьезно? — А серьезно у нас сработала сигнализация, мне нужно съездить проверить. — Опять? — Опять. — Снова окажется, что кто-то просто не закрыл окно. — Скорее всего. Стелла влезла в лодочки с бантиками и критически осмотрела себя в зеркале. Брайану нравилось наблюдать, как она прихорашивается. — Напомни, почему это всегда должна быть ты? — Потому что я живу ближе всех. — Нечего было набирать сотрудниц из пригорода. — Мы тоже живем в пригороде. Но это не надолго. Она потянула к нему щеку, чтобы он поцеловал ее напоследок, но ее прервала трель дверного звонка. К ней все время кто-то являлся. У Брайана никогда не было столько посетителей. Но этот был точно его. У Брайана похолодело все внутри от странного вихря чувств, в котором он не мог разобраться. Человек в дверном проеме выглядел иначе. Но это определенно был Кот. — Здравствуйте, — поздоровалась Стелла, неуверенно поворачиваясь к Брайану. — Здравствуйте. — А вы?.. Кот тоже посмотрел на него. — Я — приятель Брайана. Надо было предупредить о своем приходе. Вы куда-то собираетесь? — Брайан, это твой приятель, — повторила Стелла, ехидно глядя на него. Может быть, на его лице было слишком много всего. — Ты знаешь своего приятеля? — уточнила она. — Да, это… Джон. — Ты о нем не рассказывал. — Рассказывал, ты забыла. Он не знал, зачем это сказал. Стелла не стала продолжать беседу. — Мне нужно отскочить, — зачем-то начала она оправдываться перед Котом. — Но если вы меня дождетесь, я с удовольствием познакомлюсь с приятелем Брайана. Он никогда не знакомит меня со своими друзьями. — Это для твоего же блага. — Да, конечно, — согласился Кот. Брайан чувствовал, что надо просто схватить Стеллу и заставить ее остаться. Или уйти с ней. Или сказать, что он сейчас не может. Но это вызовет только больше вопросов, позволить которые он себе не мог. Стелла поцеловала его в уголок челюсти и забрала свою сумочку. — Я быстро, — пообещала она. — Дождитесь меня, Джон. Закрыв дверь, Брайан слушал ее шаги по коридору и лестнице, пока они не стихли. Ощущал ли он в себе силы, чтобы развернуться? После стольких лет? Нет, не совсем. Совсем не совсем. Кот изменился. Меньше походил на того гибкого молодого человека, всегда в черном и узком, чтобы казаться незаметнее, чем есть. Кожа его уже не хранила болезненную бледность, а волосы оказались острижены так коротко, что не было заметно, будто они когда-то вились. Брайан смотрел на него и думал, что он, верно, тоже не выглядит, как раньше. Ему было уже под сорок, и он также не мог оставаться прежним. — Привет. Пират. Впервые за их встречу Брайан просто боялся его коснуться. Это было странно. Словно он совсем чужой. — Привет, Кот. Брайан сунул растерянно руки в карманы. От этой привычки он не избавился. — Не думал, что увижу тебя еще. — Я сам не думал. Не думал. — Недалеко же ты переехал, — улыбнулся Кот нерешительно. — Всего на пару этажей вверх. Я быстро тебя нашел. — Хм, да. — Брайан прищурился. — Года три назад сюда съехали. Перестали там помещаться. — Ого, — Кот кивнул с долей уважения, — так у тебя теперь есть дети? — Да. — Он против воли улыбнулся от этого факта. — Дочка. Пенни. — И, похоже, ждете еще. — Да. Мальчика. Кот тихо рассмеялся. — Черт, Пират, двое детей. М-м… поздравляю. — Спасибо. — У тебя очень красивая жена. — Я знаю. — Ты тоже. Без этой мохнатки на лице. Брайан потер щеку. Он посмотрел на темную дверь кухни и неловко махнул в ту сторону. — Ну, не стоять же нам тут в коридоре. Может, ты есть хочешь? — Нет, я сыт. — Странно. Кот шаркал за ним по коридору на кухню безмолвно. Брайан все ждал, ждал, что он скажет что-нибудь. Зачем он пришел. Чего он хочет. После такого долгого перерыва… как он мог быть уверен, что Брайан захочет его видеть? Кот сел на стул у окна, оценивая вид сверху. — Да, сюда я бы точно не