Чёрная лилия

В следующий раз Гарри проснулся уже под утро. Первой мыслью было, что всё: и младенец-Волдеморт, и крысюк-Петтигрю и парень из другого мира — лишь сон. Всё казалось таким нереалистичным и далёким, словно произошло не с ним. Яркие лучи пробивались сквозь узкие окна Больничного крыла, освещая белые простыни на койках, бронзовые светильники на стенах, отражаясь в стеклянных дверцах шкафов для зелий. Всё было таким обыденным. Поттер повернул голову и понял, что соседние кровати пусты и ровно застелены. Он был здесь один. В груди заныло. Гарри было уже понадеялся, что в его жизни появился ещё один человек, который стал бы ему семьёй, но очевидно это было зря. Неужели он не достоин… — Очнулся? Тихий голос заставил его подскочить от неожиданности. У неприметной двери стоял Наруто и заинтересованно смотрел на волшебника своими ледяными глазами. Всё таки не сон. — Да. Ты как? — Я? Это ты у меня спрашиваешь? Я то нормально, для меня такие ситуации не редкость. Лучше бы о себе беспокоился. — Я нормально. — усмехнулся в ответ Поттер и откинулся на подушку. — Выспался впервые за два месяца, ничего не болит и вообще я полон сил. Узумаки хмыкнул и присел на край койки волшебника. Тот и правда выглядел куда лучше, чем в их первую встречу. Пропали мешки под глазами, да и сами глаза будто стали ярче от мелькающих в них искорок. Странно, но даже сам Узумаки, учитывая разнообразие во внешности людей его мира, никогда не видел таких удивительно зелёных глаз. У Сакуры они были намного светлее и более голубые что-ли, а у Гаары как-будто покрыты какой-то пеленой. У подавляющего большинства они были либо черные, как у Учиха, либо карие. У самого Наруто, да и у его отца, глаза голубые, но это довольно большая редкость. Хотя у клана Ооцуцуки они у всех были голубые, но там дает свое додзюцу — тенсейган. Вообще сначала шиноби очень удивило, что почти у всех людей тут волосы темные, разных оттенков. Очень мало светловолосых. А кого-то с розовыми или красными вообще не наблюдалось. Никакого разнообразия. Вообще всё вокруг было странным, каким-то что-ли древним, только свечи и факелы, никакой электрики или что-то типа того, но хотя бы вода в кранах есть. Люди тоже крайне странные. Приняли его как старого друга, с распростёртыми объятиями, после того, как он признался, что как бы убийца, да? Обычно люди реагируют не столь… Спокойно? Хотя Снейп всё ещё следит за Наруто настороженно, от чего уважения к этому волшебнику у него прибавилось. За то время, пока Гарри отдыхал, Узумаки успел облазить весь замок вдоль и в поперёк, пробраться в каждый уголок, к которому у него был доступ. Он познакомился с стариком-завхозом Филчем и его верной спутницей, кошкой Миссис Норрис. В тот день он открыл для себя много нового. Филч был склочным, ворчливым, но не плохим. Оно и ведомо, коль жизнь твоя не сахар. Пожилой человек с артритом, от которого постоянные боли, в каменном замке, что никогда не прогревается полностью. Чего ему быть милым. А ещё магия. Узумаки, при детальном рассмотрении, заметил, что потоки магии у завхоза какие-то слишком тонкие и прерывистые что ли. Очень было похоже на повреждение каналов кейракукей после техники «Мягкой длани» Хьюга. С этим вопросом он обратился к низкорослому профессору-полугоблину Флитвику. *** — Вы видите потоки магии, молодой человек? — Э… Ну да, даттебайо… Это обычное умение. А у вас не так? Оказалось нет. Этим навыком владеют лишь единицы и то он считается чуть ли не родовым даром. — А на счет мистера Филча… Понимаете, в нашем мире много всякого разного, в том числе необъяснимого. Конечно многое можно спихнуть на магию, но не всё. Аргус — сквиб, это волшебники с настолько слабым даром, что творить чудеса они не могут, но видят все появления магии и на них, что немаловажно, действуют зелья и снадобья, что исключено в случае магглов — обычных людей в принципе без потов магии в теле. Матерь Магия — очень привередлива, непредсказуема и справедлива, иногда даже жестока. Конечно, её гнева можно избежать, если не нарушать её законов. Их не слишком много, на самом деле, но есть множество исключений, подвохов и лазеек. Иногда случается, что в семье обычных людей рождается волшебник, таких называт магглорождёнными, но и они бывают разные. Всё зависит от родословной. — На крови, если точнее. Я правильно понимаю? — Да. В вашем мире тоже есть подобное? — Возможно, но пока не могу сказать точно. Вы упоминали про родовые дары… Это так некая специфическая способность, что передаётся из поколения в поколение? — Верно, молодой