Маленький утренний сюрприз!

-Эй, Кагами, я иду к тебе! – сказал синеволосый, улыбнувшись во все белоснежные тридцать два и схватив за руку, поволок в сторону выхода с площадки для игры в баскетбол. - Эй, какого чёрта? Я тебе в повара не нанимался! – прорычал я, вырываясь из его лап и барахтаясь, как рыба на суше или бешеный опоссум. - На опоссума ты не похож, а вот роль рыбы тебе больше идёт, - съязвил этот полоумок Ахомине, за что получил по деревяшке, которая занимает место головы. – Эй за что бить то сразу? Не я же все мысли в слух озвучиваю?! - Заткнись и иди! – скомандовал я, вырывавшись из его хватки и направившись в сторону дома с мордой grumpy cat. Аомине потопал за мной, напевая какую-то песню на ходу, от которой я услышал только слова : «Мне ничего не помеха, я буду сверху, а ты будешь просто выполнять…» Следующих слов я не услышал, из-за проезжающих мимо байкеров и откуда-то появившихся машин. - Хэй, обувь сними, придурок! – остановил я Ахомине, который уже был на полпути в кухню. - Это кто тут ещё придурок, Бакагами?! – прикрикнул он на меня, за что получил второй раз в лицо. Он разозлился. Зашвырнув обувь в угол, он погнался за мной, но было уже поздно. Я стоял на кухне, обнажив нож, и угрожая ему. - Отойди… Вообще уйди в другую комнату, если хочешь есть, а не стать обедом. – пригрозил я, на что Дайки помотал руками в жесте «я тут не при чём, это всё не я!» и ушел смотреть телевизор. Я начал готовить ужин. Рамен – самое простое блюдо, которое ещё в детстве меня учила готовить мать. - По этому металлолому ничего не показывают из того, что я мог бы посмотреть, а вот на тебя я могу смотреть вечно, - скорчив довольную гримасу, сказал он. Я покраснел, чуть не став цвета своих волос. - Ладно тебе, жри давай! – огрызнулся я, отправляя первую порцию лапши в рот. - А где же должное «итадакимас»? – прищурив глаза и посмотрев на меня прожигающим взглядом, спросил он. Я чуть не подавился от такого «глазного» напора. - Я тебе ничего не должен, ешь! – сказал я, откашливаясь. Поев, я завалился на кровать, а Дайки сел возле кровати. Мы долго смотрели на телевизор, даже не в телевизор, а скорее на него. Там ничего интересного, абсолютно НИЧЕГО. - Мне скучно! – сказал синеволосый и встал с пола. – Я в душ! - Ага, - произнёс я, утыкаясь носом в подушку. Так, с какого он у меня остаётся? – Эээ, а с каких пор ты у меня в душ ходишь? - С сегодняшних! - сказал Дайки, покидая комнату и наконец оставив меня одного. Я с облегчением вздохнул. Порой меня напрягает его присутствие, даже… Утомляет. Я забрался под одеяло, кое как стянув с себя футболку и оставаясь в одних штанах, и уснул. POV. Аомине Так, какой из этих душегелей пахнет Бакой? Ни этот, ни этот… Бля, да сколько у него их? Я перебирал его гели для душа, пытаясь отыскать тот, который я любил больше всего. Им пах Кагами во время наших игр один на один. Я любил этот запах, он был сладкий, но не приторный, чем-то даже не подходил для такого самца, коим являлся Кагами. Но этот аромат красил его, влюблял меня в него… У кого-то фетиш на пальцы (Такао), волосы, голос, а у меня на запах. Я любил хорошо пахнущих людей, мне всегда нравилось с ними общаться, но аромат Тайги был особенным, он заводил меня, награждал новыми чувствами. А вот и он. Я весь обмазался его гелем, потом нехотя смыл. Запах немного остался, я его чувствовал, но это было что-то не то, возможно запах этого геля и запах Бакагами смешивались, даря Тайге такой великолепный запах. Я вытерся полотенцем и обернул его вокруг бёдер, выходя из ванной комнаты. Было слишком тихо… Ну, блять, конечно, этот придурок уснул, не дождавшись меня. Где мне теперь спать? Он развалился на всю кровать, да и спать с ним перспектива меня явно не удовлетворяла. Я начал бродить по квартире, ища хоть какое-то место, где можно было бы завалиться и уснуть. Негде. Я подумал, что можно было бы свалить из квартиры и оставить дверь открытой, пусть за его сонливость его изнасилуют какие-нибудь прохожие. Но даже ключи он засунул в какую-то задницу, из которой