забрался, — пошутил он, поднимая глаза на Брайана. Они стали старше. Все они. — Мне сейчас столько же, сколько было тебе, когда мы познакомились, — внезапно сказал Кот, вновь отворачиваясь к окну. — И я начинаю тебя понимать. Чувствую себя старым. — Ну, а я себя старым уже не чувствую. Брайан поставил чайник, хотя не знал, будут ли они что-то пить. Но если и будут, это будет только чай. Только чай. — Тебе нравится твоя жизнь? — Нравится, — Брайан вздохнул, — и намного больше, чем когда-либо. Я никогда не думал, что способен ею поделиться с кем-то. Так. — Значит, она — твоя судьба. — Думаю, да. Брайан закусил губы. — А как ты? — По-разному. — Не женился? — В этот раз нет. — А парень или девушка? — Сложно сказать. — Ты не меняешься. — Скажи это моим морщинам. Брайан присмотрелся к нему. Очки он оставил там же, где и книгу про Дымку. Кот казался ему еще более расплывчатым пятном, чем раньше. Еще меньше ясности. Забавно. — Нет у тебя никаких морщин. — Я могу показать. Скрипнул стул. Может быть, Кот и планировал ему что-то показать. Но пока он просто обнимал его, обвив руками и уткнувшись лицом в грудь. Брайан неловко обнял его в ответ. У него колотилось сердце. Он не знал, что нужно чувствовать. Но чувствовал что-то. — Я так скучал, так скучал по тебе, — прошептал Кот, целуя его в губы. — Я знаю, что не должен был приходить. Брайан опустил голову, упираясь носом ему в плечо. Он пах по-прежнему. — Так почему ты пришел? — прервал его Брайан, не давая целовать себя. — Просто оказался здесь. И подумал зайти. — Зачем? — Не знаю. Просто. Я всегда так делаю. Всегда, понимаешь? И это было правдой. Единственной неизменной. Кажущейся такой невозможной все это время, не вписывающейся ни в одни рамки и не поддающейся никакой логике, но очевидной и понятной сейчас. У Кота нет никакого плана и никогда не было. Он делал что-то, потому что ему так хотелось. Он не смотрел вперед, не оценивал последствия своих поступков и уж точно не выстраивал никакой коварной стратегии. Брайан засмеялся от этой мысли. Столько месяцев и лет он думал, что у Кота что-то на уме. Все это было глупостью. Кот оплел его руками, просовывая их под ткань, чтобы дотронуться до кожи и согреть их. — Кот. Нет. — Я не… — Кот вцепился в его плечи, как будто заранее знал, что его оттолкнут. — Я не пришел сюда трахнуться, если ты об этом подумал. Мне просто холодно. — Спасибо. Хотя бы одну причину, почему ты пришел, мы можем отсечь. — Две. Я не голоден. Он отпустил его сам, отходя к окну спиной. Кот оглянулся, как будто стоял перед пропастью, в которую намеревался прыгнуть. — С каждым разом, — протянул он медленно, — я все меньше нужен тебе. В твоей жизни совсем не остается места. Нет места для лишнего. Наверное, это хорошо? — Не могу сказать. — Однажды тебе нужен был друг. Со всеми бонусами. Тот, кто бы заполнил пробелы. Голос Кота звучал надломленно, и от этого у Брайана сжималось в груди. — Тебе нужна была компания. Загадка. Может быть, ты придумал меня? Тебе такое приходило в голову? Что ты слишком много пьешь, и я — лишь плод твоей белой горячки? — Сейчас я почти не пью. Некогда. — И часто ли ты видишь меня? Кот оперся обеими руками о подоконник, смотря на темную улицу. Раз-два-три. Загорелся фонарь. — Теперь я не могу дать тебе ничего из того, что тебе нужно. Вздохнул. — У тебя все есть. Я рад, что твоя жизнь стала такой. — Я не прогоняю тебя, — выдавил Брайан. — Никогда не прогонял. Ты сам уходил. — Да. Но и остаться ты никогда не предлагал. Кот обнял себя за плечи, ежась от холода рядом с окном. В квартире на третьем этаже всегда было прохладнее, чем внизу. — А что, если бы я не ушел? — Он обернулся робко. — Что, мы бы… мы бы что? Брайан помнил, как задал этот вопрос много лет назад. Он так и не получил ответа. — Не знаю. Что-нибудь. — Вряд ли. Весь