Аксиома

      Хината Сё, центральный блокирующий Карасуно, приманка и самый эгоистичный человек на памяти Тсукишимы. Пусть они и были знакомы только пару месяцев, в клубе особо не общались, а вне него так вообще и не пересекались... Такого шапочного знакомства с ним, Кею хватило, что бы понять что он эгоист. Полный. Безоговорочный эгоист, требующий внимания. Он будто кричал: «Смотри! Смотри же только на меня!». Он ослеплял, Тсукишиме хотелось оказаться подальше, лишь бы не попадать под палящие лучи его эгоизма. Какое-то время это помогало. Он огрызался, ограничивал общение до его полного отсутствия, язвил, да и вообще бесил коротышку... Вот только тот и не думал его ненавидеть и избегать. Сё словно насмехался над ограничениями выстраиваемые Кеем.       Если Ямагучи и замечал подобное, то молчал. Он знал, что с Тсукишимой лучше не обсуждать это рыжее недоразумение, если, конечно, ты не поставил себе цель умереть мучительной и болезненой смертью полного идиота. Пару раз, подросток, даже спасал своего лучшего, но нелюдимого друга — Тсукки, от необъятного и обжигающего коротышки.       Вот только, что за черт тянул Тадаши за язык... Что за черт тянул его, Кея, за язык? Зачем он согласился заниматься с ним? Короля площадки он за серьезную проблему не считал, тот хоть и был эгоистом, но ни в какое сравнение с главной проблемой не шел. Просто досадное недоразумение против трагедии галактического масштаба.       Когда Кей понял, что что-то не так, было уже чертовски поздно. У них на носу был матч со старшей Аобаджосай, а Яччи прозвала их Солнцем и Луной. Она будто выделила их пару. Не Раздражающее оружее в руках самодовольного Короля площадки или ещё как. Нет, она будто подсознательно толкала Тсукишиму к гребаному краю. Если быть честным, то Ямагучи делал это наравне с новенькой. Возможно и сам этого не замечая.       Перед самой игрой Хината позвал его за собой. Сначала Тсукишима планировал просто проигнорировать это, но ноги уже сами понесли его за коротышкой. И все же Хината Сё чертов эгоист.       Он практически сразу в лоб вывалил на Кея это известие. Кинул своей гребаной влюбленностью в него, как каким-нибудь бронебойным снарядом. Короткое, маленькое и чертовски эгоистичное предложение. – Ты мне нравишься.       Легко и просто выбил почву из под ног. Огорошил новостью. И... Просто так смылся. После этого Хината покраснел из-за него лишь один раз. Можно было бы списать это на неудачную шутку... Вот только, Сё был серьёзен. Он не смеялся, не мялся, не... Он будто просто сказал: «Это мое сердце, оно пренадлежит тебе». Это подкупало. Бесило. И заставляло бояться.       План Хинаты все же удался и с нелюдимым Тсукишимой Кеем. Одиннадцатый номер больше не мог не думать о Сё, так же как не смог смириться. Тсукишима все же взял высказывание «Хината Сё — самый жадный и эгоистичный человек на его памяти» за аксиому.