Ноябрь, который изменил его жизнь 2

      Если кто и отмечает практически каждый праздник [По типу дня пива, дня травы/ Автор], так это те на голову отбитые люди, которые водят дружбу дружную с Серёжей Ленёвым. Однако празднование крещенских морозов девятнадцатого января (кто-нибудь вообще радуется им?? холодно же до уссачки) было событием явно не для всех них. Минус 47 по Цельсию (ну хоть не по Фаренгейту), это как минус яйца – не из приятных ощущения. Явились только самые морозоустойчивые и бухалоневырубаемые, но Максим не относился ни к одним, ни к другим, поэтому пришлось записываться к последним, точнее, к Ярославич. Ужрался парень настолько знатно, что первый раз в жизни проблевался не от обычного отравления. – Ебать, Макс, ты норм? – Ты как-то побледнел. – Тебе нехорошо? – Да ладно? Ничего, что его только что вырвало, блин! – Может, скорую вызвать?       Какие-то лица маячили перед глазами Суркова, а он не понимал, что происходит, и кто все эти люди. Зачем они здесь? Кто он сам? В чём тайна бытия? А сила в чём? Ему ведь ещё зачёт по физике сдавать, а он не помнит самого простого. [Секунда физического юмора./ Автор] – Отведу его наверх, а то в обморок ёбнется. – Да, Катюх, спасибо. – сказал Лёша, который тащил на себе своего лучшего друга – Им всем сегодня приспичило? – Хахаха, да я хуй знает. Но этот чудила к кому-нибудь куда-нибудь пойдёт. – она кивнула в сторону сидящего у стены брюнета – А этот «кто-нибудь» потом опять будет с рожей недовольной ходить. – И лучше бы нам не знать о последствиях похода.. – кое-как пролепетал в жопу пьяный Аршавин – Ты-то заткнись! – Крылов отвесил своему другу подзатыльник.       Посмеявшись с двух друзей, девушка подхватила Макса под руку и повела на второй этаж дома, где жила новая пассия друга брата знакомого сестры Серёги. Сложно, зато бесплатная хата. [Так обычно и появляются связи, разве нет?/ Автор]       Уложив неумелого алкаша на кровать, села рядом и стала гладить по голове, удостоверяясь в том, что Витя и правда был прав, а сам Сурков отмечать, что это довольно приятно. Вот бы его гладили вечность. Неважно кто. Он представит кого нужно. – Ну, ты как?       Промычав что-то невнятное, Максим снова закрыл глаза и словил ТАКИИИИИИЕ пароходы, что поклялся себе больше никогда не смыкать своих очей. Именно в такой формулировке. Спустя минут семь, его стало отпускать, однако эти пароходы никуда не делись, напротив, их прибавилось, но это больше забавляло, нежели тяготило. – Теперь я понимаю чё ты ловишь – Невъебато, да? – Катя заулыбалась – Ваще.. – протянул Сурков – Ыхы! Ты кароче лежи, я за водой метнусь. [Да, именно кАроче, ибо у кого кОроче, тот дома сидит./ Автор] – и Ярославич исчезла.       Через пару минут она уже вернулась, буквально заставив Максима выпить всю злосчастную бутылку воды, после чего предложила перейти в ближайшую к туалету комнату, но сперва её посетить. «Чтоб потом добежать успел, ахахахахаха!» – Ты вот либо бессмертный, либо дурак. – Сурков посмотрел на свою подругу, собираясь оправдываться – Не отвечай, одно другого лучше. Я не понимаю, тебе приключений на жопу не хватает? Хах, учитывая то, с кем ты знаком, такой нехватки ощущаться не должно. – Кать? – А? [Белый бы сказал: "Пакет гавна."/ Автор] – Меня ещё никто не отшивал, при этом делая всё, что я хочу. Нарисуй на мне ножом свадебное фото, ага, Пей мои стоны, будто краденую воду. Спрячь отвёртку в диафрагме (спрячь отвёртку в диафрагме), Разорви моё лицо, будто обёртку. – Хаа?? – Ярославич была в недоумении. В этом состоянии она проводит около 54х часов в неделю, и всё из-за знакомства Максима с её лучшим другом – Давай, не надо. Ладно? Мы ведь с Антоном друзья, вся хуйня, да. – А мы с тобой, значит, не друзья, да? Вот, как ты заговорила! – Сурков вскочил на кровати и пожалел об этом, резко упав обратно – Бля-я-я-я... – Друзья мы, друзья. – То-то же. – Просто не хочу знать всё. Я, конечно, вкратце проинформирована, в каких-то моментах более детально, но мне достаточно. – Ну.. ясно..                     ****** – В Суркове-то и нравиться? Пф, этот придурок похож на собаку, бесит. – На собаку? Лол, Карл, почему? – Ну, не знаю. Просто он делает такое лицо, когда расстраивается или грустит, или чё он там делает – не ебу. И выглядит, словно дважды брошенная дворняжка. Ты поймёшь, когда увидишь. – Правда?                     ****** – Я, бля, буквально увидела, как твои собачьи ушки опустились сейчас! Откуда они взялись? – Ярославич захихикала – Да пизжу ж я, лучше б не знала того, что знаю, ахахаха. – Катя потрепала Максима по голове – И.. ну, это пиздец, натуре. У каждого свои скелеты в шкафу и раны на душе, у кого-то они прям, кхм.. – она не стала договаривать, надеясь на понимание друга, и перевела тему. – Отвратительно быть бабой, я серьёзно, особенно, когда твой лучший друг Антон. Эх, в мечтах, я его уже и так, и так... Но появляются всякие шлюхи или такие, как ты, или как Лёха, тоже те ещё шлёндры, и всё идёт по пизде! И причём не по моей! Я обрадуюсь любому твоему прикосновенью (прикосновенью), Посмотри, как я играю с твоей тенью. Твои розовые пальцы – вот и всё моё меню, Трясу лохматой головой, за тобою семеню. – Фу, Катя!! – Сурков засмеялся – Вот такая вот хуйня. Всю малину нам с Антохой портите, ахахаха! – А Рома ему, правда, никто? – Мишин-то? Пф, нашел, кого вспомнить. Да и с чего вдруг такая заинтересованность в его персоне, а? Умеешь же метнуть тему в максимально другое русло!! – заметив серьёзный настрой в пьяных глазах парня, девушка усмехнулась. – Думаю, его можно