Новый Доктор: жизнь без Тардис

Рука горела огнем уже третий день. На ночь он принимал обезболивающие, а днем… днем хотелось лезть на стену. В целом это были очень нервные дни, Клим предупредил, что если воспаление начнет подниматься вверх по руке, то придется немедленно проводить операцию, если через пять дней воспаление не начнет спадать – тоже самое… -Клим сделал что мог, - весьма хладнокровно объяснил Доктор Розе, - теперь, что будет. На самом деле ему было далеко до истинного хладнокровия. Временами он винил Клима в том, что тот дал ему надежду, которая может улетучиться в любой момент, или еще хуже – начинал жалеть о том, что выжил. Доктора весьма беспокоило, что Клим безо всяких проблем может узнать, какой бред, продиктованный страхом, приходит ему в голову. Но, если Клим и знал о его панических настроениях, то не подавал виду. В этот день Клим сообщил ему, что по случаю происшествия в Вестминстерском Дворце начато официальное расследование. -И кого же назначили главным виновным? – с улыбкой поинтересовался Доктор. -Видимо, Гариет Джонс, - отозвался Клим, - она не отрицает, что несет ответственность за создание экспериментальных баз, на которых была выведена раса жуков, так что… -… дела ее плохи, - закончил Доктор. Клим насторожился: -Что-то мне не нравится твой тон. Опять что-то задумал? Доктор лишь усмехнулся: -Не может же тебе всегда все нравиться! А по поводу того, что я задумал – ты помнишь, что обещал не читать мои мысли без разрешения? Клим покачал головой: -Не помню, я не обещал… -Ну… - Доктор на секунду замялся, - представь, что обещал! Клим рассмеялся: -Может, все-таки не будем играть в игры? -Если я скажу, ты будешь против, - предупредил Доктор. -Можно подумать это тебя остановит. Поколебавшись, Доктор кивнул: -Тоже верно. Что ж, мне нужно увидеть Гариет Джонс. -Тебе нельзя вставать, - напомнил Клим. Доктор поморщился: -Да ладно. Я же не собираюсь ходить на руках! А ребра разве что только болят – ты сам говорил – ничего серьезного! -Допустим, - Клим без особого энтузиазма пожал плечами, - но зачем тебе Президент? Доктор перевел дух: -А вот сейчас тот самый случай, когда я официально разрешаю тебе прочитать мои мысли, потому что рассказывать слишком долго… - да и не очень-то хочется… С минуту Клим пристально смотрел на Доктора, затем обреченно опустился на стул. -Ты сошел с ума, - констатировал он, безо всякого выражения. – Спорить, я так понимаю, бесполезно. Доктор слабо улыбнулся: -Разве ты не понимаешь, что это самый лучший выход? Клим с сомнением пожал плечами: -Возможно, только это не честно. Доктор пожал плечами: -Не имеет значения. Мне нужно твое согласие, потому что лучше тебе отправиться со мной. -Я только за, - отозвался Клим, - мне очень хочется посмотреть на лицо Гариет Джонс, когда ты ей скажешь. -Отлично! – поморщившись, Доктор встал с кровати, - Я скажу Розе, и мы отправляемся. Клим согласно кивнул: -Она спит в соседней палате. Роза вовсе не спала. Она лежала на койке, во время болезни Доктора заменившей ей домашнюю постель и глухо рыдала в подушку. Она не хотела, чтобы ее слышали, ей не нужны были ничьи утешения – просто она устала… Доктор в разговорах с ней никогда ни на что не жаловался, не делился тем, что его беспокоит – большей частью он просто отшучивался – вот только глаза оставались серьезными, и в их глубине метались страх и боль. Она даже говорила об этом с Климом. Но он помочь ничем не мог, только объяснил, что Доктор таким образом держит себя в руках. Ему легче от того, что он может поговорить с кем-нибудь, как ни в чем не бывало, так он отвлекается от того, что его мучает. И Роза смирилась со своей ролью «кого-нибудь, с кем можно просто поговорить». Если Ему так легче, если Ему это нужно – почему бы и нет… Вот только для нее такие разговоры с мужем превращались в пытку. Накануне, она сидела у него вечером – перед тем, как ему должны были дать обезболивающие. Доктор не прерываясь рассказывал о чем-то… - ей никогда не вспомнить о чем, потому что она ясно видела, что ему нестерпимо больно, и говорит он лишь затем, чтобы от этой боли не кричать… Она, в любом случае, ничем не могла помочь, но она могла бы пожалеть его, сказать о том, как ей тяжело видеть все, что с ним творится… Но он ей не позволил. Он рассказывал о Вортексе и Каскаде