Как Салли в лагере побывал

— Что? Почему? Бедный Сал. — Лар, только не улетай снова. Я демонстративно вздохнул. — Да перестань, не всё же так плохо, в конце-то концов! Ну в чём дело? Почему нам вдруг должен быть пиздец? — Ты действительно хочешь знать? Окей. Дело в том, что здесь есть два физрука: один — божий одуванчик. Даже если его сильно разозлить, он останется добрым. Просто у него есть хобби — борьба. Сам-то он альфа, но ему от силы 22, так что иногда он борется с парнями-альфами из 1-го отряда. А когда все заняты — мешок в помощь. Но второй — полная противоположность первому. Ему приблизительно… 47. И он может разозлиться из-за любой мелочи. А ещё он обожает 2-й отряд, и когда мы занимаемся с ними, вымещает всю злобу на них на нас. А после занятий со старшими, у него либо третий, либо четвёртый отряд и остаток своей злобы он решает выплеснуть на них. Помню, как-то раз один пацан опоздал на полчаса и пришёл к концу зарядки… Он тогда пустил его на километровку по стадиону, а потом заставил повторить весь комплекс упражнений, при этом умножив всё на два. У паренька тогда чуть сердце не остановилось! А всё, потому что он был омегой. — Это угроза? — Это просто предупреждение, я-то выдержу наказание, а ты можешь и не выдержать. Особенно, если учесть твою… твоё состояние. Сал просто закатил глаза. — Ну и почему его до сих пор не уволили? — Сам подумай. Во-первых, он материально помог лагерю в трудные времена и помогает до сих пор. Раньше у него был крупный бизнес, так что он особо ценен для лагеря и его никто не уволит. Во-вторых, он отлично давит на жалость и активно этим пользуется. Один раз ему даже премию выписали только потому что он поныл у Саута. — Ого. Да с таким лучше вообще не связываться… — Вот и я про то же. А ещё он ужасно злопамятный. Так что у нас есть минута. В прямом смысле. — Окей, но у меня остался вопрос. К чему был вопрос про понедельник? — Просто физруки у нас чередуются. Завтра зарядку будет вести добрый физрук. Я с облегчением выдохнул. — А, ну ок. Кстати, пока мы, а в основном ты, тут болтали, прошло 3 минуты. -… Так, значит, я щас выйду, а ты пулей переоденешься! После выйдешь ты, переоденусь я, мы заправим койки и уйдём на зарядку. — я рукой указал в сторону окна. — Ну, или туда, если не успеем. — Это была тупая шутка. — Я знаю. — Кстати, а зачем кому-то выходить, пока другой переодевается? — Сал, мне кажется или ты реально настолько, извини, тупой? — Ну извини! В присутствии альфы я не могу нормально мыслить! Таким уж родился! — Вот именно! Мы оба и так еле сдерживаемся, а уж если мы предстанем перед друг другом полуголыми (или ещё хуже), то нам вообще крышу снесёт. Так что, давай без ссор и лишних вопросов. У тебя есть минута. С этими словами я вышел из комнаты. 6 лет назад я впервые сюда приехал… 6 лет назад я впервые ощутил, что значит быть альфой. 6 лет назад я впервые подрался с Фелпсом. 6 лет назад я узнал тайну, над которой до сих пор думают мои друзья… : Два мальчика лет так десяти сидели на крыше и молчали. Как вдруг один из них, блондин, повернул голову в сторону другого, брюнета, и спросил: — А чего мы вообще подрались? — Я уже не помню… Вроде как из-за Серены… Серена… Так вот почему мне показалось, что я её знаю! Хм. Это же она 5 лет в нашем лагере не была! Как же она изменилась… — Хм. Подраться из-за девушки в 10! Умно, однако! Трэвис рассмеялся. Это был первый и последний раз, когда я видел, как он смеётся… Вскоре, к нему присоединился и Ларри. — Кстати, ты довольно силён! Кто ты по классу? — Я сам ещё не знаю. Все говорят, что я — альфа. Но отец не согласен. Он считает, что я — бета. А когда я смею ему перечить, то он даёт мне какие-то таблетки. Он никогда не говорил, для чего они, но однажды, когда его не было дома, я залез в аптечку и посмотрел… — И как? Для чего они? — Они… Для подавления во мне инстинктов альфы. — Ужас… Как так вообще можно?! — Дело в том, что папа — альфа. И год назад я активно ему перечил, не молился, не подчинялся. Хоть он и взрослый, а я даже не дорос до теста на класс, я чувствовал власть. Альфа во мне начал развиваться. А отец был против. С того момента он начал меня ненавидеть. — Трэвис потёр синяк под глазом, видимо, сдерживая слёзы. — Не надо плакать, Трэв… Джонсон лишь ближе подсел к мальчику и аккуратно его обнял. — Я тебя почти понимаю… Мой отец бросил меня и маму, когда мне б… —Это был последний раз, когда я плакал, — немой взгляд в пустоту, подавляющая тишина в ушах. И вдруг опять. Мир заиграл красками, а звуки вернулись. Надо взять себя в руки. Пусть это последним разом и останется. Лёгкий стук. — Сал, ты там как? Долго ещё? Я посмотрел на часы. Осталось 4 минуты. — Саааааал! Салливан, блин! Щелчок. — Да не ори ты! Тут я, тут… Заходи. — он осуждающе на меня посмотрел и отступил от прохода, давая мне пройти. — Спасибо, — сказал я едко, в ответ на его взгляд. Ну, а он опять закатил глаза. Блять, Фишер, умеешь же ты выбесить! Дальше я, уже спокойно, зашёл в комнату, переоделся и мы с Салом пошли на зарядку. Мы даже успели! Впритык правда, ну да ладно.

Конец Pov Ларри