сравнить со вторым томом «Мёртвых Душ»?! Ты не подумай, его не сожгли, хах, я имела в виду, что для Антона, как и для всех нас, Мишина не существует, однако, Белый был бы не против и первого варианта. Так что, расслабься, из конкурентов у тебя разве что... Не ссы ты так, я ж угараю. А! Кстати, тогда, на новый год, что вы с ним в комнате делали? [Кто ещё метает разговоры./ Автор] – Разговаривали.. – Сурков покраснел – Не надо мне тут краснеть, не я начала это дерьмо. А почему он кричал? – Кричал? – Не прикидывайся, что не помнишь. – А, кричал. Так мы это, за его пятку дрались. – Вы? – Ярославич поперхнулась – Да.. – С Белым? – Да.. – Дрались за его пятку? – За его пятку.. – Я хуею просто. Ладно, ты.. без обид. Но он-то куда? – Катя вздохнула – И что этому предшествовало? Этот собачий поцелуй, Этот собачий поцелуй предназначается тебе (предназначается тебе) Хозяйка, хозяйка. Я ненавижу в тебе плоть (я ненавижу в тебе плоть), Я ненавижу в тебе плоть, я ненавижу в тебе бля (а а а а) Хозяйка, хозяйка. – Ну, – брюнет отвернулся. – Разве он тебе не рассказывал? – Нет. – на самом деле, девушка только что вспомнила об этой ситуации, поэтому спросила у первого из парней попавшегося. – Нет? – прошептал Макс – Как? – обернувшись, продолжил уже громче – Он же всё тебе рассказывает – Всё? Хм... – на мгновение повисла пауза – Антон рассказывает мне лишь то, что сочтёт нужным. Манипулятор хренов. Вот вы все такие умные, говорите, что я знаю его лучше всех, но это нихуя не так. О нём никто ничего не знает. Ничего, блять, кроме того, что он захочет, чтобы мы знали. Этакая замкнутая выёбистая хуйня ходит по городу и не желает открываться, бесит! Хуй его поймёт, что у Белого на уме. Да, может, я и знаю чуть больше, но оно ограничивается предпочтениями в музыке и кинематографе, да в знании того, что с ним на самом деле произошло, ну, и о вашей ситуации. О кое-чём ещё.. Ну, получается, что не чуть. Но кто знает, что он не солгал мне? Кто знает, что он не лжёт тебе, а? – Он не лжёт мне.. – кожа парня покрылась мурашками то ли от холода, что вряд ли, то ли... – С чего ты взял? Вот с чего ты взял? Что знаешь о нём ты, чего не знаем мы? Ведь всё, что знаем мы – ложь. Я и в одежде наг, ты в наготе, как в платье Меня целует ангел на тебе, как на распятье. В комнате мы втроём. Как нечаянный вор – Ангел в дверном проёме смотрит на нас в упор. – Кать.. – голос Суркова вдруг задрожал – Уж лучше, пускай он выскажет мне как сильно я его достал или наорёт, даже если мы и переругаемся вдрызг, но.. помоги мне! – Помочь тебе? И чем же? – Я не знаю.. не знаю!.. – Ну, чего ты ревёшь?.. Ну, всё. Иди сюда. – Ярославич обняла и прижала к себе Максима, а он внезапно разрыдался на её плече. – Тебе нельзя было влюбляться в такого, как он. Это твоя непростительная ошибка. Звучит пафосно, знаю, но это так, увы. Мы предупреждали с самого начала, что Антон у нас "особенный". Досыта наглядевшись, прячется, как собака В мокрое полотенце пряничного заката. Ангельское сердечко набрякло – надорвалось. Он – как я – теперь утопленник моря твоих волос. – Помоги, пожалуйста, я больше не могу. Ладно бы отшил меня сразу, но он отвечает! Он делает так, как мне нравится, понимаешь? Почему?..       Девушка смотрела на друга и не могла ничего ему ответить, потому что не хотела ранить ещё сильнее той правдой, которую никто не заслужил. Эх, пьяненькие мальчики ещё хуже пьяненьких девочек. Хотя, раз на раз не приходится. – Помоги мне, помоги мне, В желтоглазую ночь позови. Видишь, гибнет, ах, сердце гибнет В огнедышащей лаве любви.~ Спела девушка и стала вытирать слёзы своему другу. – Так, давай, яйца в кулак. Ты ведь должен разобраться с этим засранцем, а то он так и будет тебя динамить! Мне, видимо, уже не суждено прыгнуть к нему в объятья, а после них в постель, но у тебя ещё есть шанс. – Что? – Ничего, это просто мысли вслух. – Катя щёлкнула языком – Любовь тебе, может, и не светит, а так хоть ощутишь. Эм... Лол. Ощутишь, да. В общем и целом, сейчас мы не об этом. Выскажи Белому всё, что думаешь, всё, что тебя гложет, хорошо? И обязательно спроси, как он называет то, что между вами происходит. Так и спросишь, понял? – Да, но почему именно так? – Потому что. – девушка глубоко вздохнула – Потому что так нужно. – А дальше? – А дальше? Пф, а дальше Шоу «Импровизация»! Не мне тебя учить, кис. Максим обнял подругу, встал с кровати и подошёл к двери, но почему-то остановился и обернулся. – А тебе ведь тоже нравится Антон? – Ты всё ещё не ушёл? – Катя держалась, ведь она не из тех, кто разревётся при первой же возможности. – Почему не скажешь ему? – Ты, скорее, наивный, нежели забавный. – Ярославич смахнула внезапно появившуюся слезу с правой щеки, перекрыла кислород и слезе слева, встала – Знаешь, сколько не говори, ты ж не слушаешь. Этот конченый с отвратительным характером не умеет любить, но этим-то он и прекрасен, а меня устраивает то, что я имею. Ведь у лучших друзей срок годности чуть дольше. – И почему тогда ты всё равно отправляешь меня к Белому, раз он нравится тебе? – Ты идиот? – Катя приподняла бровь – Ну, вот. С кем поведёшься, от того и наберёшься. – она вздохнула и прикрыла глаза – Я уже сказала, что меня устраивает то, что я имею. И почему я отправляю тебя? Хм, ну, вдруг ты получишь то, что хочешь? Кто знает. К тому же, счастье Белого мне куда дороже. – Ярославич фыркнула – Фу-у-у-у, мы что, в какой-то дешёвой российской мелодраме? Иди уже, не раздражай, а. Упустишь шанс потрахаться – я тебе не виновата. Этот собачий поцелуй (этот собачий поцелуй), Этот собачий поцелуй предназначается тебе (предназначается тебе) Хозяйка, хозяйка. Я ненавижу в тебе плоть (я ненавижу в тебе плоть), Я ненавижу в тебе плоть, я ненавижу в тебе блядь (а а а а) Хозяйка, хозяйка.       