Он несомненно взглянет на меня

      Чем ближе они подбирались к И Лин, тем больше мертвецов встречали на своём пути. И Цзян Чэн безжалостно убивал их всех. Возможно, он думал, что Вэй Ин сможет начать контролировать их, и всячески предотвращал это. Возможно, ему было просто противно находиться рядом с ходячими трупами, которые и на вид были не очень, и источали ужасный запах разложения. А, возможно, он возомнил себя героем, и очищать мир от зла — было его прямой обязанностью. Последнее предположение Вэй У Сянь посчитал самым забавным и правдивым, поскольку поимка и уничтожение Старейшины И Лин — чистейшего зла на всём белом свете, тоже входило в его планы.       Поселение И Лин осталось далеко позади. Преодолевая его, Вэй Ин невольно вспомнил, как давно, ещё в прошлой своей жизни, встретил там Лань Ван Цзи и предложил поужинать. Несмотря на то, что затейником был он сам, платил за их трапезу именно Лань Чжань. Помимо этого, как ему сказали, Лань Ван Цзи не ест острого, хотя Вэй У Сянь готов поклясться, что все блюда на их столе были именно такими. Тот заказал их специально для него. Осознавая это, в его, как он сам думал, почерневших душе и сердце, Вэй Ин почувствовал наполняющее и приятно покалывающее тепло где-то в районе груди. От этого одновременно становилось и сладостно, и горестно.       Гора Луань Цзан, на удивление её бывшего обитателя, довольно сильно изменилась. Мертвая атмосфера никуда не делась, становясь только мрачнее и ядовитей, поглощая всё доброе и светлое, что попадало в это гиблое место. Но вокруг горы теперь возвышались статуи химер в ужасном состоянии, поскольку их лишь возвели, но никто не пытался ухаживать. Они несли в себе функцию хранителей от всякой нечисти, но некоторые статуи были в таком упадке, что раскалывались и разваливались прямо на глазах. Небо затягивалось непроглядной алой пеленой, а под ногами скапливался чёрный туман. Дома, что попадались при подъёме на вершину, больше не выглядели целостными. Где-то отсутствовала целая стена, а где-то рухнула крыша. В эти жилища явно уже давно не ступала нога живого человека.       «Ну что, Старейшина И Лин, — едко выдавил Цзян Чэн, — как тебе твой дом?»       «Нормально, — улыбнулся Вэй Ин, оглядев пейзаж с обеих сторон, — там подкрасить, там подремонтировать и будет как новенькое. А статуи так вообще красота. Сразу подчеркивают мрачную атмосферу этого места, — он отдёрнул скованные Цзы Дянем руки и поднял большой палец вверх».       Лицо главы Ордена Юнь Мэн Цзян исказилось в недовольной гримасе, пока он и вовсе не отвернулся. Вэй Ин всегда будет всё тем же Вэй Ином, сколько бы раз и в какое бы тело он не перерождался.       Наконец, после долгого подъёма на верхушку горы, путники её достигают. На вершине находилась холодная и мрачная Пещера Усмирения Демона и острый бездонный утёс. У Вэй Ина в голове всплывали картинки прошлого, но, прикрыв глаза и встряхнув головой, он старательно отогнал их.       «И всё же, Цзян Чэн, зачем мы пришли сюда? — вмиг став серьёзным, огляделся Старейшина И Лин».       «Чтобы исправить ошибку Вэнь Чжао и обеспечить твою смерть, дабы твоя гнилая душонка никогда не смогла покинуть это место — рыкнул бывший шиди, кивнув двум подчиненным».       Те приблизились к Вэй У Сяню, стаскивая с коня и, подтащив к самому краю скалистого обрыва, поставили на колени. Глава Ордена Юнь Мэн Цзян шёл следом, медленно вынимая Сань Ду из ножен. Он схватил того за волосы, приподнимая с земли, и Цзы Дянь медленно пополз по телу Вэй Ина, возвращаясь в форму кольца на пальце своего хозяина.       «Сначала я проткну твоё чёрное сердце, Вэй Ин, а потом только сброшу помирать внизу, — съехидничал Цзян Вань Инь и замахнулся, на что Вэй У Сянь лишь хмыкнул».       Лезвие нацелилось на его сердце и, набирая скорость, вонзилось… в землю. Цзян Чэн отступил на шаг, недоумевая, но тут же вернул себе в руки рукоять выбитого меча, чтобы закончить начатое. Все стоявшие позади него вздрогнули, выкрикнув дрожащим голосом «Призрачный Генерал!», делая неуверенные шаги назад. Вэй Ин был отброшен на землю, на самый край пропасти, закрытый от всех широкой спиной Вэнь Нина.       «Чего вы встали? — рявкнул Цзян Чэн. — Убейте обоих!»       Подчиненные в фиолетовых облачениях настороженно приблизились, не решаясь начать схватку с Призрачным Генералом. Первым бросился Цзинь Лин, но, выбивая из рук его меч, Вэнь Нин отправил того глотать пыль несколькими кувырками по земле. Цзян Вань Инь раздраженно рыкнул, доставая Цзы Дянь, что заискрился фиолетовой молнией, повторяя свою первую попытку. Он оттеснил Вэнь Нина к самому краю, нанося удары и кнутом, и мечом, но тот принимал все атаки, не давая им задеть Вэй У Сяня. Подчиненные же, завидев, что их глава сдерживает самого Призрачного Генерала, осмелели, и тоже ринулись в бой. Вэй Ин, серьезно оценив обстановку, вывел весьма маленькие шансы на их побег, если только не…       Вэнь Нин грозно зарычал, когда меч сиганул по его плечу, отрубив руку, но, прислонив отрубленную конечность к тому месту, где она была, срастил обратно. Напавшие со всех сторон заклинатели наносили дополнительные удары, отбивать которые он уже просто не успевал. Когда Цзы Дянь сомкнулся на его шее, а Сань Ду отвели в сторону, чтобы отрубить Вэнь Нину голову, то, схватившись за воротник одежды Призрачного Генерала, Вэй Ин оттолкнулся от края утёса, потащив того за собой, пока оба не пропали в непроглядной тьме.       Чёрные вороны летали над вершиной горы Луань Цзан, приземляясь на острых скалах, и наблюдая за происходящим. Цзян Чэн, отдышавшись, взглянул вниз и, не увидев там ничего кроме бездонного мрака, вернул Сань Ду в ножны, а Цзы Дянь на палец. Подчиненные осторожно выглядывали упавших, боясь самим оступиться и отправиться следом, но, ничего так и не увидев, складывали своё оружие.       Не шевелился только Лань Чжань, который выдвинулся по их следу и, услышав лязги мечей и боевые возгласы, ускорился, как раз достигая вершины. Ноги окаменели так же как и руки, не давая даже двинуться с места, а широко раскрытые медовые глаза, не моргая, устремлены на обрыв, где всего мгновение назад стоял Вэй Ин.