На всё воля Бездны

~ʘﮦ~ѻ~ﮦ~ѻ~ﮦʘ~ Впрочем, времени долго думать у лорда не было. Нарцисса уже давно позавтракала и была почти готова к выходу. Зарксис тоже умел собираться быстро. А потому Люциусу стоило поторопиться. Домовые эльфы ещё с вечера подготовили ему костюм. Строгая лаконичность, как и всегда. Чёрный, белый, серебряный. Ничего лишнего. Малфой-старший неожиданно представил, во что оденется сын и вздохнул, тщетно скрывая от самого себя улыбку. Вкус у Зарксиса однозначно был, но весьма и весьма своеобразный. Пожалуй, его можно было охарактеризовать как «изящное безумие». Впрочем, стоило признать, что все эти жабо, длинные рукава, банты, шнурки, застёжки и воротнички мальчику безумно шли. Равно как и довольно необычное сочетание белого с фиолетовым. А даже если бы и нет… Проще было не думать об этом. Всё равно переубедить сына пока удавалось только…никому. Зарксис был упёрт, как Дамблдор, рвущийся к заветной мисочке с засахаренными лимонными дольками. Лорд хмыкнул. Он вдруг понял, что его наследник и директор Хогвартса имеют очень много общих черт. Любовь к сладкому, экстравагантные наряды, вечные улыбки и…цепкий, почти гениальный мозг. Разве что старик сделал ставку на образ добряка, а сын играл (или не играл) в непредсказуемого и таинственного шута. Если бы Люциус не был отцом Зарксиса, он бы с удовольствием понаблюдал за их столкновением. Но сейчас его скребло глухое беспокойство. Пусть у Малфоя-младшего улыбка напоминала акулью, в глазах сверкали сталь и кровь, а катана, купленная по прихоти наследника на замену шпаге, пела в руках, Дамблдор не зря занимал сразу три поста. Опыт интриг безобидного дедушки с лучистыми голубыми глазами потрясал воображение. И их результаты тоже. И вопреки всем доводам разума откуда-то изнутри лорда поднимался отчаянный протест против вовлечения сына в эту паутину, способную в мгновение ока разрубить зазевавшегося игрока своей невидимой нитью. Отец в нём безуспешно боролся с политиком. Впрочем, теперь всё уже решилось. Зарксис был обречён на участие с того самого момента, когда он выслушал и принял задание. И это было не изменить. Люциус вздохнул и поправил воротничок белоснежной рубашки. Пришла пора выходить. ~ʘﮦ~ѻ~ﮦ~ѻ~ﮦʘ~ Маска клоуна свалилась с Зарксиса, как только он вошёл в комнату. Шляпник с облегчением закрыл дверь, прислоняясь к ней спиной, и тяжело вздохнул. — Ты спрашиваешь, почему Шерон, отец?.. — вопрос, на который никто кроме него и ещё одного человека в этом мире не смог бы дать ответ, повис в воздухе. — Потому что она не просто мой инструмент, — потайная застёжка щёлкнула, давая свободно вытянуть на свет гладкий длинный клинок. Губы Малфоя-младшего искривились в тоскливой гримасе. — Потому что она мой друг, моя названная сестрёнка. Потому что она всегда со мной. Потому что она — самое сильное существо, что я знаю. Сильное, но хрупкое. Несколько секунд мальчик вглядывался в своё искажённое отражение, а потом резко, с непонятной досадой задвинул катану обратно в трость. — Потому что она нужна мне, но её здесь нет и не будет… Зарксис медленно съехал по гладкому дереву двери на пол и закрыл лицо руками. Отчего-то ему вспомнилось, как он вернулся из Бездны. Шерил, Шелли, Шерон — три женщины, составляющие дом Рейнсворт, окутали его окровавленную, кричащую от боли душу заботой и теплом. Рейм тоже всегда хотел помочь. И помогал, несмотря на отказы, отталкивания, игнорирование. Они