Шёл вдоль аллеи, приближаясь к остановке, от которой проще дойти до дома Белого. Максим направлялся туда лишь для того, чтобы прояснить ситуацию и выяснить всё до конца. Ну, и ещё просто для того, чтобы увидеть парня, мысли о котором напрочь забили голову.       Суркову надоело. Надоело незнание, надоело терзать себя вопросами и теряться в догадках, а чем дольше парень думал, тем сильнее хотел вздёрнуться. К тому же, разговор этих двоих прервали довольно давно, почти три недели прошло. Собственно, он бы продолжился, если бы Максима не утащили за собой и не увезли на такси. А ведь это он сам тогда кидался взглядами а-ля-оставайся-на-месте. – У-у-у, сука, ебаные сугробы! – наш горе-любовник наебнулся. Хотя, казалось бы, причём здесь белые кубы? – Белый, хуле дома жопу греешь, иди снег кидай!! – посидев секунд шесть, Сурков всё же встал, но, не пройдя и десяти метров, снова осел на холодную землю – Да, блять, чё за хуйня-то?! – парню повезло, что время довольно позднее, насмешек не избежал бы.       Через пять минут Максим наконец-таки преодолел все препятствия и несколько болезненных падений и добрался до нужного ему подъезда. Единственной проблемой было то, как попасть чипом в замок. Собственно, сам чип подогнала Катя, которая давно скоммуниздила его у Белого, сказав, что потеряла. С горем пополам, наш чемпион любви всё же попал в падик и уже летел на третий этаж в 81 квартиру, естественно, несколько раз споткнувшись по дороге, ибо свет не поспевал за Сурковым. – Что ты здесь..       Антон не успевает договорить, как в его губы впиваются чужие, к языку льнёт другой, а тело, что так небрежно и нагло вторглось в квартиру в три часа ночи, уже тянуло ко дну. Всё, начиная с того первого поцелуя, стало тянуть ко дну, но парню было всё равно. Холодные и слегка онемевшие пальцы Максима зарываются в светлые волосы, заставляя их обладателя немного наклониться вперёд, и вызывая стадо мурашек, которое буквально растекается по горячему телу, что только что выбралось из постели. Прохладу принесли не только ладони, но и куртка, что вскоре отправилась в сторону двери. Не будем говорить, каким механизмом это послужило, но Белого обрабатывают и опрокидывают на пол, садясь сверху. – Холодно!.. – тихо простанывает Антон, и его пробивает крупной дрожью – Я влюблён в тебя по уши!! – закричал брюнет – Сделай с этим уже что-нибудь, чёртов эгоист! Потому что я так больше не могу, голова пухнет от мыслей о тебе. Постоянно отшиваешь меня, говоришь, что я тебе противен, но раз за ёбаным разом мы сосёмся так, словно готовы потрахаться не сходя с места!!! Да, ёбаный рот, мы же реально тогда чуть не... – Сколько ты выпил?.. – Какая тебе, нахуй, разница? Что это за блядский интерес, Антон, что он значит? Какой ещё смысл у тебя меняется? Какой, сука?! – слёзы ручейками стекали по раскрасневшимся щекам – Всё равно, как ни посмотри, а он там один!! – Сурков вдохнул и выдохнул – Пожалуйста, давай выясним всё раз и навсегда. Ты просто не представляешь, как мне больно.. – Вряд ли ты услышишь что-то новое. – Белый попытался сесть, но ему не позволили, уложив на пол до конца – Я тебе не нравлюсь? – он молился о том, чтобы снова не начать задыхаться. – Не нравишься. – Максим хотел задать вопрос, но Антон решил продолжить – И не понравишься, что бы ни делал. Если думаешь, что я создан для тех розовых соплей, о которых ты фантазировал, когда дрочил, то поспешу разочаровать. – Я не дрочил... – пробубнил парень – Конечно, тогда Колокольцев не странный. – Почему постоянно он? Больше аргументов нет? – Ещё вопросы? – Чем мы всё это время занимались? – Не маленький уже, должен знать, как это называется. – Я хочу услышать, как это называешь ты. – Белый ничего на это не ответил, а вот Сурков молчать не собирался – И? Как ты это называешь? – Никак. – Да? Тогда почему мы продолжаем этим "никак" заниматься? – по Максиму проскользил раздражённый и усталый взгляд – Потому что я так захотел. – Потому что ты так захотел?! Потому что ты так захотел. – некая пауза – И почему ты захотел? – Издеваешься? – бровь Антона снова взлетела – Почему? – Я не знаю, говорил уже. – Реально, может у тебя всё-таки биполярка, а? – [Отсылка (и доказательство?) к разговору между Владом и Антоном в «Новом Году»/ Автор] – Не знаешь, чего хочешь, за твоим настроением иногда просто не успеваешь. Позволяешь мне всякое.. – Причём здесь это? – А как ты себя ведёшь! – Сурков решил проигнорировать вопрос, ибо он ещё не закончил обосновывать то, что, по сути, обосновываться-то и не должно – То ты весь такой добренький и готов душу раскрыть, то внезапно кидаешься ОСТРЫМИ подколами. Как ёж! – Ёж?.. – парня всё ещё потряхивало – Заткнись! Ты то, блять, грубый, то нет, то такой извращенец, что Ленёв буквально нервно курит в сторонке. А депрессухи? Я думал, тебе такое несвойственно, но Серый убедил меня в обратном! И почему только он знает об этом? Так, смысл в чём? Смысл в том, что это всё иногда происходит за один день!! – Максим толкнул Антона в грудь, тем самым ещё сильнее вжимая в пол – Да о таких перепадах настроения только легенды слагать! Может, тебе ещё напомнить про то, как ты хотел вскрыться? – И? – Белый вздохнул, закатив глаза – Да нихуя! – Ты разве это здесь обсуждать хотел? – Нет, не это! Все мысли своей физиономией красивой спутал! – Да обычный я. Надоел