Узор судьбы

      По погружённому в полумрак коридору, увитому причудливыми металлическими побегами, шли двое — демон и фея.  — Так о чём бы ты хотела узнать?       Когда-то они были противниками, и кто бы мог подумать, что они будут просто беседовать, усмирив былую вражду.  — Что ж, у меня много вопросов. Для начала, пожалуй, задам два наиболее сильно волнующих меня сейчас. Как ты выжил? И почему помогаешь мне? В смысле… Стоит ли мне тебе верить?..  — Что ж, — усмехнулся демон — верить мне, или нет — решай сама, потому как у меня нет способа заставить тебя верить, что я действительно не лгу. Хотя, должен заметить, что ни лгать тебе, ни намеренно использовать тебя в каких бы то ни было целях я не собираюсь. — Фея недоверчиво посмотрела на мага. — Вот видишь, говорил же, что сразу ты мне не поверишь. И, в общем-то это неудивительно. Между нами было слишком много… — ироническая полуулыбка — весьма неприятных моментов. О которых сейчас вспоминать не стоит, — не в этом суть нынешнего разговора. Что касается причины моей помощи тебе… На самом деле, это в весьма высокой степени связано с причиной моего возвращения в этот мир. Видишь ли, Блум, ещё во время нашего с тобой противостояния… честно признаться, меня поразила твоя самоотверженность и духовная сила. Пожалуй, можно сказать даже, что я уважал тебя. Как врага, из тех, которых ещё поискать. Знаешь, «светлые» зачастую бывают теми ещё лицемерами, но… похоже, мне повезло. Очень повезло быть твоим противником. — Он сделал паузу, собираясь переходить непосредственно к самой сути. — И вот, когда я снова встретил тебя, что же я увидел? Совершенно обессиленную, почти что сломленную девушку — ни намёка на прежнюю силу, ни искры былого пламени! — Демон был почти откровенно зол, но, чуть успокоившись, продолжил более размеренно. — Это… задевает мою гордость. Я признал тебя врагом, достойным схватки и победы. Я принял поражение из твоих рук, словно это была данность. А кто-то столь наглым образом залез тебе в душу и растоптал огненное сердце. И, судя по всему, так и не обжёгся эти огнём.       Несмотря на то, что Валтор старался не показывать всего спектра испытываемых им в тот момент эмоций, потоки магии вокруг выдавали большую их часть. И фея видела это, хотя и смутно. Не даром она была лидером новой Команды Света.  — Не думала я, что у демонов такие заморочки по поводу сражений. По крайней мере, ты со мной сейчас честен.  — С чего это такие выводы?  — Ну, как тебе сказать… раньше тебя совсем понять было нельзя — всё какие-то увёртки, недомолвки, трюки… А тут — я даже, кажется, твои эмоции различаю. Настоящие, полутонами. Да и… хотя, нет, это, пожалуй, не стоит. — Как ни стыдно было признавать это Блум, но ей сейчас, по сути, было всё равно, что там задумал коварный маг. Ей просто хотелось кому-то верить, на кого-то положиться. Кроме Валтора здесь не было никого.  — Знаешь, оборванные фразы заставляют только сильнее желать узнать, что же должно было быть произнесено.  — Может быть, когда-нибудь потом… — невнятно ответила девушка и отвела взгляд в нежелании более развивать эту тему.       Валтор всё же решил проявить такт и перевести разговор в иное русло, вернувшись к вопросам, которые они обозначили в начале своей беседы.  — Что ж, пусть так. Очень надеюсь, что это «потом» когда-нибудь наступит. Что же до того, как я выжил..... — Блум моментально напрягла слух, не желая пропустить и малейшей детали. — Хотя, скорее, это более история о том, как я вернулся. В тот памятный для многих день действительно был повержен демон, созданный Древними Ведьмами и наречённый ими «Валтор». Твоя волшебная пыльца подействовала именно потому, что моё тело было всего лишь тёмным заклинанием. Причём — весьма несовершенным. И за это я действительно должен поблагодарить тебя, Блум. Заклинание Древних Ведьм прочными оковами сковало мою сущность, не позволяя использовать и малой доли моей действительной силы. Отчасти, именно из-за этого… чувства бессилия я и стремился собрать как можно больше разнообразных заклинаний, чтобы компенсировать нехватку чистой мощи разнообразием возможных тактик. Помимо всех прочих причин, конечно. — Фея исподлобья покосилась на него со смесью недоверия и заинтересованности во взгляде, поэтому Валтор нашёл нужным уточнить. — Хе-хе. Ну, взять хотя бы то, что я хотел немного подпортить жизнь Команде Света, как, впрочем, много кому ещё в Волшебном Измерении. К тому же, мне порядком надоело находиться во льдах Омеги. Хотелось… поразвлечься.       Последние слова, произнесённые магом, заставили Блум вздрогнуть. Она вдруг вспомнила, что рядом с ней отнюдь не благородный джентльмен, любезно приютивший девушку в минуту отчаяния, нет — рядом с ней шёл ужасный демон, само воплощение Зла и первородной Тьмы. И от этой мысли сделалось страшно. Потому что, ослабев и настрадавшись, будучи отогретой его нежданной заботой, она не могла более ненавидеть его. В тот момент она поняла, что то, что Валтор пытался исполнить в их прошлые встречи, воплощается сейчас. Она идёт рядом с ним и не чувствует ни отвращения, ни угрызений совести. Бешено колотилось сердце. Она попалась на крючок. «Надо бежать! Прочь отсюда, из этого царства обмана!» Тело не слушалось её.  — Говорил же я, что ты мне не поверишь. — Словно в отдалении, но совсем близко, прозвучал до боли знакомый голос. Грустный, иронично-насмешливый голос. — А ведь ты сама во всём виновата. — Демон словно появился прямо позади неё. Прикоснулся нежно, как-бы боясь навредить, и в тоже время властно. В этих могучих руках чувствовалась сила, способная вершить историю. И распоряжаться жизнями. Но, вопреки всем надеждам феи, эти полуобьятья успокаивали пустившееся в бег молодое сердце. Им так до боли хотелось верить. А потом раздался вкрадчивый голос. — Ты сама бессознательно доверилась мне, а теперь винишь и меня, и себя. Время сражений закончено. Маг, наречённый Древними Ведьмами «Валтором» мёртв. Ты сама убила его, здесь, на Андросе. Своими руками. Эта история закончилась, и я не собираюсь ни мстить, ни лгать тебе. Эта история закончилась. Я освободился и от заклятья Ведьм, и от ненависти. Хотя, — смешок, — если кто-то всё же разозлит меня, он жестоко поплатится за это. Вместе со свободой я обрёл безграничную власть. И отныне вся моя сила будет принадлежать тебе. Сто тридцать дней я буду оставаться на твоей стороне, что бы ни случилось. И всячески буду поддерживать. Можешь считать это благодарностью за славное противостояние. Я ведь уже говорил — таких врагов поискать, и я не прощу подобное неуважение. — «Мы вместе станем силой, что вершит историю» хотел было сказать он, и осёкся. Подобные слова только вызвали бы новый шквал подозрений и душевных терзаний. «Как же с тобой сложно, моя маленькая принцесса». — Теперь ты мне веришь? — Он осторожно развернул девушку к себе и заглянул в пронзительно-голубые глаза.  — Похоже, придётся — В его взгляде было столько тепла и столько уверенности в своих словах, что не поверить просто нельзя было. Отчего-то он казался таким надёжным, таким родным. Он не оставит, не передаст — слишком горд, слишком важен. Слишком близок для подобного.       «Неподобающие» мысли более не пугали её.