стали его друзьями и всегда были с ним, что бы он ни делал. Мальчик горько усмехнулся. Похоже, он и правда привык к этому. Пусть Шелли не стало очень скоро, остались Рейм и Шерон. Госпожа Шерил в основном вела дела или болела, но с младшей Рейнсворт и Лунеттом Шляпник был почти что неразлучен. А теперь их не было. И в этом никто не виноват. И это невозможно изменить. И, наверное, поэтому ему так больно это осознавать… — Хозяин Зарксис! — домовой эльф с хлопком возник посреди комнаты, — Добби принёс вам костюм для сегодняшнего выхода. — Да, Добби, спасибо, — Малфой-младший отнял руки от лица, почти радостно улыбнувшись домовику. — Хозяину Зарксису плохо? — как всегда проницательный домовик обеспокоенно посмотрел на него, — Добби может принести какао. Хозяйка Нарцисса говорит, что какао всегда поднимает настроение! — Нет, спасибо, — мальчик поморщился и поднялся на ноги, — Какао не нужно. — А леденцы? — эльф прищурился. Знал, зараза ушастая, чем давить. Настроение изменилось моментально. В мгновение ока наследник оказался рядом со своим слугой, хватая его за тонкие плечи. — И ты молчал! — в голосе Шляпника, казалось, зазвучала вся печаль мира, а глаза пообещали домовику все кары, известные его юному хозяину, — Тащи всё! Добби ухмыльнулся и исчез. Зарксис с усмешкой взглянул на место, где только что стоял эльф, и театрально вздохнул, демонстративно прижимая руки к сердцу. Он был доволен. Выбор этого странного слуги, непохожего ни на какого другого домовика, полностью оправдал себя. Добби был идеальным. Чуточку сумасшедшим, дерзким, проницательным, умным и абсолютно преданным молодому хозяину. В конце концов, именно мальчик в своё время упросил отца помиловать провинившегося эльфа, взяв всю вину за инцидент с метлой на себя. Так что, теперь тот был готов пойти за Зарксиса в огонь и воду и старался не упускать ни единой возможности помочь. — Ну-ка, что здесь у нас? — Малфой-младший осмотрел принесённый костюм, — А, второй из тех, что я просил на день рождения. Да, пожалуй, пока не стоит слишком сильно шокировать публику. В кои-то веки мне есть что терять. Чёрно-белая форма Пандоры (бывшая тем самым вторым костюмом) в этом мире, как и в предыдущем, смотрелась хорошо. В меру необычно, элегантно, но не вычурно. И прекрасно подчёркивала статус. Пусть сам Шляпник упорно не считал себя наследником рода Малфой (планируя как можно быстрее найти способ снять семейное проклятие одного ребёнка и благополучно спихнуть это бремя на брата или сестру), но ведь и верному рыцарю благородной семьи нужно выглядеть под стать её членам. — Ваши леденцы, хозяин Зарксис! — эльф появился ровно в тот момент, когда мальчик уже взялся за ручку двери. — Спасибо, Добби, — Малфой-младший мило улыбнулся и, наклонившись к уху-лопуху, зловеще прошептал, — Ещё раз забудешь сказать, что у тебя есть конфеты, я тебе подарю самую уродливую в мире одежду. Домовик нервно сглотнул и испуганно закивал. Хозяин был добрым, но вот в вопросах сладкого… Тоже добрым, но стра-ашным. — Добби понял, Добби всегда будет говорить, если у на кухне появятся конфеты! С этими словами эльф крутанулся на месте и поспешил исчезнуть, пока хозяин не придумал ещё чего-нибудь. Зарксис усмехнулся, ссыпал в карман горсть карамелек в хрустящих розовых фантиках и, наконец, вышел из комнаты. Его уже ждали. ~ʘﮦ~ѻ~ﮦ~ѻ~ﮦʘ~ Косой переулок был…прямым. Каждый раз, когда