уже. – Антон всё-таки скинул с себя Суркова и попытался подняться, но его снова оседлали – Что тебе ещё? – он нахмурился – Я не договорил! – А я не хочу больше разговаривать. – Тогда чего ты хочешь? – Максим держал Белого за локоть одной рукой, а другая лежала на животе – Я хочу, чтобы ты ушёл. – Желание должно быть обоюдным. – Пф. – Антон хмыкнул и приподнялся на локтях так, что рука Суркова соскользнула чуть ниже, после наклонил голову набок – Это мой дом. – Тогда... Можно остаться у тебя дома? – Ты снова будешь приставать, а мне утром на работу. – Я бы не приставал, если бы ты меня в зал не отправил! – Аа?? – протянул блондин, отправив бровь в полёт – Это либо я дурак, либо лыжи не едут, но было что-то, благодаря чему ты туда и был отправлен. – Разве? – Максим покраснел – Ну, значит, в этот раз не будет? – Это сейчас был вопрос? – Нет?! – Сурков покраснел ещё сильнее и отвёл взгляд – Ты дурак? – бровь съехала ещё дальше – Ай, не важно. Встань с меня. Я замёрз. – Мне можно остаться? – на плечи Антона лёг тяжкий груз в виде рук одноклассника – Я не могу думать, когда холодно. « В итоге, я всё же уговорил Белого разрешить мне остаться. Было сложно. Вообще, просто воспользовался тем, что он не переносит холод и упросил между делом. Сказал, что не отстану от него, даже если положит меня на диван в зале, поэтому ему придётся спать со мной, из-за чего он стал раскладывать кровать. Я не знал, что она складывается. – Антон? – на меня кидают косой взгляд – Я хотел спросить кое-что... – Да сколько можно-то. – Белый с психа кидает плед на пол и оборачивается – Ну, и что в этот раз? – Эм.. – кажется, он всё же не в восторге от того, что я остался – Могу я принять душ? – Чего...       На меня смотрели, как на идиота, словно я спросил что-то из ряда вон выходящее или задал самый наитупейший из наитупейших на свете вопрос. Собственно, а что не так? Ну, нет и нет, планета не взорвётся, если я не схожу в душ во второй раз, днём же ходил. – Чего? – повторяю за Антоном я и опускаю голову – Зачем ты меня об этом спрашиваешь? – Ну, это твоя квартира, как-никак. – Да неужели!? – Белый вскидывает руками – Когда тебя это стало волновать? – Господи, чё начинается-то, а? Ну, хочешь, я уйду? – Ты же не уйдёшь. – он вздохнул и поднял плед – Делай, что хочешь, но больше не спрашивай меня ни о чём. – А вдруг, я прикоснусь к чему-то, к чему нельзя прикасаться? – спросил я на выходе из комнаты – Случайно?! – К чему, например? – Антон снова говорил тем усталым голосом, как и в тот день, когда мы писали реферат по физике, словно он сутки напролёт с кем-то пиздел – Я не знаю. К тебе, например. – Да мне уже плевать. – Белый вздохнул – Стоп. – он долго смотрел на меня, а потом снова вздохнул – И? Что это значит? – Исчезни. – Антон закатил глаза, а я вышел из комнаты и, почему-то улыбаясь, направился в ванную.       По прибытию в пункт назначения, стал рассматривать мыльно-рыльные и прочую ерунду. Да уж, не так и много всего, я думал у такого, как Белый этих принадлежностей будет больше, по крайней мере, больше, чем у меня. Что это? Стандартный набор: гель для душа, шампунь, мыло, паста, щётка. Ну и ладно, Антон и с этим умудряется выглядеть прекрасно. Пора прекращать пялиться на всё, а то проведу в ванной сто часов.       Стянув с себя футболку и джинсы, дотронувшись до резинки трусов, растерялся и вернулся обратно в комнату, завернувшись в полотенце, абсолютно забыв о том, о чём меня просил Белый. – Кхм, Антон.       Он замер в одном положении, как заправлял простынь, спиной ко мне, после послышался усталый раздражённый вздох, и меня спросили о причине моего столь быстрого возвращения. Я долго мялся, но всё же решил сказать. – Трусы. – и Антон поперхнулся – Прости, что прошу тебя о столь.. интимном? Не каждый разбрасывается ими направо и налево. – Надень свои. – Белый стал надевать наволочку на подушку – У меня с собой нет. А. Но они же.. – «Я их уже надевал, а стирать и спать в мокрых у меня нет желания.» – Ну, пожалуйста.       Покончив с подушкой, Антон молча подошёл к шкафу и открыл дверь, стал в нём капаться. И вот ещё один минус моего идеала – у него беспорядок в шкафу. Собственно, а у кого из нас он в идеальном состоянии? У перфекционистов? – Почему там такой бардак? – Штаны искал. – Штаны? – я посмотрел на Белого – Эти, что ли? Зачем? – Нет, я должен голым двери открывать. – Ты спишь голым?.. – Я образно. Держи. – мне протянули боксеры с этикеткой – Спасибо. Ого, даже новые. Но они немного большие.. – Могу дать мамины. – Нет, спасибо, думаю, мне пойдут и эти. – Несомненно.       Я вернулся в ванную и закрыл дверь, повесил полотенце на место и включил воду, настроив её. Было слегка неудобно из-за того, что произошло, теперь я должен Антону нижнее бельё, хотя он вряд ли вспомнит об этом утром. Зато есть шанс встретиться с ним снова, чтобы... – Чтобы что? – спросил я сам себя – Ну, вернёшь ты ему труханы, и?       