Душа из пионов.

Чонгук все равно спорит долго о том, что хочет поставить брекеты. Убрать торчащие большие зубы, которые даже при поцелуе ощущаются гораздо больше обычных. То, что он снял прямо с Мина свою любимую толстовку, заставляя его теперь брать простую футболку, самого младшего заставляет глупо хихикать, кутаясь в нее. То безмерное чувство теплоты растекается по нему так быстро, будто бы пушкой стреляет и теплый пепел сеет по венам, и Чонгук бы этим пеплом дышал всю жизнь, если бы тот не остывал никогда. - Ты что, вообще фиалку не поливал? - пищит перед тем, как есть, брюнет и все свои последние силы, которые ему запретили тратить, тратит на бег за водой и обратно, всеми скляночками, которые тоже помнит где, и еще десять минут до готовности ужина ухаживает за цветочками, с тихим вздохом рассказывая им о том, что он в больнице примерно таким же был. - Ты мог о ней позаботиться, я расстроен. Но почему даже его обиды игнорируют, заставляя таять под поцелуями? Посередине фильма сидеть надоедает, просто лежать - тоже, поэтому Чонгук заваливается сверху, даже не пытаясь смотреть фильм. Эти фильмы дома - в принципе отмазки для того, чтобы затем не обращать на них никакого внимания. - Почему же ты раньше не говорил так много, Юнги, - лениво тянет (не)призрак, и голос его дрожит от улыбки в бледную шею. Даже если он делает вид, что вовсе не улыбается, его всегда выдает голос, интонация и легкая писклявость. Чувствуя поглаживания по спине, устраивается еще удобнее, скатываясь на место рядом и укладывая голову на чужую руку. Натягивает капюшон на влажные волосы и довольно щекой утыкается в плечо. - Ты сводил меня с ума, раз за разом, не давал ничего понять своими действиями, а теперь так просто признаешься во всем, что я... ты меня растопил, Юнги. С еще одним поцелуем - еще одно шепчащее "не дай мне замерзнуть". Юнги не даст. Сейчас, лежа полностью в запахе любимого, Чонгук дышит ему в шею и питается этим ароматом кожи и геля. Сворачивается в комочек в мягкой красной толстовке и даже спрашивает о том, отдадут ли ее ему на завтра в университет. И, даже если нет, он все равно из нее не вылезет, может быть, даже заберет себе домой, и тут еще один вопрос приходит в голову. - Не хочешь в таком случае завтра ко мне приехать после работы? - шепчет в полной тишине, когда компьютер выключен и музыка в наушнике — одна на двоих. Тихая, спокойная и заставляющая младшего почти уснуть в мягких руках, что обнимают совсем нежно, будто вовсе не дадут даже синяк получить. - Я много раз был у тебя, а ты у меня — ни разу. У меня кровать... мягкая. И это единственный аргумент, из-за которого можно заманить к себе старшего. Ведь у него квартира не такая уж и шикарная, пусть уютная и теплая. Хотя нет, еще один аргумент, все-таки, существует: - И мне одиноко будет спать на ней одному, - еще тише, почти неслышно, перед тем, как вовсе уснуть, слишком устав за сегодня. -Я не говорил,потому что дураком был. Я..не ценил тебя. Отталкивал и снова притягивал к себе. Я не мог разобраться в себе и делал тебе больно,а когда ты пропал - сразу все понял,-поглаживая младшего по спине в красной толстовке,Мин тихо выдыхает. Чонгук улыбается в бледную шею,где венка бьется чуть быстрее от чувства обиды и боли. Юнги ведь действительно вел себя омерзительно. Его поведение было подобно Хенвону: он трахался со шлюхой,что теперь его подруга,делал больно словами и действиями,не обращал внимания на того,кто искренне был влюблен. Чон мог бы не простить и никогда больше не кинуть взгляд на кошачьи глаза,но он..просто вернулся обратно к тому, кто отсутствие призрака заполнял алкоголем и сигаретами,не находя себе места в пустой квартире,-Ты растопил меня первым,Чонгук,но я об этом даже не догадывался. Да,лучше поздно,чем никогда. Наблюдая за тем,как Чонгук скатывается медленно,натягивает на мокрые волосы красный капюшон-Юнги медленно тает и сам. Красный цвет младшему идет безупречно,как и многие остальные,старший уверен. (Не)призраку не может что-то не идти. Чонгук не может чего-то не уметь. Он ,кажется,идеален с ног до головы вместе с любовью к фиалкам,о которой Шуга действительно не заботился вторую неделю своих пьянок и ночных прогулок по спящему городу. Можно ли назвать цветы-олицетворением людей? Когда людям хорошо-цветы получают столько ухода,сколько нужно. Когда люди счастливы,цветы растут быстрее, раскрывают свои лепестки и наполняют квартиру ароматом весны,но стоит человеку забыться в собственной боли-цветы чахнут вместе с ним. Чонгук чах точно также,даже если шел на поправку. Даже если физически восстанавливался.даже если чувствовал свое тело хорошо-душа разрывалась,влияя на цветок. Больше увязнуть Юнги никому из них не даст,первым делом отдавая свою толстовку. -С удовольствием,если твоя мягкая кровать не будет против,-легко улыбнувшись,старший нежно прижимает к себе Чонгука,наслаждаясь тишиной и спокойной музыкой. Только эта тишина вовсе и не тихая,когда они вдвоем разрывают ее легкими поцелуями на ночь,объятиями и тихим сопением друг другу в плечи,даже если одно из них-ненастоящее. Юнги вряд ли спать будет сегодня ночью. Вряд ли он глаза закроет,отрываясь от детского и спокойного личика. Звезды за окном не привлекут его взгляд,ибо перед ним лежит одна из самых ярких звезд. Луна не будет сиять ярче планет,что в Чонгуке горят ярче любого огня. Шелест листьев от теплого майского ветра никогда не станет усладой для ушей ,когда есть сопение любимого человека рядом,-Спокойной ночи,Чонгук-а. Через пару часов Юнги,как и обещал,все таки встает доделывать домашку по литературе. Надеется,что закончил быстро ,и,спустя час откладывая ручкутетради,уходит на кухню,перед этим укрывая младшего теплым пледом. Готовит завтрак легкие,но вкусный,добавляя апельсиновый сок на деревянный поднос,и только после искусственной розы в керамической вазе несет все к кровати,оставляя на тумбочке. Сам-идет умываться,приводя себя в порядок и спустя пару минут усаживаясь около Чонгука,теплыми губами покрывая поцелуями нежную щечку. -Чонгук-и,просыпайся,-шепот-тихий,прикосновения-мягкие. Старший наблюдает за сморщенным носиком и играет роль будильника,заползая горячей рукой од такую же горячую толстовку,поглаживая мягкую кожу,-Просыпайся,иначе я уйду в колледж без тебя. И они оба знают,что под лучами яркого солнца Юнги не пойдет никуда один. Дождется,пока сонные глаза откроются,а сахарные губы расплывутся в теплой улыбке от мгновенного сладкоготягучего поцелуя в них. Дождется,пока его аккуратно не пихнут на кровать,не завалятся рядом и не запищат от первого завтрака в постель,покрывая поцелуями все бледное лицо. Дождется,пока под признания в любви не будет нести младшего в ванную,утыкаясь куда-то в лопатки и недовольным тоном растягивая окончания слов,ругаясь за высокий рост Чона. Мин Юнги влюблен и никогда больше не даст Чонгуку замерзнуть.