rise and shine

      Фрэнк, конечно, хороший парень. Успешный ученик, идеальный друг и отличный товарищ и вообще большой молодец. Только вот есть у него одна привычка, которая бесит его мать больше всего - привычка дрыхнуть до конца времен. Нет, ее Фрэнки может и умничка-разумничка, но тот факт, что он же может и атомную войну просто-напросто проспать выводит миссис Айеро из себя.       Женщина всю свою сознательную материнскую жизнь боролась с пороком сына. Каждое утро она придумывала ему оригинальные способы 'как проснуться с утра легко без регистрации и смс'. Вылить ведро воды на голову? Запросто. Запустить пять дико миленьких щеночков? Элементарно! Затрубить в саксофон над самым ухом спящего? Да раз плюнуть. И что самое интересное, каждый раз работает на ура. Фрэнк подскакивает на кровати, заходясь громким криком отчаяния, и через несколько секунд, состроив обреченную гримасу, падает в кровать, потирая татуированными кулаками заспанные глаза. Ну, разве что, щенки заставили его пищать однажды. Но это исключительный случай, и вообще, об этом никто не должен знать.       Но в этот раз Линда решила состроить что-то грандиозное. Сегодня у ее сына день рождения, 21 год! Наконец она сможет пинком под зад выпроводить любимого отпрыска навстречу жизни, может хоть так сынок в конце концов начнет вставать по утрам сам. Но перед тем, как Фрэнк уедет от нее (а она будет безумно скучать), миссис Айеро устроит ему его самое неожиданное пробуждение в жизни.       За несколько дней до этого, женщина прошерстила интернет в поисках 'начинающих рок-групп из Ньюарка', которые за символическую плату были бы не против сыграть для ее спящей красавицы симфонию "Проснись и пой!" в шесть часов утра. Самое удивительное, что ей все же удалось найти компанию каких-то сомнительно выглядящих ребят, которые с радостью согласились на все ее условия, а узнав, что же они должны будут сделать и для чего, сделали ей скидку, сказав, что "это будет просто охеренно, мы за любой движ". Миссис Айеро не понимает этого молодежного сленга, но за сэкономленные пару долларов согласна с этими ребятами смириться.       За день до сего представления, Линда встретилась с вокалистом группы. Звали его Джерард, и выглядел он весьма приметно: кожаная косуха, рваная майка, обтягивающие джинсы и высокие сапоги с заостренными мысами. И все черное! Кроме волос. Да, волосы были ядерно-красные, и миссис Айеро не уверена, что ее зрение осталось в порядке после взгляда на эту ослеплеюще-яркую шевелюру.       Говорил молодой человек, вопреки своему виду, воспитанно и сдержанно; но с неким энтузиазмом. Видимо, ему действительно понравилась идея такой пакости, которую им предложила Линда: кто не захочет что есть мочи дать шуму, чтобы аж окна зазвенели, когда рядом спит ничего не подозревающая жертва?       Интересно посмотреть на реакцию, а еще с нее от души поржать.       Джерард осветил Линде репертуар его группы и познакомил ее заочно со всеми участниками, "это вот Рэй, он самый нормальный, Майки - мой брат, одержим единорогами, Боб - та еще змея, ну и я - на голову отшибленный, к слову, так что Вы обратились по адресу, Линда". А миссис Айеро смотрела на него с самодовольной ухмылкой и потирала ладошки - да, это будет и вправду грандиозно.       Они сошлись на песне, которую парни должны будут сыграть - одна из самых жестких в дискографии ребят, начинающаяся сначала так спокойненько, а потом как заорет диким криком и гитарным риффом*. Фрэнку, конечно, нравится панк и подобная музыка, но не в шесть утра в свой день рождения. Ох, Линда в предвкушении.       Миссис Айеро упомянула, что сын увлекается игрой на гитаре, и что в его комнате полно всякого оборудования, а спит Фрэнк как убитый и приготовлений их даже не заметит, так что все что ребятам нужно принести - свои инструменты и хорошее настроение! Да, настроение может быть только хорошим, что вы, великолепным всвязи с таким событием!       