прикол нас с тобой в этом. Странном. Иррациональном. Абсурдном. Нам обоим это нравилось, скажешь, нет? Кот выдохнул протяжно, когда Брайан обнял его со спины. Положил подбородок ему на плечо. Посмотрел туда же, куда и он. — Может, я зайду еще раз? — Лет через двадцать? — Не исключено. — Кот… не… — Брайан нахмурился. Слова давались с трудом. — Не стоит. Кот отстранился, разворачиваясь в его руках. Его брови были вопросительно приподняты. Все такие же драматичные, как раньше. — Не держись за меня. Я больше не могу тебе ничего предложить. Я. Не ты. — Пират… — Послушай… Брайан облизнул пересохшие губы. — Иди вперед. Ты молодой, яркий. Не цепляйся за меня. Я того не стою. — Стоишь. — Кот. Брайан поцеловал его в висок. — Мы переезжаем в новый дом в следующем месяце. Кот молчал. — Не ищи меня больше. Не ищи, Кот. Кот заморгал часто, отворачиваясь. Посмотрел на горшочек с каменной розой и прикусил губу, будто чтобы не сказать лишнего. Брайан погладил его по плечу до локтя, но он не реагировал. Никак. Никакой даже самой мелкой дрожи. — Забавно. Кот обхватил горшок, поглаживая его. Его пальцы скользили вдоль узоров. Тонкие и чуткие, как пальцы реставратора или писателя. Может быть, Брайан и мог бы успеть. Может быть, нет. Кот просто сдвинул горшок с края подоконника, и он тяжело упал на ламинат, трескаясь. Брайан мог бы спросить, зачем он это сделал, но он знал ответ. Потому что захотел. Кот погладил его по груди и мягко оттолкнул. Он посмотрел на себя мельком в зеркало, когда открывал входную дверь. Взглянул на отражение Брайана за собой и улыбнулся. — Прощай, Брайан. — Прощай, Кот. Он развернулся, дотрагиваясь до ручки входной двери. — Меня зовут Феликс. Брайан не знал, смеяться ему или плакать. Феликс. Ему было ужасно смешно от этого, потому что Феликс. Феликс. Он никогда не думал о Феликсе. Это было забавно до противного. Ему было ужасно грустно, потому что он знал, что это действительно прощание. Когда Стелла вернулась домой, он пил уже третий стакан голого джина, смотря в темное окно, за которым тускло светил фонарь. Теперь Брайан редко пил, но это было необходимым сейчас. — А где твой приятель? — спросила Стелла, вешая сумочку на спинку стула. — Все-таки не дождался меня. — Не дождался, — подтвердил Брайан, не оборачиваясь. — Ему надо было идти. — Жаль. Она постучала ноготками по его плечам. — Почему ты о нем не рассказывал? — Не знаю. Думал, что его нет в живых. — Смешно. Она подумала, что он пошутил. Потрепав его по волосам, Стелла поцеловала его в макушку и потянулась, чтобы отодвинуть наполовину опустевшую бутылку джина. — Я пойду в постель. Расскажешь о нем потом? — Нет. Она молчала. Брайан смотрел в стекло и видел их отражение. Их двоих. — Нечего особо рассказывать. Работали как-то с ним. Съездили в Шотландию. — Ничего себе. И это по-твоему нечего? — Это все. Стелла прищурилась. — Жду тебя. Она ждала. В новом доме, который они присмотрели, были совсем другие окна. Чтобы открыть, их не нужно было поднимать и стопорить. Они приоткрывались сверху. В них невозможно было пролезть. Именно об этом думал Брайан, когда они только въехали. Замечательные строгие окна с выбеленными подоконниками и офисной невозмутимостью. Немного жаль. Брайан больше никогда не видел Кота. Не встречал его на улицах, не слышал, как кто-то скребется во входную дверь. Иногда он гулял по Суррей-стрит, заходил в «Мистер Грандис», сидел, отдыхая от детского гомона дома. Та официантка там больше не работала. На сорокалетие он получил открытку на электронную почту. Одну из первых картинок, выбивающихся в гугле по запросу «С днем рождения». В графе отправитель был короткий е-мэйл из беспорядочных знаков, генерируемый на десять минут для единичных операций. Е-мэйл пришел четыре минуты назад, и у Брайана был шанс ответить. Он не ответил.