человек. Но это, конечно, присуще только семьям со множеством поколений, тщательно культивирующих эти дары. Например, род Гарри был известен многими выдающимися артефакторами, зельеварами и чароплётами. Ещё, ближе к пятнадцатому-шестнадцатому векам, часто встречались некроманты, химерологи, это те, кто создаёт новые виды существ или их гибриды, если упрощённо, и ритуалисты. К сожалению, сейчас множество отраслей магической науки запрещены Министерством магии, поэтому превратились в спящие. — Понятно. В этом плане у нас всё очень схоже. Мой клан, Узумаки, славиться очень пластичными каналами чакры, что позволяет развиваться до очень больших объёмов, неимоверной живучестю и владением мастерством фуин. Конечно, почти всему можно научится, но с природной предрасположенностью всё даётся гораздо легче. — Это верно. Позвольте полюбопытствовать, а что такое «фуин», которое вы упомянули? В ответ Наруто достал з подсумка, который прикрепил к ремню штанов, что ему выдали, чакролист с взрывной печатью. — Фуин — это искусство выведения рисунков, что несут в себе некий запас чакры. Их можно много для чего использовать. Например, эта штучка, на первый взгляд обычный клочок бумаги, сподобна детонировать так, что от этого кабинета мало что останется. — Д-детонировать?! — Это взрыв-печать. Активируется импульсом чакры, так что просто так не рванёт, не волнуйтесь так, а то сердечный приступ словите. — Любопытно… — полу-гоблин внимательно изучал вязь рун, чуть ли не носом по ней водил, но палочку доставать не рисковал, мало ли от заклинания взорвётся. — Не вижу ни одного знакомого символа, просто удивительно. Интересно, а возможно ли повторить нечто подобное в наших условиях? — Хм… Ну, для создания подобной штучки требуется специальная чакропроводящая бумага и такие же чернила. Усидчивость, ровный непрерывный поток чакры и максимальная сосредоточенность, а то мне пару раз чуть руку не оторвало. Если есть возможность найти аналоги материалов, то можно поэкспериментировать. — Мерлин, если у нас получится, то мы изобретём новую отрасль магической науки! Это же невероятно! Мистер Узумаки, предлагаю заключить контракт! Наруто растерялся. Какой нахрен контракт?! Он даже в элементарных основах не разобрался! Видя такую, в принципе ожидаемую реакцию, пышущий энтузиазмом профессор немного остыл и прокашлялся. — Да, простите, молодой человек, перевозбудился. Давайте я Вам кое-что объясню и мы будем решать, что делать дальше. — Было бы неплохо, — облегчённо выдохнул Узумаки и расслабился в кресле. В кабинете у Флитвика было довольно уютно, а спокойное и равное отношение со стороны его владельца делали атмосферу здесь очень располагающей. — Итак, я бы для начала хотел узнать, что, по своей сути такое Магия? Вы сказали, что она довольно капризна, и в то же время течёт в волшебнике, подобно чакре. В этом я запутался. — Что ж, Вы довольно верно подметили. С точки зрения мифологии, истории и ритуалистики, Магия — это некая Великая сущность, на равне с Жизнью и Смертью создавшая наш мир. Она является, так сказать, столбом мироздания, имея свои законы и порядки, так же как другие две сингулярности. Например, дети есть неприкосновенны в любом мире, что в магическом, что в маггловском. За это следует наказание в виде неминуемой смерти. Так же можно сказать и про последнего в Роду, если этот самый Род достаточно древний и сильный, но тут существует загвоздка в плане кровной мести. Сейчас, конечно, это не так распространено, но раньше при таких обстоятельствах, так называемые мстители должны были оставить хотя бы одного представителя рода живым, что бы он мог продолжать исполнять свои обязательства перед магией. Есть ещё ряд правил, я дам Вам одну интересную книгу, прочтёте на досуге. А вот с точки зрения теории магии, целительства и магии крови, магия — это некая энергия, которой могуть оперировать лишь предрасположенные к ней люди, то есть маги. Магия не всесильна, как может показаться на первый взгляд, существует множество ограничений. Например, так называемые «пять исключений Гампа», что связаны с таким разделом магии, как Трансфигурация. Невозможно из ничего создать еду, как и создать её из чего либо несъедобного, поскольку она так же будет несъедобна. Невозможно трансфигурировать несколько предметов одним заклинанием, объект должен быть один. Невозможно трансфигурировать что-то, если оно является частью большего предмета, как, например, зуб в челюсти. Невозможно подвергнуть превращению нечто нематериальное, как газ, воздух или, например, привидение. Ну