Недолго думая, решил, что уже реально начинаю ехать кукухой и, дабы не тратить воду и время, стянул боксеры, залез в ванну. [Очень важно! Ванная и ванна – две разные вещи, ибо первое - это комната, в которую заходят, а второе же место, в котором, собственно, принимают душ/ Автор] Переключил с крана на душ и, окатив себя тёплой водой, понял, наконец, что ужасно замёрз. Ноги, особенно ляжки, были красными из-за мороза, к тому же, я пару раз упал, пальцы на руках и ногах почти не двигались, поэтому, чтобы согреться, сделал воду погорячее, а потом и вовсе заткнул ванну пробкой. Решив дождаться, пока вода дойдёт до краёв, прикрыл глаза, и это было моей самой большой ошибкой. Меня развезло, и я заснул. Ну, этому поспособствовало всё: четвёртый час ночи, усталость, взаимодействие алкоголя и тёплой комфортной зоны, да и встал я довольно рано. Чудом повезло проснуться, так бы затопил соседей Белого, и получил бы пиздюлей. Нога соскользнула, а вместе с ней и я полетел под воду, точнее, покатился. Нахлебался по полной, словно на море в детстве. Никогда не ходите пьяные в ванную мыться, ибо есть вероятность засыпания, там, кстати, всегда лучше спится. В итоге я быстро выключил воду и приоткрыл пробку, после закрыл. Нарыл все стоящие на полке банные, так они вроде называются, принадлежности Антона и залип на их запахи, слишком классные. Но времени у меня оставалось всё меньше, не то чтобы был какой-то лимит, нет, просто хотелось уже быстрее выйти и вернуться к Белому, поэтому я убрал всё лишнее и оставил только шампунь и гель для душа, что пахли просто нереально.       Помывшись, сполоснулся, выключил воду и вылез из ванны. – Теперь я пахну также... – прошептал я, пока вытирался – Блять, всё здесь залил. Если Антон увидит, то убьёт меня! – после этих слов кинул полотенце на пол и принялся всё вытирать – Вряд ли он после меня будет чем-то пользоваться, чистоплюй ссаный. Сжечь будет проще. – почему-то ворчал я       Закончив с этой недоуборкой помещения, взял в руки боксеры, которые мне дали и стал рассматривать, после чего оторвал этикетку с ценником и натянул их на себя, а полотенце кинул в корзину с грязным бельём. Кстати о нём. Если я спрошу об этом "кое-кого", то это будет странно, ладно, утром разберёмся, сейчас не очень хочется думать, куда девать свои трусы. Да и кому это вообще нужно?       Когда я вышел из ванной и погасил свет, то понял, что всё-таки этот размер мне большеват, но, как говорит моя мама большой – не маленький, поэтому я продолжил путь до комнаты, хоть и идти там, как два раза упасть, однако, падений на сегодня хватит. Открыв дверь, вошёл. – Антон? – прошептал я, ибо боялся, что из-за очередного вопроса мне может влететь       Но ответа не последовало, и я всё же зашёл в комнату, собственно, а почему до этого стоял? Аккуратно закрыв за собой дверь, прошёл чуть дальше, и остановился, не доходя до арки. Я снова позвал Белого, но в этот раз в ответ мне прилетело лишь мирное посапывание, от чего очень умилился и прикрыл лицо руками, чтобы не издать никаких лишних звуков после моего этого умиления. Через пару мгновений всё же, выпрямившись, направился к кровати и забрался под одеяло. Раз на пять покраснел, честное слово, хорошо хоть этот засранец спит. Немного покрутился и решил, что ничего не потеряю, поэтому обнял Антона за талию, сжав пальцы в замок, и прижался к нему, уткнувшись лбом куда-то в шейный позвонок.       Думал, что усну довольно быстро, беря во внимание то, что произошло в ванной, но нет, я ошибся, а уснуть мне не давала слишком мягкая кожа Белого, и пахло от него не так, как от меня. Не то чтобы я как-то принюхивался, но отличие было явное. От Антона исходил аромат пряностей и, может, сливок, а ещё геля для душа, который смешивал в себе лайм и мяту, поэтому мои губы неосознанно коснулись кожи парня, потом я и вовсе поцеловал это место, немного проведя носом вдоль позвоночника. Мне понравилось, и я стал медленно расцеловывать спину, не опускаясь ниже поясницы, иногда оставлял маленькие невидимые засосы. За этим делом не заметил, как уже вовсю лапал Белого, ну, насколько это было возможно. Мой недотрах – страшная сила. – Что ты делаешь? – голос Антона такой уставший и сонный – Я не знаю. – я и правда не знаю, однако останавливаться не собираюсь – Антон.. – Чего? – Я хочу тебя. – Опять ты за своё? – Белый натянул одеяло повыше и отдёрнул плечо, за которое я его держал, хотя, слово «вцепился» подойдёт лучше. – Ну, правда! – Отстань. – Я не буду тебя хватать! А если и буду, то не останавливайся! Ну, пожалуйста! – Что ещё за «пожалуйста»? – Антон обернулся, а я сразу же схватил его за вторую руку, чтобы он не смог отвернуться обратно – Пожалуйста! – Прекрати, выглядишь жалко. Да не трогай ты меня. – Белый стал толкаться – Снова моча в голову ударила, думаешь хоть, о чём говоришь? – Ты ведь тоже хочешь. – сказал я, прикусив губу – Или я не прав? – на какое-то время повисла пауза, после которой щёки вспыхнули, и мне пришлось посмотреть на Антона – Серьёзно?.. – Ложись уже спать. – Что? – я вскинул бровь – В смысле? Как ты предлагаешь мне спать с этой информацией? – Как младенцу. – рука, которую я так крепко держал, всё же вырвалась – Издеваешься? – Вовсе нет. – Белый, блять! – я ударил его и толкнул в стенку, а потом развернул к себе – Я хочу спать, ясно тебе? – Антон кое-как разлепил глаза, чтобы посмотреть на меня – Нет, даже не приближайся ко мне. – вдруг во входную дверь громко постучали – Нет, стой, не ходи! – Ты сейчас серьёзно? – Да! Стой, говорю тебе! – я повис на Белом, когда тот уже на половину встал – Как же бесят меня твои ебучие двери! – А меня бесишь ты. – сквозь зубы сказал Антон – Я иду с тобой. – стук повторился – Ты разве не слышал, что я сказал? – мы оба попрощались с его левой бровью и поприветствовали недовольное лицо, поэтому мне пришлось лечь обратно на кровать – Молодец. – Такое ощущение, как будто ты меня ненавидишь. – Я говорю это каждому, в том числе и тебе. – Белый вздохнул, остановившись у выхода из комнаты – Скажи, за что, и я влюблюсь без памяти. – Каждому? – По мере поступления предложений. – То есть тебе всё равно кто это будет? – Абсолютно. – А если это будет Катя? – спрашиваю я, вспомнив наш с Ярославич недавний разговор – Пускай. – Это... Ты пытаешься так сделать мне ещё больнее или.. – меня перебили – Разве я что-то обещал?       