31 октября в 5:30 утра группа тихо проходит в квартиру, любезно отказываясь от предложенных им Линдой угощений и под руководством миссис Айеро проходят в просторную комнату, которая больше похожа на студию нежели спальню. В самом углу комнаты действительно находится нечто похожее на кровать, точнее, груду подушек и одеял и мирно сопящее в ней тело. Спящего парня почти не видно, разве что часть татуированной руки, обвившей подушку, и черные локоны выбивались из общей картины беспорядочных пледов и одеял.       Уэй оглядел спящую фигуру, подметил татуировки и решил, что узнает о них чуть позже, а сейчас стоит вернуться к исследованию оборудования в комнате. Линда не соврала, сказав, что здесь есть все, что им может понадобиться. Черт, да даже микрофон. Этот парень поет?       Но от своего золотистого микрофона с надписью SASS QUEEN Джерард отказаться не может, так что он просто подключает его к усилителям.       Когда все готово, а Фрэнк все еще поглощен мертвым сном, на часах 5:57, и Линда достает телефон - запечатлеть самый лучший ее утренний розыгрыш на камеру. – Готовы, мальчики? – спрашивает она полушепотом, нажимая на кнопку записи на смартфоне.       С синхронным кивком, ребята переглядываются и Рэй начинает тихую мелодию, на которую спящему парню с высокой башни. Спустя пару секунд, они с Майки одновременно ударяют по струнам и рев гитар заполняет помещение. Миссис Айеро подскакивает на месте, с широченной улыбкой наблюдая за встрепенувшимся сыном.       Не проходит и секунды, как дикий вопль Джерарда разрезает воздух, гитары набирают скорости, а разбуженный Фрэнк с первозданным ужасом в глазах в унисон орет вместе с вокалистом.       Парень вскакивает в кровати и садится, все еще вопя и не сводя взгляда с красноволосого виновника его пробуждения. Он пытается отдышаться, когда вокалист вступает со словами песни, все еще в страхе и немного не в себе ото сна подтягивает на себя одеяло и ошарашенно переводит взгляд с группы на уже буквально уссывающуюся от смеха мать, снимающую его на гребаный телефон! Фрэнку хватает мозговой способности сложить два и два и он снова закатывается в крике, падая обратно на подушки. Прикладывая обе ладони к лицу, он вдыхает еще воздуха и взмаливает к небесам: – ГОСПОДИ, ЗА ЧТО МНЕ ЭТО! А-А-А!       Он слышит, как красноволосый парень лажает и заливается громким смехом, а группа позади него понемногу меняют мелодию на что-то вычурно праздное, и его мать начинает свою шарманку. – С днем рожденья тебя, с днем рожденья тебя!       Смутные ребята, которые, кстати говоря, непонятно как оказались в его комнате, понял Фрэнк, подхватили поздравление и захлопали в ладоши, заглушая рев инструментов. – С днем рожденья, милый Фрэнки, с днем рожденья тебя-я-я! – пропели эти пятеро хором, заставляя Фрэнка залиться краской то ли от поздравления, то ли от ярости что даже в день рождения ему не дают поспать! – Что это, блять, было? – отдышавшись, не сдерживается Фрэнк и ловит от матери победоносный взгляд, что означает "ты мелкий лох, я опять тебя уделала". – Это был твой подарок на день рождения, Фрэнки, – вступается красноволосое нечто, что теперь уже не кажется таким монстром, как казался спросонья. – Ты вообще кто? Вы все кто? Что вы тут делаете, как вы знаете мое имя? – он завалил их вопросами, отчего ребята только сильнее загоготали, а мать приблизила его лицо на камере.       Лицо Фрэнка выражало полное непонимание, отчаяние и боль. В прочем, все то же, что и каждое утро, только в десять раз сильнее. – Я Джерард, а это моя группа, и мы пришли чтобы помочь твоей матери устроить тебе лучший праздник! – успокоившись, сказал вокалист и пробежался взглядом по Фрэнку, будто изучая.       Одеяло сползло, и теперь прекрасно было видно татуированные руки и не менее татуированную грудь. Даже на шее виднелись несколько рисунков, и Джерард невольно закусил нижнюю губу, поднимаясь выше на лицо именинника.       Его личико даже заставило Джерарда немного почувствовать вину за такой жестокий розыгрыш, но он быстро отогнал эти мысли, потому что черт, как же было охуенно.       