bury a friend (but don't try to wake up)

Мы тихо пробирались сквозь лес, стараясь издавать минимум шума. Ориентироваться пришлось исключительно на деревья, вытянув руки вперед, ибо светить фонариком направо-налево было небезопасно. Кто знает, где сейчас эти люди. Крики стихли, как только мы подошли к окраине, поэтому сложно было понять, откуда они вообще исходили. Темнота навевала жуть. Я отчаянно хватался за каждый ствол, несколько раз проходясь ладонями по жесткой коре. Сердце билось так, словно готово было либо остановиться, либо выпрыгнуть на грязную листву под ногами. Я видел перед собой едва различимый силуэт Дэрила и периодически чувствовал легкие касания Элизабет, каждый раз вздрагивая при этом. В один момент мужчина остановился и поднял руку. Я сделал шаг в сторону, дабы увидеть из-за его спины то, что увидел он. Перед глазами предстало легкое свечение костра, где-то в метрах пятидесяти от нас. Увидеть тех, кто сидел там, было невозможно. Половина, вероятно, растворилась для нас во тьме, а вторая спряталась за деревьями. Я надеялся, что людей там всего несколько, меньше, чем нас. Понимал, что в случае чего нам придётся напасть на них, если они представляют реальную угрозу, потому что в лагере, совсем рядом, есть и женщины, и дети, нуждающиеся в безопасности и достаточном количестве припасов. Вопреки моим ожиданиям, Дэрил осторожно попятился назад, говоря тем самым, чтобы и мы двигались назад. Я развернулся, коснулся Элизабет и, уже взяв её за руку, последовал к тому месту, откуда мы вышли. -Нужно сказать Рику и остальным, - сказал Дэрил, снова закидывая скинутый ранее арбалет на спину. - Вряд ли эти люди знают, что мы здесь, слишком далеко, чтобы увидеть ферму. Но это не значит, что они не смогут найти нас. Если они пойдут в наше направление, то непременно заметят. Я кивнул, чувствуя, как всё снова летит в какую-то пропасть. Конечно, я не надевал на себя розовые очки, но всё равно втайне надеялся, что это место достаточно безопасно для того, чтобы остаться здесь хотя бы на зиму. Ходячих здесь практически нет, а если и появятся, то и легко будет заметить прежде, чем случится что-нибудь страшное. Мы разошлись у трейлера. Дэрил пошёл в дом, решая не дожидаться утра, ибо слишком рискованно иметь таких соседей под боком и спать спокойно. Мы же с Элизабет направились к ограждению. Я боялся потерять лес из виду. Кто знает, может кто-то из этих людей выследил нас, и теперь все они решат направиться сюда. -Почему сейчас, когда миру пришел конец, люди стали ещё более жестокими? - тихо спросил я, глядя в темноту. Руки слегка дрожали, и я снова начал думать о том, что утро для меня может и не наступить. В таком мире теперь лучше вовсе не окунаться в ложную безопасность. Похоже, этот мир вынуждает нас жить в постоянном страхе, день и ночь, до самой смерти. Есть ли тогда смысл выживать? -Ну, не все стали такими, - отозвалась Элизабет. Её светловолосая голова снова покоилась на моём плече, а рука сжимала мою. - Эти люди хорошие. Просто некоторые запирают своё нутро глубоко внутри души, в клетке моральных устоев, осуждения общества и страха быть пойманным и наказанным. Сейчас ничего этого нет и все клетки рухнули. Знаешь, это можно сравнить с тюрьмой. Когда все клетки неожиданно открываются, то происходит бунт. Взаперти люди звереют, превращаясь в жестоких хладнокровных существ. Не все, но многие. Так происходит и здесь. Нам просто нужно спрятаться и дождаться, пока придёт помощь. -Что если никто не спасет этот мир? -Мир в любом случае будет жить, но уже не для нас. Может, этой планете сулят большие перемены как, например, было с динозаврами. Представь, когда-нибудь, через тысячи лет об этом также будут писать в учебниках по истории. -А может, нам всё же удастся пережить это и мы лично будем читать их. Элизабет тихо посмеялась, поёрзав на моём плече: -Я ни за что не стану их читать. Я чуть дернул плечом, заставив её поднять голову. Мне хотелось поцеловать её, хотелось сказать, что я не лишился чувств и по-прежнему могу влюбляться. Человечество не падёт до тех пор, пока подобные чувства не угаснут в последнем человеке. Если мы растеряем это, то мир и вовсе не будет нужен нам. Мы превратимся в обычных пресмыкающихся, целью существования которых является добыча еды и продолжение рода. Ничего прекрасного, ничего воодушевляющего, ничего такого, что побуждает жить. Элизабет поцеловала меня первой, аккуратно уместив маленькую ладошку на моей шее. Мир замирал каждый раз, когда наши губы соприкасались. Казалось, что за нашими спинами происходит обычная жизнь, та, которой все мы были лишены. Я чувствовал по отношению к ней любовь, но это были особенные чувства, такие, какие практически никак нельзя испытать в реальной жизни. Мы на волоске от гибели каждый день, бегаем по руинам, рискуя словить макушкой осколки, падающие с неба. И мы держимся друг за друга, так, словно у нас одно дыхание на двоих. Я чувствую привязанность даже сильнее, чем любовь. -Помнишь ещё одну песню, которую мы пели обычно на рассвете, если досиживали до этого момента? - спросила она, чуть отстранившись и улыбнувшись. Я кивнул, чувствуя, как сердце снова пронзила тоска по минувшим дням и людям, которые утонули в них. -How many roads must a man walk down, Before you call him a man?