Антон вышел из комнаты, потому что стук в дверь не прекращался, оставив меня наедине со своими мыслями. Не знаю, чего я добиваюсь, но добить себя довольно скоро получится, иногда следует следить за языком. А вообще, Белый прав, он ничего мне не обещал, а я прилип к нему, как банный лист к пятой точке, однако, давно отстал бы, если бы не был влюблён. С первого взгляда. За что, Господи?       Этот конченный снова пропал, а я подумывал вздёрнуться из-за своих мыслей, что просто атаковали меня, ещё немного и начну задыхаться. Однако только успел подумать об этом, как он появился. – Кто приходил? – Какая разница? – Я просто хочу знать! – Просто ему. – Антон вздохнул и сел на кровать, но лечь я ему не дал – Даже если скажу, всё равно не знаешь никого. – Ну, и что? Тебе сложно сказать? Развалишься, да? Мда, я вот топил постоянно, что ты не такой, а ты, оказывается, такой! – Не устаю убеждаться в том, что родители тебя всё-таки роняли. – Никто меня не ронял! – Сам падал? – усмехнулся Белый – Нет, не сам! – Помогали? – Не помогали!! – Значит, всё-таки сам? – он снова усмехнулся, за что был награждён шлепком по плечу – Сука! – это дико взбесило – Что с тобой не так, а? – У меня после каждой твоей фразы такой вопрос. – У-у-у-у, блять! – Не блядь, а честная давалка. – Ах, так! – я вскочил – А мне не даёшь! – Не могу придумать, как ещё тебе отказать, поэтому просто усни. – Откажи мне согласием. А что? Откажи мне, оттрахав. – сгоряча сказал я, а Антон кинул на меня странный взгляд – К тому же, рядом с тобой невозможно заснуть. – А ты пробовал? – Пробовал. – Безо всяких домогательств, просто лёг и закрыл глаза. Накрайняк, можно было и отвернуться, не запрещается. – Переспи со мной. – Это ведь ничего не изменит. – Ты ещё не пробовал, а уже пессимистируешь. Заткнись, я знаю, что нет такого слова! – Ты ещё не проверял, а уже «пессимистируешь». – Как же ты бесишь!! – сказал я и схватил Белого, кое-как уложив туда, где он спал минут 20 назад – Прям бешу? – Антон вскинул бровь – Прям до уссачки бесишь! – Тогда слезь с меня. – А вот это не тебе решать. – немного посверлив парня взглядом, вздохнул и тихо прошептал – Переспи со мной. Пожалуйста. – С этим "пожалуйста" ты выглядишь так жалко. – Пожалуйста...       Все мои весёлые прикосновения к себе по ночам спалили и спасли меня, однако, в сексе я пропан. В плане, не бревно, но вот, когда дело доходит до того, чтобы что-то сказать, то я – всё, сигнал потерян. Зато стонов и криков хоть отбавляй, что не есть хорошо, потому что соседи у Белого те ещё типы. Перед Ольгой Витальевной потом будет неудобно. Но, думаю, все мои разговоры Антону как раз-таки и не нужны. – Убери! Убери, сказал! – я схватил упаковку с презервативами и кинул куда-то на пол – Ничего не говори, иначе я сам на тебя сяду! – Дерзай. Ты же у нас профессионал. – Белый, блять!       Я толкнул его, но ответка пришлась много раз сильнее, и мне удалось остановить эту драку лишь ногами, которые приземлились на грудь Белого. [Тут кароче очень сложная схема, надо пояснить, видимо. Макс лежит на спине и упирается согнутыми ногами в грудь Антона, а тот нависает сверху./ Автор] И да, вопрос в его глазах по типу когда ты успел раздеться был явнее всего, но мы решили, что поговорим об этом потом. Никогда.       Антону пришлось опустить руки и провести ими по ногам чуть ниже, разведя их, после хватая за бёдра и притягивая к себе, таким образом, проникая, а мне оставалось лишь прикрывать место "проникновения" из-за смущения и нервозности. Наверняка я был не только красным, но и пурпурным. – Ты такой дурак, если думаешь, что после этого мы всё же начнём встречаться. – Аах.. – Дурак, если считаешь, что я умею любить. – Ммн.. аа.. – И дурак, если тебе кажется, что я нормальный. – Тебя послушать, так можно подумать, что я вообще полный идиот! – А ты – нет? – Антон! Он... Он вошёл.. почти весь. Твою мать, как стыдно-то. О чём я вообще думаю!! Точно идиот. – Аах! Нет! Стой!       Кричал, просил, чтобы Белый остановился, чтобы прекратил, но на деле же сам только сильнее царапался и впивался в его плечи, сам подставлялся и двигал бёдрами, как последняя шлюха, будто готов отдаться ему где и как угодно. Думаю, так оно и есть.       Когда я в порыве этой страсти укусил Антона за шею, то сразу получил ответный в районе правого соска и дикого оргазма, благодаря которому чуть было не кончил, мне чудом повезло. Чёртов садист. Всё, что я видел, расплывалось, сыпались слёзы, что сильно щипали глаза, а в животе, словно порхала стая бабочек. Мои стоны разносились по всей комнате, возбуждённые вздохи и тихие стоны Антона слышались намного тише, думаю, их слышал только я. И это сводило с ума. – Аан.. Антон! – Я так ненавижу тебя за то, что делаю сейчас. – находящийся на взводе сиплый голос Белого возбуждал ещё больше. *Открываем новые фетиши Максима Суркова с Антоном Белым.* – Остано... АААХХ!!!       Пока я хоть как-то пытался собрать кусочки разума воедино, меня застали врасплох и сделали подарок в качестве непозволительной роскоши. Моя секретная точка была обнаружена. Впервые. Не то чтобы у всех моих бывших был маленький член, нет, просто ни у кого не получалось сделать именно ТАК. И я не знаю почему, ведь простата находится не так уж и глубоко. Хотя у Белого он больше... Пора заканчивать думать о таких смущающих вещах, ведь я опять довольно сильно покраснел. – АНТОН!!! – кричал я, вцепившись в простыни и утопая в удовольствии, ведь он двигался так.. крышесносно? – ПОЖА.. АААХ!! Хва.. аа..       