Фрэнк встретил изучающий взгляд Джерарда, и на секунду залагал. От возмущения глаза на лоб лезли, а этот чудик мало того приперся со своей группой в его комнату в его законный выходной, так еще и пялится бесстыдно! Как их земля носит.       Но в то же время было в этом чудике что-то такое, из-за чего Фрэнк не хотел пока что выпроваживать его из дома.       Линда заметила сцепившиеся взгляды ребят, и поняла, что эти парни просто так не уйдут отсюда. Либо Фрэнк прямо сейчас разнесет все вокруг в пух и прах своим вселенским гневом, либо он прямо сейчас всосет лицо этого горячего незнакомца. Нет, ну это конечно крайность, Фрэнк не такой.. но вот взгляд у него один на все случаи жизни: и когда что-то очень нравится, и когда уничтожить это что-то ему тоже очень хочется. – Праздник, говоришь? – не отрывая взгляда от зеленоватых глаз Уэя, говорит Фрэнк, – ну и что тогда застыли? Давайте, праздничный концерт!       Фрэнк уселся поудобнее в кровати и скрестил руки на груди, с вызовом поглядывая на красноволосого.       Этот взгляд буквально разбудил в Джерарде панк-монстра. Он забыл о всех деньгах в мире: сейчас было важно доказать этому черезчур привлекательному имениннику, что Уэй чего-то, да стоит.       Разрывая зрительный контакт, вокалист повернулся к группе и кивнул, на что те озарились широкими ехидными улыбками и вдарили по своим инструментам.       Фрэнк сразу же пожалел о брошенном вызове; его барабанные перепонки норовили взорваться от такой громкости. Но он все же выдержал одну песню, которая оказалась совсем даже не плохой; Джерард так упоенно выступал в этой комнате, как на огромной сцене, что даже прерывать не хотелось. – Все, все, я понял. Вы крутые парни, и пришли сюда поржать. Ха-ха, смешно, с днем рожденья меня, спасибо, мама, спасибо, ребята, – яро жестикулируя, съязвил Фрэнк и так приторно улыбнулся, не собираясь даже вставать, – теперь все свободны, шоу окончено.       Линда посмотрела на сына осуждающе. – Все веселье запорол, кайфолом, – прогундел Джерард, отключая свой блестящий микрофон от усилителей Фрэнка и побуждая остальных делать то же.       Несмотря на реакцию Фрэнка, (а что ты ожидал, Джи?) хорошее настроение у красноволосого осталось уже определенно на весь день. А этот день начался очень рано.       Завершив свои сборы и попутно болтая с Линдой ни о чем, ребята вышли из комнаты Айеро-младшего. Переступая через порог последним, Джерард обернулся и подмигнул провожающему его взглядом Фрэнку и скрылся за дверным проемом.       Фрэнк моментально почувствовал, как его щеки стремительно краснеют. Он помотал головой и стал наспех одеваться, дабы сбросить эту волну смущения.       Уже стоя на дороге около машины, Джерард закинул свой позолоченый микрофон на заднее сиденье и, сказав "Я быстро, если что, через 5 минут уезжайте", захлопнул дверь и побежал обратно к дому семьи Айеро.       Помявшись на входе, он услышал разговор Фрэнка и его матери. Фрэнк явно был очень недоволен таким резким пробуждением, но в его голосе читалась нотка какой-то необъяснимой радости, что вызвало у Джерарда скромную улыбку. Выдохнув, Уэй постучал в дверь.       Миссис Айеро уже было бросилась открывать, вдруг забыли что, как Фрэнк перехватил инициативу и сказал, что откроет сам. Дверь распахнулась, и перед Джерардом престал молодой парень на полголовы ниже его самого, с сонным гнездом на голове и таким же сонным взглядом. Красноволосый улыбнулся еще шире и начал было говорить, но: – Чего тебе, демон? – перебил его еще не начавшуюся мысль Фрэнк, заглядывая в глаза, – забыл чего?       Джерард поднял брови на прозвище. Что, так быстро? Он цыкнул и попытался реорганизовать свою изначальную фразу. – Да, забыл, – он ухмыльнулся, – забыл узнать, когда наш именинник свободен и не против сходить со мной в какую-нибудь кафешку. – он ну очень по-женски отбросил непослушную неоновую прядь движением головы и оперся рукой о косяк, заводя ее над головой Айеро, – Когда?       