Медузы, временами прерываясь, чтобы сделать судорожный вдох. И когда она, не выдержав, спросила, как он себя чувствует, он ответил привычное «Все в порядке». Она покачала головой: «Неправда, Доктор». «Нет, правда, вполне терпимо. Нечего об этом говорить!..» И она сидела до самой ночи. Пока он не уснул, приняв, наконец, обезболивающие. И безропотно слушала о чудесах Вселенной. Но в памяти остался лишь торопливый, слишком торопливый, даже для него голос, временами срывающийся отнюдь не от восторга перед темой повествования. И сегодня утром, когда она собралась идти к Доктору, она вдруг поняла что не может… просто не может… -Роза?! То, что он сам появится здесь, Роза никак не ожидала и вскочила с кровати раньше, чем сообразила, что воспаленные глаза едва ли можно оправдать сном. Доктор, увидев ее лицо, встревожился: -Что случилось? -Случилось? – Роза возмущенно перевела дух – это ОН спрашивает, что случилось! - Да ничего особенного! Он появился слишком неожиданно. Иначе она никогда не позволила бы себе высказать, все, что накопилось на душе, но сейчас… Она заявила, что ненавидит его манеру заговаривать ей зубы. Что, вероятно, он считает ее идиоткой, раз позволяет себе так поступать. Что, очевидно, Климу он доверяет больше и что, следовательно, на нем ему и необходимо было жениться! И она долго, очень долго продолжала что-то говорить в том же духе. Пока, наконец, почувствовав себя полностью опустошенной, не опустилась на кровать. Доктор долгое время потрясенно молчал. Потом он подошел и сел рядом. -Я не думал, что ты так… - он покачал головой, не в силах подобрать подходящие слова, - если честно, я вообще не думал о том, как приходится тебе… Роза уже пришла в себя достаточно, чтобы начать сожалеть о своих словах. -Я совсем не то хотела сказать! – произнесла она. Доктор мягко улыбнулся: -Но сказала именно то, что нужно. Да, ты права. Я врал тебе все время. Что со мной все в порядке, что рука болит, но терпимо. На самом деле, я до смерти перепуган и временами готов отдать что угодно, лишь бы больше не чувствовать боли. Я бы душу продал… хорошо, что никто не предлагает купить… - он тяжело вздохнул, - но я уверен, мне было бы значительно легче, если бы я думал и о тебе тоже, а не зациклился бы на своих болячках… Прости. Роза вспыхнула. -Я вовсе не это имела в виду, - произнесла она, - мне не нужно, чтобы ты беспокоился обо мне… -Нужно, - возразил Доктор, - а самое главное это нужно мне. -Я просто хочу, чтобы ты говорил мне то, что чувствуешь на самом деле, а не притворялся, что все в порядке! Доктор на секунду сжал зубы, затем глубоко вздохнул. -Роза, - произнес он серьезно, - ты и так знаешь, что я чувствую на самом деле, и я не верю, что мне или тебе станет легче, если я буду произносить это вслух. Роза молча взглянула на его заключенную в ланьетку руку. Доктор поморщился: -Большую часть времени, она болит так, что я начинаю надеяться, что Клим придет и скажет, что дольше ждать нет смысла… хотя понятия не имею, как на это отреагирую, надеюсь, не устрою истерику… Ненавижу истерики! На самом деле убивает именно ожидание… Иногда я ненавижу Клима за то, что он сразу не отвез меня в больницу… Роза почувствовала, как по щекам снова потекли слезы. Доктор обнял ее здоровой рукой и прижал к себе: -Все будет хорошо, - пообещал он, - что бы не произошло. -Это я должна тебя успокаивать, - произнесла Роза. Доктор хмыкнул: -У тебя хорошо получается. Пока я утешаю тебя, мне совсем некогда сходить с ума… Кстати об этом… Навестишь со мной Гариет Джонс? -Что? – Роза отстранилась. – Сейчас? Ты с ума… - она осеклась. Доктор широко улыбался: -Я же предупредил! Не волнуйся, мы прихватим Клима, он проследит, чтобы в пути я не рассыпался на кусочки! Роза невольно улыбнулась в ответ. -Зачем тебе понадобилась Гариет Джонс? -Расскажу по дороге. Идем! Доктор поднялся на ноги. Клим уже ждал их у Тардис. Роза медленно шла вслед за Доктором, тщетно пытаясь уложить в голове то, что только что рассказал ей муж. Собственно, а чего она от него ожидала? Очень даже в его духе… Гариет Джонс пыталась составить отчет о своих действиях, приведших к захвату Вестминстерского дворца, когда прямо в ее кабинете материализовалась Тардис, представ в виде огромного старого сейфа. Из сейфа вышел беспечно улыбающийся Джон Смит с