Никогда раньше не испытывал подобных ощущений, так глубоко внутри, и так приятно. Видимо, чтобы продлить мой момент счастья, а может, чтобы не видеть вечно краснеющего и зарёванного лица, Антон, обхватив меня за талию, стал переворачивать на живот. – Нет! Не хочу! Я хочу видеть твоё лицо!! – говорю, цепляясь за руку парня – Заткнись. – пара движений, и я уже в нужном для Белого положении – Но, Антон.. ААХ!       Приз «Умелец недели» официально и незамедлительно достаётся Антону Белому, который без проблем сумел попасть в место «х» с первого раза. Тело покрылось гусиной кожей, от чего непроизвольно выгнулся, словно кот, поглотив член парня до конца. И я услышал стон, что был на общем фоне громче всех, а в моё плечо уткнулся горячий лоб. Вздрогнув, обернулся, но потом, хихикнув, сжался сильнее. – Не бойся ко мне прикасаться, будто не делал этого никогда. – я снова схватил Антона за руку – Боюсь? Может, тебе напомнить, где я сейчас? – Аах.. Антон.. – *Толчок* – Ммн.. нет!       Одной рукой он прижимал к себе, а второй упирался в постель около моей головы. Только услышав пошлые шлепки тела о тело, меня опять заставили кричать, я так прогнулся в спине, что когда кинул взгляд в сторону, то заметил бицепс той руки, что была у моей головы, и стал кусаться. Собственно, вот так моя левая лопатка и пострадала. [Мне кажется, или у меня какой-то скрытый фетиш на лопатки?/ Автор] Белый так сильно укусил меня, что я снова закричал. – Слишком глубоко... Антон! – правой рукой я схватил его за волосы – Тц. Больно же. – мои пальцы с силой разжали, в итоге разведя обе руки в разные стороны, а поясница сама по себе чуть прогнулась, подставляя задницу сильнее. – Нгх... Твою ж налево.. – вымученно вылетает у меня, когда Антон, в который раз, практически вышел, но потом толкнулся до конца – Если ты так продолжишь, то я умру! – Этим я и занимаюсь. – послышалось где-то у моего уха – Ааа?? – закричал я, дичайше краснея.       Я впервые трахался настолько ахуительно, что реветь хотелось неимоверно, а крики и стоны удовольствия вылетали непроизвольно. И всё это с человеком, который мне нравится. Может, я сплю? А во сне так бывает? Ну, да, только так и бывает. Но мы не спим. – Мн.. больно.. – я уткнулся головой в подушку, чтобы меня было меньше слышно – Разве это твой первый раз? – усмехнулся Антон       Рука Белого проскользила вдоль моего тела и остановилась в районе задницы, на левой половине, слегка оттягивая её в сторону. Ладони такие мягкие, а когда прикасаются к коже, это так приятно. Не успеваю опомниться, как уже обе касаются внутренней части таза, а я машинально и до упора вскидываю бёдрами. – Ааах! Белый, прекрати! – Сам же просил. – выдыхает Антон куда-то около шеи – Хватит! – кричал я, чуть ли не задыхаясь – Зачем?       Происходящее вышло из-под контроля, собственно, его с самого начала не наблюдалось, темп был слишком быстрым, а все эти пошлые звуки разлетались по комнате и отвратительно смущали, некоторые даже не доходили до разума, но всё равно я уже алее красной розы, так что плевать.       Разум на мгновение откликнулся, когда по телу прошлась вторая и итоговая судорога, заставившая запачкать зелёные простыни. – Антон! – вылетело раз в миллионный за этот вечер, и я полностью вжался в тело парня, слегка запрокидывая голову на его плечо и чувствуя, как что-то тёплое растекается внутри.       Все лёгкие жгло из-за нехватки воздуха, я кое-как пытался отдышаться, горло дико болело от криков, и поэтому подумал, что посмотрю на него в следующий раз, ибо сил не было даже на то, чтобы развернуться. Так. В следующий раз? В какой ещё следующий раз? Я всё же обернулся и увидел, как капелька пота стекает по виску до приоткрытого рта парня, после встретился со взглядом совершенно иных глаз Антона. Его зрачки были сужены, почти как у кошки днём, а сам цвет чисто карий без каких-либо намёков на чёрный. По губе же текла кровь. Конечно, я, не думая, лизнул пересохшие и искусанные губы и заметил, что за мной наблюдают, а те самые кошачьи зрачки расширяются. – Знаешь, кто такие гедонисты? – вдруг спрашивает Белый, а я покрываюсь мурашками от неожиданности вопроса [Мда, на мурашки у меня, походу, тоже какое-то нездоровое отклонение./ Автор] – Ну, вроде... А что? – Пф. – Антон усмехнулся – Тебя отымел один из них. [Ну, давайте уточним. Удовольствие как высшее благо и любые средства его достижения, вся хуйня. Но удовольствие не обязательно секс, да. В данном контексте просто/ Автор] – Когда успел? – Ха-ха. – безучастно кинул он – Ты что сектант? – Не то чтобы. – Белый пожал плечами, накрываясь одеялом, и вот, блять, все мои мысли в этот момент были лишь о том, чтобы не смотреть на его член. Я у мамы просто нереальный идиот. – Куда ты смотришь? – В ТВОИ ПРЕКРАСНЫЕ ГЛАЗА!! – говорю, как можно более спокойно – Так они ж выше. – АААА??? – я вспыхнул и отвернулся – ТЫ ДУРАК ИЛИ ДА? – Что? Не я же в твои прекрасные глаза смотрю. – съязвил Антон – Заткнись! – пришлось обернуться, чтобы врезать этому придурку – Несёшь тут всякое! – Какое? – А?.. – кулак завис в воздухе – Всякое... – Так, какое всякое? – он выделил последнее слово – Разное.. – смотрел ему в глаза, что до сих пор были чисто карими – Разное?       