их не найти, не вытащить. Я мысленно выругался и заново обошёл все комнаты. На кухне был только подоконник, довольно широкий, но проснулся бы я с не выгибающейся шеей или не сгибающейся спиной, в гостиной был подходящим только стол и две подушки перед телевизором. Нигде нет места. Да какого чёрта он не мог позаботиться об удобстве гостей?! Я покрыл его мысленно трёхэтажными выражениями, которые только мог сложить мой мозг. Подошёл к его кровати. Он всё так же спал на всей кровати. Если гора не идёт к Магомеду, то Магомед пойдёт к горе. Я вначале как культурный человек пытался его разбудить, толкая и ударяя в челюсть, но это на него не действовало, он даже бровью не повёл. Тогда я и сделал это… Я залез задом на кровать и толкнул со всей силы своих ног Бакагами. Он наконец поддался и откатился на противоположную сторону кровати, закатав себя в одеяло, как суши. Я ещё какое-то время пытался достать из под него одеяло, но оно даже не поддалось. Тогда я обиделся и отвернулся, пытаясь заснуть. Но разве такой поганый вечер может закончиться хорошо? Этот красноволосый придурок, промычав что-то себе под нос, закинул на меня ноги и руку, вжимая меня всей массой своего тела в матрас. Но я не был бы Дайки, если бы не смог выбраться из его хватки. О, моя маленькая победа, теперь у меня есть кусочек одеяла! Всё же руки моего соперника лежали на мне, а его лицо упиралось мне в спину. Я спинным мозгом чувствовал его дыхание позади себя, которое приятным жаром разгорячало моё тело. Но больше его разгорячало не его дыхание, а возбуждение, возникшее от горячего воздуха, обдающего моё тело. Я сглотнул, пытаясь успокоить мысленно своё тело. Я представлял разных гадких червяков, кровь, кишки и мясо, но всё без толку, мою голову никак не покидала картинка стонущего подо мной Баки. Его запах дошёл до меня… Вот тогда я и потерял весь свой контроль над собой, которого в принципе никогда и не было. Я перевернулся лицом к нему. Он всё так же был глубоко в своих снах, это хорошо. Я кое-как перевернул его спиной к себе. Он что-то замычал, но я не обратил на это внимание. Я стянул с себя штаны и, приподняв одеяло, лицезрел свой стояк. Как бы я хотел сейчас трахнуть этого засранца. Хотя… Это идея, всё равно не проснётся! Я осмотрел его. Футболки нет, штаны не проблемы, путь свободен. Я стянул с его упругой задницы эту тряпочку. Хм, с каких пор его зад упругий? А, всё равно. Я начал мять его ягодицы, от чего он застонал и его член начал наливаться кровью. Я усмехнулся, спит, а всё чувствует. Я перестал мять его попку и перешёл на свой член этой рукой, а другой обхватил Кагами и занялся его сосками, порой просто изучая его тело. Больше не могу это терпеть, я должен его трахнуть, пусть даже он и спит. Я оставил одну руку на своём члене, а на второй облизал два пальца и подвёл к его заду. Я просунул один палец в него, но и то с таким трудом. Он сжимался, ёрзал и его зад не принимал второй палец в себя. Чёрт тебя дери, Бакагами! Я забил на эту идею, вынув палец из него. Что бы такого сделать? У меня появилась идея, может не таким путём я хотел его, но обойдусь и петтингом. Я пододвинулся к Кагами и начал тереться о его зад. Кто бы мог подумать, что тереться будет так приятно. Это лучше чем рука и давно не возбуждающие меня девушки с глянцевых обложек. Так мне просто снесло крышу и я представлял, как я буду вставлять этому мальчику по самые яички. Чертовски приятно! Я чувствовал, как и Кагами что-то тихо бормочет, что-то наподобие «ммм», «как хорошо», «ещё». Эти слова, сказанные сквозь сон, просто изводили меня. Кагами кончил первым, ну и скорострел. Даже во сне он очень чувствительный. Я поцеловал его в шею и, продолжая двигаться, кончил через несколько десятков секунд. Я откинулся на спину. Мне было сейчас так хорошо. Ощущения после оргазма понемногу уходили из моего тела, вместо них появилась усталость. Я отдышался и натянул на себя штаны. Решив не заморачиваться насчёт испачканной в нашей сперме простыне, я просто лёг спать. Пусть завтра будет, что должно быть…