* - снова начала петь она, прямо как тогда, когда мы сидели в маленьком холодном сарайчике. Казалось, что с того момента прошла целая вечность. Её голос пронёсся сквозь весь наш путь, беря начало от него и заканчивая этим самым моментом. -How many times must a man look up, Before he sees the sky?** Она пропела всего немного, а после остановилась, смотря на меня серьёзным взглядом. Я заметил, как в темноте блеснули слёзы, но ничего не сказал. Я не знал, хочет ли она того, чтобы я их увидел. -Когда-нибудь одному их нас придётся похоронить другого. Хоронить друга тяжело, тяжелее, чем умирать самому, и я боюсь того, что это придётся сделать мне, а не тебе. Я не хочу, чтобы ты умирал, но ты умрешь. И моя собственная смерть становится ничем. -Как часто ты думаешь об этом? -В последнее время постоянно. Знаешь, я думала о том, что и прежний мир не мог гарантировать тебе жизнь до глубокой старости, но сейчас всё...иначе. Сейчас я могу видеть это своими глазами, а не просто бояться и размышлять. Я хотел было ответить, как вдруг заметил движение на крыльце дома. Дэрил махнул нам рукой, зазывая внутрь. Переглянувшись, мы немедля отправились к нему. -Мы убьем их первыми, - говорил Рик, когда мы прошли в гостиную. Выглядел мужчина уже несколько лучше, однако, стоило появиться новой причине для волнения, как пелена глубокой задумчивости и беспокойства снова покрыла его лицо, делая его немного старше, чем есть на самом деле. -Здесь либо мы, либо нас, - продолжал он, игнорируя взгляд Дейла. Было видно, что старик ни в коем разе не поддерживает эту идею и его можно было понять. Этот человек, похоже, не позволил бы умереть даже самому страшному убийце. Такая мягкость, особенно в данное время, совсем не к месту. -Гленн рассказывал, что когда они ходили на вылазку в старый склад, то видели какую-то группу. -Да, так и есть, - сказал я, практически сразу же после него. - Я видел их и раньше, у шоссе 85. Один из них погиб, когда другие бросили его. Судя по всему, это была какая-то расправа. -Он был прежде в их команде? -Похоже, что да, потому что я видел их вместе. Тогда их было всего двое, они забрали всё оружие и ушли. -С нами они разговаривать долго не станут, - задумчиво произнес Рик. - Если им нужны наши припасы - они их не получат. А если они не получат их мирным путем, то решат пойти по другому. -Ты хочешь прикончить их сейчас? Пойти туда прямо сейчас? - спрашивал Дэрил, глядя на мужчину. -У нас нет выбора. Либо мы, либо нас, - повторил он, глянув на Элизабет. - Тебе лучше идти к Бет и Мэгги. Они позаботятся о тебе. Элизабет хотела было возразить, но я покачал головой. Это было правильным решением и самым безопасным для неё. Я был рад, что Рик позволил ей присоединиться к его людям. Мысль о том, что сейчас нам предстоит сознательно убить кого-то не давала мне покоя. Прежде я был уверен, что ни за что не позволю себе испачкать руки в чужой крови намеренно. Только защищаясь, если придётся. Кто знает, может эти люди нас никогда и не найдут. -Тебе лучше тоже остаться, Алекс, - продолжил Рик. - Кто-то должен следить за безопасностью в лагере вместе с Дейлом и Андреа. -Я тоже пойду, - возмутилась блондинка. - Шейн научил меня стрелять, у меня уже неплохо выходит. -Я не позволю тебе рисковать, - твердо сказал Дейл. - Отдай это дело мужчинам, способным и защитить нас, и защитить самих себя. -Дейл прав, - мягко сказал Рик. - Будет лучше, если ты будешь стоять на охране. Девушка едва слышно фыркнула, однако спорить не стала. Я спорить тоже не имел желания. Трусом как таковым я не был, но всё же мне куда лучше было бы быть вместе с Элизабет, защищая её и остальных. Спустя полчаса переговоров, Рик, Дэрил, Шейн и Гленн отправились на то место, где мы видели их. Я же разместился на крыше рядом с Андреа. Девушка не произнесла не слово, всматриваясь в темную даль. Я чувствовал её напряжение, а потому заговорить не решался. Да и смысла не было. В моих мыслях было только то, что люди продолжают убивать друг друга даже тогда, когда сам мир стал умирать. Сколько смертей понадобится для того, чтобы понять, что умерло слишком много людей? Ответ, мой друг, завис в воздухе.