и невозможно превратить магический предмет в не магический и наоборот. Вернее, придать форму возможно, но магические свойства от этого не появятся. Что-то вроде того. Филиус выдохнул и отпил чай, принесённый домовиками. О них шиноби рассказал, как ни странно завхоз. Страшненькие существа, зато полезные. Вон, Орочимару, пока с ума не сошёл, тоже полезный, но страшненький, и ничего, доблестно служил Конохе. Опять же, пока кукуха на почве бессмертия не полетела. Наруто призадумался. Выходит, вот в чём разница. У них чакра — просто энергия, а у них магия — это сущность, как Шинигами. Стоп, так получается, что этот мир создал его предок ещё с двумя сущностями и они типа как Боги что-ли? В мире шиноби Богом считали Мудреца Шести Путей, так как тот подарил людям чакру. Или что-то вроде того. Интересно. Ещё интереснее стало, когда они обсудили магические обязательства и контракты. Если магический контракт составлен с учетом всяких мелочей и лазеек, то при малейшем нарушении его условий можно лишиться магии, а то и жизни. В мире шиноби на подобного рода вещи часто ложили большой… Болт. Особенно если в какой-то момент одной из сторон казалось, что их где-то конкретно нае… Обманули. Альянсы создавались и так же быстро распадались и вчера ещё союзники могли легко обнаружится на стороне противника. Нет, в Британии (так, оказывается, называлось островное государство, в котором они находились) тоже было множество личностей, которые промышляли интригами и манипуляциями, но зачастую тут всё обстояло менее кровопролитно. Хотя Наруто, как опытному шиноби, казалось, что если хорошенько покопаться в документах, хрониках и найти правильных людей, то точно найдётся достаточно неапетитных деталей. Существовало огромное множество разнообразных контрактов и обетов. Простые обещания, ученические, непреложные, на крови, заклинание Филелиус, Долг Жизни и тому подобное. Во всяком случае, формулировка может быть абсолютно разной в зависимости от ситуации. — Ученические контракты, мистер Узумаки, стандартные, но с учётом нашей с Вами ситуации можно внести некоторые правки. Конечно, после того, как вы ознакомьтесь со всей нужной литературой. — успокаивающе поднял руку Филиус в ответ на неуверенность в голубых глазах. Что ж, теперь у Наруто хотя бы есть чем заняться, помимо присмотра за Гарри. Кстати насчёт него. Пока парень отсыпался в лазарете, шиноби пораспрашивал преподавателей, порылся в библиотеке в поисках какой-либо информации о родственниках Поттера. И узнал довольно много интересного, хотя нелицеприятных моментов там было куда больше. К сожалению. Самым красочным был рассказ Северуса Снейпа. Этот мрачный человек хранил в себе столько обиды и горечи, столько тайн было скрыто за прочным панцирем. Как ни странно, эту защиту смог пробить огневиски. Мерзкое пойло, на вкус Наруто, но другого у зельевара не было. Всё таки ни что не сравнится с превосходным саке в Танзаку. Так себе местечко, но толк в алкоголе и женщинах они знают. — Профессор Снейп? Могу я Вас потревожить ненадолго? — парню удалось поймать его далеко не сразу. Бегал он от него, как ниндзя, ей Ками… — По поводу? — равнодушно отзывается со своего места за столом Северус. — Я тут узнаю кое-что понемногу, спрашиваю у всех о семье Гарри. Я хотел бы… — Вон… — Что, простите?.. — Я сказал ВОН!!! Если бы не наработання за годы тренировок реакция, банка с чернилами прицельно бы прилетела шиноби в лоб. Слава Шинигами, на пути у нее возникла створка двери. — Я знаю, что вы учились с его родителями в одно время, и знаю пару не самых аппетитных историй, но я не за этим пришёл. — показать свою осведомлённость, немного поддеть за живое и легонько остудить сверху. Волшебник гневно раздувал ноздри и тёмным горящим взглядом сверлил светловолосую макушку иномирянина. — Да неужели? — Именно. Я тут порылся в хрониках, точных сведений нету, но есть кое-что о некоем Линфреде Поттере. Как ещё разговорить мастера зельеварения, как не интересом к его отрасли? Наруто искренне восхищали возможности местных магов. Срастить кости за пару часов, стереть память мгновенно или так же мгновенно обучить новому языку. Примеров огромное множество и это еще блондин осведомлён лиш о крупице этого разнообразния. Следующие полтора часа проходили в обсуждении настоек, корешков и мазей. Наруто рассказывал по возможности какие-то интересности из своего мира, но поскольку он не был ирьёнином, то в них разбирался крайне поверхностно. Нет, в Академии давали необходимую базу для выживания, это должны были знать все, но углубленно