Стирая боль

— Кристиан, где Маринетт? — Адриан! Ты жив! — Где Маринетт? — Я не знаю, она убежала, оставив меня одну, Адриан, я не знаю… — девушка со слезами бросилась в объятия мужа. — Здесь больше никого нет! — мужчина в спасательном камуфляже освещал мощным фонарем местность. — Нет! С нами была ещё девушка, найдите её! — Адриан с трудом стоял на ногах, его правое плечо было все в крови. — Сейчас мы не сможем найти её месье, утром сюда вышлем группу, а сейчас нужно ехать! Молодых людей погрузили в машину, Адриан успокаивал и гладил по голове дрожащую жену, которая лежала на его коленях, — Потерпи, скоро приедем. Сирены разбудили тихий Париж. Молодых людей отправили по разным отделениям, Кристиан в гинекологию, а Адриана в хирургию. — Итак, вы утверждаете, что вас было трое? — полицейский стоял записывая в блокнот показания Агреста. — Да! С нами еще была Маринетт Дюпен-Чен, она тоже выбралась, я сам видел, но потом… — Что потом? — Я сорвался, моя жена сказала, что Маринетт ушла, видимо, чтобы позвать на помощь. — А кем вам приходилась Маринетт Дюпен-Чен? — Она моя подруга. Это имеет значение? — Водитель спасательной службы утверждает, что видел двух девушек вдалеке, а Ваша супруга странным образом стояла около обрыва, когда они подъехали. — На что вы намекаете? — спросил Адриан. — Ни на что, месье, я просто уточняю данные. — Найдите её, она ещё жива, я уверен. — Мы направили патруль, выздоравливайте, месье Агрест. Когда рваная рана на плече была зашита, Адриан поторопился к супруге. — Поздравляем, у вас мальчик! Можете пройти посмотреть, только наденьте халат. Адриан прошёл в палату, где Кристиан держала на руках небольшой свёрток. — Спасибо, — прошептал Адриан. Кристиан подняла на него свои зелёные глаза и от чего-то в них был испуг и ужас. — Прости меня, Адриан… — За что? — Она… — Кристиан не договорила, её глаза начали закрываться и она перестала откликаться, перехватив малыша, Адриан поспешил позвать докторов. Спустя полчаса к нему в коридор вышел врач. — Мне очень жаль, но мы не смогли ничем помочь… Агрест задремал прямо на диване в приемной, так как покидать сына ему не хотелось, маленький Эндрю находился в боксе для недоношенных. Крики в пять часов утра заставили его проснуться и подняли на уши все приемное отделение. На каталке мимо него привезли Маринетт. — Отойдите, не мешайте! — санитары оттолкнули Адриана от каталки, за которой он увязался крича имя девушки. Маринетт была очень бледная, её иссиня-черные волосы были покрыты прозрачными льдинками в вперемешку с алой кровью. Ещё четыре страшных часа он провёл возле операционной. — Вы родственник? — наконец вышел врач. — Это моя подруга. — С ней все в порядке, как ни странно, видимо родилась в рубашке. У неё есть родственники? Муж? — Да, родители, но, кажется, сейчас они не в городе. — Мы посмотрели её карту, знаете после аборта мы не можем… — Что? — Я говорю после аборта мы ничего не… — Нет подождите, она делала аборт? — Пять лет назад, так записано в её карте, так, что-то я разговорился, извините мне пора, — врач смутился, он только что нарушил врачебную этику и попытался поскорее уйти. Адриан ещё около двух часов простоял около маленького Эндрю, который лежал под лампами. Он был похож на него, от Кристиан ему достались только темно-русые волосы. — Адриан! — Габриэль Агрест был в шоке увидев своего сына - порванная рубашка в крови, измученный и обессиленный вид. — Отец. — Адриан, я только узнал, что случилось, где Кристиан? — Она умерла, — для пожилого мужчины это было словно дежавю, ему очень нравилась супруга Адриана, а со смертью своей жены он до сих пор не смирился. — А… — У нас родился мальчик, это Эндрю, отец, мой