Бессонница

Ночь, улица, фонарь, аптека, Бессмысленный и тусклый свет. Живи ещё хоть четверть века - Всё будет так. Исхода нет.

***

Всё началось очень просто - Куромаку не хотел продолжать своё существование. Да, звучало как-то вычурно и не в скучной манере седоголового, но всё же. Виной этому желанию была моральная и физическая истощённость, которую Маку всё старался скрыть от родителей. И всё бы хорошо, да только всё вскрылось, причём буквально только что. И тут же полились воспитательные разговоры, укоризненные взгляды и непонимание зачем вредить себе и резать запястья. Сейчас семнадцатилетний юноша с забинтованными до локтей руками сидел на крыше близлежащих гаражей и смотрел на закатное небо, алеющее последними лучами солнца, и напевал себе под нос знакомый, немного ранящий душу мотив: - В возрасте около семнадцати лет Мальчикам часто делают больно, Сахарно-розовый ямочек цвет Резко сменяется приторной солью. Привычный запах непослушных волос, Как сейчас помню - мята и киви, Исчез где-то в мае средь сирени и слёз, Остался на куртке духами чужими... Нет, его не бросила девушка, парень или что-то в этом роде. Просто сестра умерла. Всего две недели назад. Ушла из дому и не вернулась, а потом избитое тело нашли в какой-то подворотне и в срочном порядке доставили в больницу, где всё и выяснилось, пусть выяснять было особо нечего. Родители даже не пришли на скромные похороны, только денег выделили и всё. Будто не родная дочь умерла, а какая-то левая девушка. В последний путь Клеопатру провожала только горстка друзей и зарёванный, оставшийся без какой-либо поддержки брат.

Именно тогда вся его жизнь полетела в тартарары.

За полгода до наших дней

- Вставай, Маку, мы опаздываем!- Клео носилась по квартире как угорелая и пыталась поднять братца с постели, параллельно с этим умудряясь помогать самому младшему, Зонтику. Сегодня особенный день, свадьба у хороших друзей семьи и потому опаздывать не полагалось. Еле как продрав глаза, серый повернул голову, глядя на время и ужаснулся - до торжественной церемонии оставалось всего полчаса! А ещё в ЗАГС успеть надо. Всё-таки пропускать такое зрелище не хотелось, к тому же, туда были приглашены Черковы, что тоже давало определённый пинок под зад. "- Интересно, а Ромео придёт? Он ведь никогда не пропускал подобных мероприятий",- усмехнулся про себя Куро. Розововолосый юноша из параллельного класса в последнее время чем-то очень цеплял внимание серого. Каждый раз при разговоре с Черковым у Трефина начинали подгибаться коленки, путаться слова, а в груди разрасталось неясное тепло. Куромаку всё пытался это себе объяснить представляя все возможные исходы, кроме подлинного, о котором, я думаю, вы уже догадались. Успев забежать под моросящим дождём в помещение буквально за минуту до начала, Куромаку попытался отдышаться. Оглядевшись, он заметил машущего рукой Ромео, явно желающего подозвать их к себе. - Привет! Тут ваши места, я держал, чтобы не заняли, а то некоторые могут,- с обезоруживающей улыбкой сказал розовый, как только Трефины подошли к нему и его родителям. Наскоро обменявшись со всеми приветствиями, Маку уселся на соседнее с Черковым место. Как раз в это время двери отворились и в зал вошла невеста. - А как долго это всё длится, ты не знаешь?- шёпотом спросил у Ромео Куро, впервые присутствующий на таком важном событии. - Ой, да недолго, минут тридцать-сорок, не больше,- так же шёпотом ответил Ромео, немного склоняясь к седому, чтобы тот лучше услышал, так как уже началась чья-то торжественная речь. Остаток церемонии эти двое провели за приятной беседой, обсуждая последние новости, выуженные из просторов Интернета.

Наши дни

- Хей, чего ты здесь сидишь?- мелодичный голос вырвал седоголового из раздумий. Рядом, свесив с края длинные ноги, сел Ромео и посмотрел на заплаканное лицо Куромаку. Серый тут же посмотрел в другую сторону, чтобы розовый не видел солёных дорожек, который только что не было. - Да так... Ничего особенного,- глухим голосом ответил Маку. Делиться переживаниями, пусть и настолько видными не хотелось. - Может всё-таки расскажешь? Ты в последнее время стал более замкнутым чем обычно. - Ничего особенного не произошло. Всего лишь умерла сестра, родителям вскрылась правда про искромсанные вены и эта дурацкая влюблённость!- Куро неосознанно повысил голос, срываясь на крик, и стукнул кулаком по покрытию крыши.- Как же мне это надоело...- уже полушёпотом произнёс он. Плечи парня незаметно затряслись. - Ну, ну, чего ты? Конечно, я со всем не смогу помочь, но с влюблённостью могу. Ты пробовал просто признаться?- спросил Ромео, точно водой облил, и приобнял серого за плечи. Куромаку затаил дыхание от такой близости и срывающимся голосом проговорил: - К сожалению, это выше моих сил. Пусть лучше он так никогда и не узнает... Ты же не тряпка, просто скажи эти три слова! - Можно тогда ты мне скажешь кто это?- осторожно спросил Ромео, в упор глядя на седоголового.

Давай, ты сможешь!

- Ну... Эм...- седой немного замялся и начал теребить резинки для волос, которые постоянно болтались у него на руках и, успокоив нервы, выдохнул.

Ну же!

- Возможно, ты не воспримешь это всерьёз, перестанешь со мной общаться и просто возненавидишь...- Маку старался поточнее подобрать слова.- Это ты. Тот кто не дает спокойно спать ночами. Такой красивый, милый, интересный. Хах, я думал, что ты просто не будешь меня замечать если я признаюсь, списав всё на шутку. Думал, что просто представишь, что меня никогда и не было в твоей жизни... Он хотел было продолжить говорить, но его заткнули поцелуем, резким и страстным, настолько нежданным, что Куро даже не успел никак среагировать. Но тут же оторвавшись, розовый произнёс: - Глупый, как ты мог такое подумать?- юноша улыбнулся своей лучезарной улыбкой, тут же обнимая седоголового.- Ты же такой... Такой... Я даже не знаю как сказать. Я тоже тебя люблю. И больше никогда не отпущу! Обещаю... Этот вечер закончился самым замечательным образом: двое на крыше сидели, обнимали друг друга и смеялись, болтая ногами над маленькой пропастью и провожая взглядами ало-розовое заходящее солнце.

***

Я лишь хочу сказать, что я помню, Я лишь хочу сказать "Лето скоро!" Может и вовсе не будет последним Твоё последнее слово.