Опешив от такой настойчивости, Фрэнк моргнул пару раз. Да, может Джерард и гребаный демон, и заваливаться с утра было очень невежливо (хоть это и был план его чокнутой на розыгрышах мамочки), и вообще, это очень, очень плохой способ познакомиться и произвести хорошее впечатление, но Фрэнк все равно хотел бы с ним куда-нибудь сходить. – Ты меня сейчас на свидание пригласил? – Фрэнк подходит издалека. – Да, пригласил. – С чего ты взял, что я по парням? – сощурился Фрэнк и скрестил руки на груди.       Джи лишь только рассмеялся. – Ну, во-первых, у тебя ЛГБТ-флаг во всю стену, – Уэй начал загибать пальцы свободной руки, – во-вторых, у тебя на двери написано "Натуралам вход воспрещен", ну, а в-третьих, чувак, у тебя просто на лбу высечено "Я ЛЮБЛЮ МАЛЬЧИКОВ". – Джерард широко улыбнулся, – не нужно быть гением, чтобы это понять.       Фрэнк заметно покраснел и поубавил уверенности, что, конечно же, было замечено красноволосым демоном. Он ухмыльнулся победно и повторил: – Ну, так когда ты свободен? – Да хоть сегодня, – наконец, сдался Айеро, его губы предательски расползлись в улыбке, – утром, днем, вечером. Когда угодно, Джи. – Хмм, – Джерард обернулся и увидел свистящих ему из машины Рэя и Майки, – тогда давай сюда свой номер, я напишу днем. – Уэй оттягивает рукав своей косухи и достает маркер из.. непонятно, в общем, откуда и сует его в руки Фрэнку.       Тот лишь странно на него смотрит. – Что? Эти придурки телефон мой сперли, – он кивает головой в направлении машины, – пиши давай.       Айеро ничего не остается, как ухмыльнуться и, пожав плечами, вывести на предплечье музыканта цифры своего номера телефона.       С легкой улыбкой Джерард кидает простое "увидимся" и спустя несколько широких шагов оказывается в машине, которая с ревом уносится прочь от дома.       Фрэнк провожает машину еще пару секунд, странно улыбаясь, и поворачивается зайти обратно в дом, как вспоминает..       Мама.       Сейчас начнется.       О, Боги. – Ну что, Фрэнки, все-таки не такой плохой подарок, м? – захлопала в ладоши миссис Айеро, понимая, что только что произошло и почему ее сын так загадочно лыбится. – МА-А-АМ! – кричит Фрэнк, захлопывая входную дверь.

–––

      Сладкий сон Фрэнка резко прерывается оглушительными звуками бас-гитары и барабанов и последующим диким криком.       Фрэнк дергается и с воплем хватается за сердце, разлепляя глаза и садясь прямо в кровати. Он не сразу понимает, что происходит. Его очень давно не будили с утра такими изощренными способами.       За долю секунды он отрывает в памяти информацию, что сегодня 31 октября, день, когда ему исполнится 25 лет и день, когда..       Черт его побери.       Айеро потирает глаза и фокусируется впереди себя, чтобы разглядеть у усилителей Джи, Рэя, Майки и Боба, от души херачащих ту самую песню, которой разбудили его четыре года назад.       Уэй заметил ошарашенно-уничтожающий взгляд Фрэнка на себе и улыбнулся ему из-за своего долбанного золотого микрофона, продолжая петь. Благо, в этот раз колонки не издавали звуковые волны разрушающей силы.       Пустив пятерню в свои черные патлы, Айеро чертыхнулся и тут же тепло улыбнулся, почувствовав на себе этот самый издевающийся взгляд.       Закончив с песней (которая стала Фрэнку любимой), все еще красноволосый затянул поздравительную серенаду, прямо как в первый раз. Только сейчас он бросился с объятиями на своего любимого, буквально сдавливая его в своих сильных руках и поваливая на их кровать, пока остальные хлопали в ладоши и давили ну уж очень широкие лыбы. – С днем рождения, Фрэнки, – промурлыкал Джи тому на ухо, – я так люблю тебя, не представляешь!       Айеро оголил все 32 в улыбке на эти слова, стискивая руками в ответ и зарываясь носом в шее Уэя. – Да, именно поэтому ты решил меня до усрачки напугать! – Ой, скажи спасибо, что в этот раз в девять. – И я люблю тебя, Джи.       Джерард отстранился достаточно, чтоб подарить своему чуду поцелуй и залился заразительным смехом.       Прямо таким, как в первый раз.