учились только медики. И обучение это было ужасающе тяжёлым. Как-то Узумаки заглянул в парочку свитков, которые заваливали рабочий стол Сакуры и почти ни слова не понял, а схемы строения человеческого тела вызывали в нём неконтролируемые приступы паники. Так вот, под приятный разговор и рассуждения о жизни они всё-таки дошли до школьных лет профессора. И до огневиски. — Я был из бедной неблагополучной семьи, мистер Узумаки, а отец Поттера и Блэк — дети с ботыми родителями, будущие Лорды. Эта разница была слишком заметна. А ещё Лили… Она была моим единственным другом, человеком, который был со мной потому, что ценил. И я её ценил. — Его тёмный взгляд задержался на пламени в камине. Было видно, что эти воспоминания по прежнему приносят ему боль. — Джеймс сразу начал вести себя заносчиво перед красивой девочкой, увидел во мне соперника. Я его понимаю… Лили Эванс сияла, как солнышко, затмевая всех вокруг. А я был похож на несуразного, всклочённого, вечно хмурого воробья. Неудивительно, что мы сначала не поладили… Стоп. Сначала? Что-то не сходится… МакГонагалл говорила, что Снейп всегда завидовал и лил ядом в сторону её золотых львят. Презирал и ревновал к рыжеволосой гриффиндорке. — Мы со временем разобрались, конечно, но первое время друг другу нервы трепали знатно. Лили воротила нос от Джеймса, он злился, выливал на меня свою агрессию, подключая Блэка. Люпин вообще не понятно как оказался в их компашке, но он там был самым адекватным. А Петтигрю… Реально был серый, как мышь. Я просто учился, проводил эксперименты, никого не трогал, но моё финансовое положение оставляло желать лучшего. Я устроился помощником аптекаря летом после третьего курса. Мне уже было четырнадцать, я хорошо разбирался в ингредиентах и был в состоянии справиться в покупателями. Малпеппер — добрый старик, до сих пор за прилавком стоит. Именно тогда-то мы всё и выяснили с «Мародёрами». Сириус забежал купить что-то для домашней лаборатории и остолбенел, увидев меня там. Учитывая, что держать язык за зубами он в принципе не способен, то его друзья узнали о нашей внезапной встрече в тот же вечер. Видимо наблюдение за мной было гораздо более интересным занятием, чем развлечения дома. Сам разговор был до нелепости глуп. Наследники богатых родов не понимали, зачем мне работать так рано, всё пытались выведать у меня больше подробностей. Я несколько раз послал их к Мордреда и они отстали. Следующую неделю они наворачивали круги вокруг аптеки. Выглядели правда крайне нелепо и в какой-то момент мне это надоело. Я затащил их внутрь, вывалил всю нелицеприятную правду о своей жизни и выгнал вон. Честно, только потом я понял, что они могут растрепать всё в Хогвартсе. И запаниковал. Они не объявлялись неделю и всё это время я был как на иголках. Думал, что стану достоянием общественности и польётся грязь, но ничего не происходило. А потом они завалились ко мне и потащили выпить. Собственно так мы всё и выяснили. Они не были плохими или хорошими. Они были просто людьми. Хотя теперь Лили и Джеймс — герои войны, посмертно, а про мёртвых или хорошо, или ничего. Как и про Петтигрю. К сожалению. Снейп замолчал, глядя на огонь в камине, а в его глазах такая тоска, что Наруто понял — этот человек не лжёт. Весь его рассказ, где-то подробный, где-то не очень, правдив. Так почему бы и нет. — Мои родители погибли в день моего рождения, спасая нашу деревню. Отец был её главой, это был его долг. Не буду вдаваться в подробности, но после тех событий я остался совершенно один. Детство моё было ужасным. Каждый день был полон ненависти со стороны жителей Конохи. Они считали, что я виноват в смерти их близких и всю свою боль они выворачивали на меня. А что мог понимать маленький слабый мальчик, когда его избивали до полусмерти в подворотне, называя совсем незнакомые имена? Не знаю, как не сошел с ума и не озлобился, хотя благодарная почва была. Потом я поступил в Академию и нашел первых друзей. Сакура и Саске были себе на уме, но работа в команде сделала нас очень близкими. Я тренировался, ходил на миссии, находил новые знакомства, сближался с жителями деревни и другими ниндзя. Все было неплохо. Пока не началась война. Я потерял почти всех: крёстного, девушку, которую любил, многих друзей. Я был в отчаянии. Единственным выходом оказалась техника, при использовании которой я должен был пожертвовать собой. Надеюсь сейчас у них все хорошо. После разговора они ещё посидели в тишине и парень ушёл. Ему было о чем подумать и чем себя занять. А на следующий день наконец-то оклемался Гарри.