сын, — младший Агрест перевёл взгляд на спящего малыша, внимательно проследив за реакцией отца. Габриэль плакал. Смотрел на младенца в прозрачном боксе и плакал. Адриан проснулся в своей комнате от хлопка двери, и увидел отца, Натали и Нино. — Доброе утро Адриан, — Габриэль впервые за долгое время обеспокоенно смотрел на сына. — Привет, бро. — Доброе утро, сколько я спал? — Ты проспал около суток, сейчас полдень, мы подумали, что ты захочешь навестить Эндрю и решили разбудить тебя. — Спасибо. — Только сначала позавтракай. Пойдём, я и Натали, будем ждать вас внизу. Нино смотрел на Адриана оценивая масштаб катастрофы, им позвонили только вчера вечером, и они с утра уже приехали в Париж, чтобы поддержать своих друзей. — Я соболезную, Адриан. — Спасибо. — Алья сейчас в больнице, говорит, что Маринетт очнулась, — Нино посмотрел на равнодушное лицо Адриана. — Похоже ты был прав, я напридумывал себе слишком много. — Ты о чем? — Неважно, — бросил Адриан и начал одеваться. Разочарование постигло его ещё вчера. Почему она так поступила? Неужели врала, но зачем? — Адриан! — А? Что? Прости я задумался… — Я говорю давай шустрее, иначе мы опоздаем, жду тебя внизу, — Нино ушёл. Эндрю мирно спал в боксе для новорожденных, через стекло было хорошо все видно и трое с глупыми улыбками склонились над малышом. — Адриан, он вылитый ты, — Натали даже расплакалась. — Да, наша порода, — подчеркнул с особой гордостью Габриэль. — Так, все, время посещений окончено, прошу, — медсестра громко объявила это на всю палату и Агресты с Натали вышли. — Послезавтра, Адриан, ты уже сможешь забрать его, я подготовила все документы, завтра состоятся похороны Кристиан, тебе нужно будет присутствовать. — Да, спасибо, Натали. — Тогда пойдемте, у нас много дел. — Я ещё зайду к Маринетт, если что меня Нино потом подвезет. Адриан попрощался с отцом и направился в палату к Дюпен-Чен. Маринетт смотрела на яркие солнечные лучи, которые пробивались в окна, в глазах стояли слёзы, которые она даже не могла нормально вытереть своими забинтованными ладонями. Ей крупно повезло, обморожений почти не было, а вот колючки от веток, что впились в кожу нанесли больший ущерб. Даже рана на голове не такая уж тяжёлая. Новость о смерти Кристиан была ужасной, но Маринетт в глубине души все-таки знала, что с обрыва её столкнула именно она. Ведь больше там никого не было, а вот мужчина, который шёл на встречу видимо был Адриан. Алья в подробностях рассказала все, что сообщили ей полицейские. Мысли о трагичном дне сменились радостью, неверием и страхом. Когда доктор озвучил ей, что она в положении, она долго оспаривала его слова, приводила глупые и не очень факты, но в конце концов сдалась, когда он показал ей результат УЗИ. Два месяца, хотя другого срока быть и не могло. — Привет, — Адриан заглянул в палату одновременно со стуком в дверь — Привет, — расплылась в улыбке Маринетт, как же она была рада видеть его живым. — Как себя чувствуешь? — Хорошо, мне сказали, что через пару недель выпишут. Адриан, я так рада, что ты жив, я думала ты… — Маринетт, скажи, а ты любила когда-нибудь Нуара? Или может ты просто использовала его, чтобы забыть меня например, Адриана Агреста, первую любовь как никак, — Адриан стоял у окна, смотря куда-то вдаль и спокойно говорил, а вот у Маринетт подобные рассуждения вызывали волнение. — Я любила тебя и как Адриана, и как Нуара. — Тогда зачем ты сделала аборт? — Не понимаю, Адриан — Все ты понимаешь, — Адриан повернулся к Маринетт, зеленые глаза были холодны и равнодушны, — А я тебя ведь совсем не знаю. Беседу прервал доктор, который вошёл в палату, чем воспользовался Адриан и ушел, оставив Маринетт в полном недоумении.