Белый наклонил голову набок и приподнял бровь, и в следующий момент оказался почти зажат в угол и прижат к стене, а я навис над ним и втянул в поцелуй, который оказался с привкусом металла. И что за дурная привычка кусать губы? Целовались долго, потом я стал оставлять засосы по всей его шее и отчаянно перешёл на плечи. – А тебе всё мало. – фыркнул он – Мало. Необычайно мало. – Не знал, что ты знаешь такие слова. – Да, Белый, блин!       Из-за таких вот едких комментариев я заткнул Антону рот, и принялся целовать и оставлять отметины на теле, а тот ещё и иногда лягал меня, поэтому решил, что нежно-розовых сосков всё-таки внимания не лишу. У моего четвёртого на это был какой-то сдвиг. Даже вспоминать стрёмно. – Эй! – крикнул Белый и вцепился мне в волосы обеими руками – Хватит. – Почему? – Мне это не нравится. – Гедонисту-то и не нравится? Какая ирония. – я вздохнул, после чего меня чересчур сильно дёрнули за волосы и откинули на другую сторону кровати – Аай!!       Пока держался за голову, слегка массируя её, на меня прилетело одеяло, и, когда я говорю «прилетело», то имею в виду, что оказался буквально завёрнут в него. Как только получилось выпутаться, сразу же собирался обрушить все уменьшительно-ласкательные в своём богатом матерном на Антона, но его в комнате не оказалось, и когда я это заметил, то услышал стук двери. Белый ушёл в ванную, а меня не взял. Так, стоп. Какие ещё меня? Всё, теперь начну загоняться ещё сильнее. – Будто до этого не хватало! – устало прохрипел я и бухнулся лицом на подушку – Легче будь. Я поднял голову и увидел, как Антон проходит в комнату в одном полотенце. – А ты быстро.. – обернувшись, стал наблюдать за ним – Отвернись. – Не отвернусь. Сейчас вообще прямо перед тобой сяду, и буду глазеть! Собственно, я собирался последовать своим словам, даже привстал, но потом почувствовал, как по ноге что-то стекает, и почему-то испугался. – Антон! Что это? – я стал осматривать себя – Ты издеваешься? – иронично произнёс Белый – А.. ну да. – Потом удивляешься, почему же тебя все унижают. – Эй! – крикнул, резко обернувшись – Сейчас довыпендриваешься! – «Что это на меня нашло?» – Угрозы. А это уже интересно. – Антон зевнул, закрыв шкаф – И что ты сделаешь? – Снова заставлю тебя это сделать!! – Тц, иди уже отсюда. – мы вновь потеряли его глаза где-то в космосе – И будь добр, донеси оставшееся до ванны. – Пошёл к чёрту! – крикнул я и кинул в Белого подушку – Я серьёзно. Не хочу потом полы мыть. – Что естественно, то не безобразно! Оставишь на память! – с этими словами я хоть и бегом, но аккуратно, покинул комнату.       Забежав в ванную, закрыл дверь и перелез в ванну, но сил не было даже на то, чтобы включить воду. Так и лежал около пяти минут, обмозговывая то, что имеется на данный момент, а этого не мало. Вскоре мысли начинали путаться, проходя круг за кругом на пару раз, поэтому я решил включить воду, чтобы помыться, но вместо этого взбодрился, перепутав маховик. Благодаря такому повороту событий помыться вышло куда более быстрее, чем ожидалось, правда, вымывать всё пришлось довольно долго.       Нацепив на себя полотенце, я вышел и пошёл в комнату, где Антон, наверняка, уже спал. – Антон? – прошептал я, но не услышал ответа – Мне бы так засыпать.       Что ж, этим и занялся. Не найдя трусов, которые зашкерил за подушкой, лёг в полотенце и закрыл глаза. Однако, как и говорил, пока Белый рядом я постоянно его хочу, иного варианта здесь нет, ещё и этот запах. Но вряд ли он второй раз пойдёт у меня на поводу, так что, придётся опять спать в зале, что мне не очень хочется. Пару раз повздыхав, обернулся к Антону, загрёб его в охапку и снова закрыл глаза.»       По упругой ягодице Максима проскользила мягкая, но прохладная ладонь, и он вздрогнул, возвращаясь из царствия Морфея. – Мн..       Внезапно парень распахнул глаза и обернулся, а увидев спину того, кому эта конечность принадлежала, закричал, скорее от шока, нежели от страха, укутываясь в одеяло сильнее. Все воспоминания, вплоть до его вчерашнего завтрака, посетили голову. – Хах. – Антон усмехнулся – Ну, примерно, такого я и ожидал. Как приставать, так это ты первый. – он фыркнул, застёгивая любимую клетчатую рубашку – Предсказуемо. – Какого?.. – Собирайся, мне скоро выходить. – Я никуда не пойду! – Тогда, я просто выкину тебя за дверь?! – Белый устало приподнял бровь, ведь у него не было времени на все эти закидоны Суркова, и так проспал – Прямо так. – Почему я не могу подождать тебя здесь? – непоколебимо начал Макс, хоть и не знал точного времени возвращения Антона – Чтобы на тебя снова клаустрофобия накинулась? – С чего ты взял?.. – А то я тупой, да. – Ну, я же буду просто спать и всё. – Собирайся, говорю. – блондин застегнул ремень на брюках и подошёл к телефону, который лежал на столе – Живее. – Я не хочу. – И так из-за тебя опаздываю уже! – Из-за меня? – Сурков почему-то краснеет и пытается отвести взгляд – Тц, как же ты бесишь. – Ты бесишь сильнее!! Весь такой ой не надо, ой не хочу!! А потом берёт и затрахивает так, что я чуть не сдох! Весь воздух из лёгких Максима вылетает вместе с этими словами, а телефон Белого падает туда, откуда был взят пару секунд назад. – Ох, ну простите, что тебе очень много раз говорили ко мне не лезть. – Я не знал, что под этими дурацкими предостережениями скрывалось ТАКОЕ!! – Всегда нужно просчитывать риски. Ты собираться планируешь сегодня? – Нет! – Пидора ответ. – Да ты затрахал уже!! – Сурков психанул и кинул в Антона полотенце, которое оказалось под рукой – Так ведь ты всё ещё можешь разговаривать. – Ах ты!.. – Максиму пришлось отвести взгляд из-за того, что покраснел – Не говори так больше! – Это моя квартира, и я имею право в ней говорить и делать что захочу. Собирайся, давай. – Ладно..