Зарксис попадал сюда, он тщетно пытался найти хоть какой-то намёк на кривизну, но дома выстраивались ровными шеренгами, булыжники мостовой имели чёткую прямоугольную форму, а в конце улицы даже с самого её начала виднелось величественное здание банка. Отец же только смеялся и пожимал плечами в ответ на его недоумённые вопросы. — Я предлагаю отправить Добби за всеми покупками кроме одежды, палочки и книг, — предложил мальчик, отдышавшись от аппарации. — Это хорошая идея, — кивнула Нарцисса, оглядываясь по сторонам, — Нотты не придут? — Нет, — Люциус подхватил жену под локоток, — Они закупились ещё вчера. — Жаль, — неискренне сказал Зарксис. — Думаю, что в этом нет ничего страшного, — мать взглянула на него, и в её глазах заиграли смешинки. Она, как и всегда, прекрасно поняла, что ему ни капельки не жаль. Что он, наоборот, даже рад возможности прогуляться только с ними (а лучше самому). Малфой-младший вздохнул. В своё время ему казалось, что придётся изгаляться, чтобы маска обманула хитрого и умного отца. Оказалось, что бояться надо было матери. Нарцисса видела его насквозь, как бы он ни старался скрыть свои настоящие эмоции и мысли. Но никогда ничего не говорила. Только где-то в глубине её зрачков вспыхивали и гасли озорные искры. За это Зарксис был ей благодарен. — Ты прекрасно выглядишь, милый, — миссис Малфой наклонилась к сыну, поправляя ему маленький золотой крест-булавку на жабо. На мгновение в центре символа Пандоры сверкнул крохотный фиолетовый камушек. Мальчик улыбнулся. — Ты тоже, мама. Пользуясь довольно тёплой ещё погодой, Нарцисса сегодня решила выгулять лёгкое светло-голубое пальто, купленное в недавней поездке в Париж. Вкупе с белоснежной кружевной блузкой и элегантной шляпкой, из-под которой выбивались светлые кудри, смотрелась она легко и изящно. Люциус ничего не сказал, но по его то и дело проскальзывающей самодовольной улыбке было видно, как он гордится и красавицей-женой, и сыном (к огромному облегчению лорда, одевшимся в наименее безумный из своих нарядов). — Давайте сначала к Олливандеру, — мать ласково положила руку на плечо Зарксиса, — Я очень хочу увидеть, что за палочка тебя выберет. — На сто процентов уверен, что это будет что-то неординарное, — пробормотал себе под нос Малфой-старший. — Потом зайдём к мадам Малкин. «Твилфитт и Таттинг», конечно, замечательный магазин, но по традиции хотя бы первую школьную мантию принято покупать в ателье мадам, — Нарцисса внутренне усмехнулась словам мужа, но сделала вид, что ничего не услышала, — Тем более, что в этой стезе у неё лучшее качество. — За учебниками я бы желал отправиться сам, — Зарксису вспомнилась огромная библиотека поместья герцога Бармы. Мгновенно захотелось снова оказаться в этой бархатной шелестящей полутьме книжной обители. Причём хорошо бы, чтобы рыжеволосый хозяин тоже к ней прилагался… Мальчик вздохнул. — Я буду рада посидеть часок-другой у Фортескью. Говорят, у них в меню появился новый вид мороженого! — на лице леди Малфой на секунду промелькнуло совершенно детское предвкушение. Люциус улыбнулся. — Я тоже совершенно не против навестить ресторанчик почтенного маэстро сладостей, — милостиво проговорил он, — Двух часов тебе хватит? — Вполне, — Зарксис согласно склонил голову. — Тогда давайте скорее закончим с остальным, — Нарцисса царственно вскинула голову и плавно, но бодро поплыла к лавке Олливандера, ловко лавируя в толпе.