женой и руководитель Торчвуда Клим Вегнер. Еще пару дней назад это привело бы госпожу Президент в некое замешательство, но теперь ей было не до этого. -Снова собираетесь меня похитить? – равнодушно поинтересовалась она. -Зачем же? – Джон Смит жизнерадостно улыбнулся, - мы пришли помочь вам написать ваш донос на саму себя, - он кивнул на чистые листы в принтере президента, - Как вам такой вариант? – Он положил перед Гариет Джонс листок, исписанный мелким стремительным почерком. Торопливо прочитав, госпожа Президент замерла. -Но это же… - рассеянно произнесла она. -Вы обвиняете во всех бедах меня, - кивнул Доктор, - и, забегая вперед, я не собираюсь эти обвинения опровергать. -Но вы ни в чем не виноваты! Если бы не вы, то неизвестно чем бы все закончилось! Только я несу ответственность за случившееся! Доктор согласно кивнул: -И то, что вы это осознаете, заставляет меня признать, что лучше вам остаться на своем посту. Вы не повторите своих ошибок… - он вопросительно взглянул на Клима, - ведь не повторит же? Тот утвердительно кивнул: -Уверен, что нет. -А вот ваш преемник от них не застрахован, - продолжил Доктор, - а мне бы очень не хотелось, чтобы через полгода на каких-нибудь военных базах вырастили новых монстров. -Настолько, что вы готовы сесть в тюрьму? -Я не собираюсь садиться в тюрьму, - возразил Доктор, - я собираюсь исчезнуть. А если вам понадобится моя помощь, вы всегда можете разыскать меня с помощью Клима. Гариет Джонс усмехнулась: -Умно! Вы заставили Управление отпустить Торчвуд в самостоятельное плавание, но он все еще находится в подчинении у Президента. Однако Президенту, то есть мне, волей неволей придется сохранить на должности главы Торчвуда вашего друга, поскольку я знаю, что ваша помощь мне обеспечена лишь в этом случае! А ваша помощь может быть бесценна… Доктор кивнул: -По-моему, игра стоит свеч. -Вы не оставляете мне выбора! Клим криво усмехнулся: -Почему же? Вы отлично знаете, что выбор есть. Вы можете отказаться от предложения Доктора и спокойно сесть в тюрьму. Гариет Джонс поднялась из-за стола. -Надеюсь, мистер Смит, вы подыскали себе надежное укрытие. Доктор улыбнулся: -Не беспокойтесь. Едва ли люди смогут найти меня в ближайшие пятьсот лет. А когда шум поутихнет, можете воспользоваться этим… - он положил на стол конверт, - Удачи, Гариет Джонс. Она вам понадобится! Развернувшись, он скрылся в Тардис. Его спутники последовали за ним. -И что же было в конверте? – поинтересовалась Роза, закрывая за собой дверь. -Газета, - отозвался Доктор, возвращая Тардис в Торчвуд, - видишь, я вполне могу управлять ей с помощью одной руки! - Обычная газета из будущего! – пояснил Доктор и перехватив взгляд Клима, поинтересовался, - В чем дело. -Температура, - коротко пояснил тот. -Что не так с температурой? -Ее у тебя нет… Где я могу посмотреть твою руку? Проглотив, подступивший к горлу ком, Доктор проводил Клима в медицинскую комнату Тардис. Клим осторожно снял с его руки ланьетку, бинт… Опухоль на руке спала почти полностью. -Впервые такое вижу, - пораженно произнес Клим. -Что это значит? – спросила Роза. -Это значит, что рука начала заживать, - ответил Клим, - я бы понаблюдал за ней еще несколько дней, но опасность миновала. Доктору вдруг показалось, что он спит. Он долго готовил себя к тому, что ампутация останется единственным выходом. А вот к хорошим новостям он оказался не готов абсолютно. Пока Клим забинтовывал руку и надевал ланьетку, Доктор только и чувствовал, как растет непонятная тяжесть в горле и груди, словно его что-то душило. Потом они остались наедине с Розой. Он так и сидел на стуле, совершенно неподвижно, когда она подошла к нему и обняла. Это было слишком. Он вздрогнул всем телом, стремясь освободиться от душащей его тяжести, и совершенно бессовестно разрыдался, уткнувшись в куртку Розы и забыв обо всех своих намерениях держать себя в руках, что бы ни случилось. У него было оправдание. Приятные сюрпризы не были включены в список событий, озаглавленных им условной фразой «что-бы-ни-случилось» … Гариет Джонс, после некоторых колебаний, вскрыла конверт, оставленный ей Доктором. В конверте оказалась газета, датированная декабрем этого года. Заголовок передовицы гласил «Таинственные обстоятельства смерти бывшего руководителя отделения «Торчвуд» Джона Смита»…