Высшие расы 1247

Джен — в центре истории действие или сюжет, без упора на романтическую линию
Ориджиналы

Пэйринг и персонажи:
Вампиры и оборотни
Рейтинг:
G
Жанры:
Мифические существа, Стёб
Предупреждения:
Элементы слэша
Размер:
Мини, 5 страниц, 1 часть
Статус:
закончен

Награды от читателей:
 
«За инфузорию-тютельку x)!» от LanaDW
«М-м-м, bellissimo!» от Ler-cha
Описание:
- Барышню выловишь, улыбнёшься нежно - она, голубушка, и сомлеет разом. И кусай её, любезную, в белую шейку. А теперешние девицы что? Только и слышишь: "Отвали, козёл!" Нешто так выражаться пристало? Весь аппетит поневоле пропадет

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Метки:
Работа написана по заявке:
1 марта 2019, 20:45
      Бар «Легенда» достопримечательностью в городе не был, но у местных весьма одобрялся. Уютно там, музыка хорошая и напитков огромный выбор. Публика самая разнообразная, но совсем уж шушеру туда не пускают. И вот, после полуночи, в него вошли двое мужчин. Оба высокие и статные, с красивыми породистыми лицами и, что интересно, совершенно без возраста. Обоим можно было дать как и тридцать, так и шестьдесят лет. Единственное, что немного портило их внешность, это очень бледная кожа и красноватые белки глаз, но в полумраке бара никто внимания не обратил, как и на длинные клыки, выглядывающие при разговоре из-под верхней губы.

      Один из них казался недовольным и всё время морщился:

      — Право, не знаю, Константин Дионисиевич, правильно ли я поступил, что послушал вас. Не люблю я посещать эти злачные места.

      — А вы ничего не любите, Ардалион Митрофанович, — засмеялся второй. — Скоро и вовсе на свет Божий выходить перестанете. Питаться-то чем изволите?

      Ардалион Митрофанович поморщился:

      — Лучше уж поститься, чем потреблять вот эту пищу современную.

      — А чем она плоха? — возразил собеседник. — Плоть и кровь — ничего нового.

      Усевшись в укромном уголке, так, чтобы весь зал было видно, Ардалион продолжил:

      — Ах, милейший Константин Дионисиевич! Сразу видно, что вы ещё молоды и ничегошеньки не смыслите в еде. То ли дело ещё каких-нибудь сто лет назад… Барышню выловишь, а на ней шляпка с цветочками, платье из какого-нибудь мухленталя, эдакое, знаете, всё в рюшечках, а под ним корсет атласный и чулочки с панталончиками. Кружевное всё, и пахнет от неё непременно розами или марципаном. И визжит она так миленько: «Ой, спасите, помогите!», — продолжал Ардалион Митрофанович. — А ты ей улыбнёшься нежно, и она, голубушка, сомлеет разом. Шейку белую кусаешь, а кровь такая сладкая! — он причмокнул. — И истома телесная, и глазам приятно. Жить потом вдвойне прекраснее было, и весь мир чудесным казался.  

      Константин вздохнул.

      — Вот-вот, понимаете меня. А теперь? Хоть бы одна повизжала ради приличия! Так нет же, только и слышишь: «Отвали, козёл»! Чтоб девица — и так выражалась! Поневоле аппетит пропадёт. Да и крови-то нет — одно мохито. То ли пьёшь, то ли, извините за выражение, выпиваешь. А я эти коктейли на дух не переношу.

      — Да уж, — усмехнулся Константин. — И корсеты они теперь не носят…

      — Они порой и трусы не носят. А то ещё хуже. Полезешь к ней в бельишко, а там…

      — Да сколько можно уже вспоминать, Ардалион Митрофанович! — стыдливо отвернулся Константин. — Ну, ошибся один раз — с кем не бывает. Сами только что про мохито сказали. А если его с пивом, а потом коньяка ещё… Там не вампира — коня с ног свалит. И такой, знаете ли, мерзостный попался!

      — Э-э-э… кто, простите?

      — Коньяк, разумеется, а не «э-э-э»! — обиделся Константин. — И вообще, темно было.

      — Вот потому не люблю я современности. Женщины стригутся, как мужчины, а мужчины отращивают волосы, как у женщин. В брюках все… Немудрено, что и перепутать можно. Куда катится мир? Уж лучше лежать в гробу тихонечко да былое вспоминать…

      Оба помолчали, и вдруг Константин оживился.

      — Вон, глядите-ка, Ардалион Митрофанович! Ликантропы пришли. Вот кому точно всё равно, что под бельём находится.

      — И не говорите, сударь, — скривился Ардалион. — Невоспитанный народец! И замечания ведь не сделаешь, кидаются сразу. Ничего святого!

***



      Три парня, затянутые в кожаные штаны и куртки, по-хозяйски поглядывая по сторонам, вошли в бар. Плечистые, здоровые и наглые. По пути общупали пару девушек, отчего те с визгом выскочили, и, согнав какую-то парочку из-за стола, плюхнулись на их место.

      — Кровососы припёрлись, — сообщил светловолосый оборотень, отпивая глоток пива. — Вон, в углу притаились. А вырядились — фу ты, ну ты! Никак жертву выискивают.

      — Обломаются, — сверкнул глазами брюнет. — Здесь наша территория, и все девочки тут наши, — подумал, и покосившись на третьего, самого молоденького, добавил: — И мальчики тоже, верно, Дэн?

      — Да заколебал ты, Севка! — взвился третий. — Я пьян был! И вообще, это моё личное дело, тебя не касается!

      Сева рукой махнул:

      — Да сядь… развизжался! Слышь, Толяныч, а интересно, чего они тут забыли? Может, подойти к ним?

      — Подойдёшь к ним, как же! — сплюнул Толян. — Ты на рожи посмотри — явно буржуи недорезанные. Вон тот, тощий, точно граф какой-нибудь. И который пониже — оттуда же. К таким и подступиться не знаешь как. Сплошные «вельми понеже», а гонору выше крыши.

      — Вот и собьём маленько.

***



      Дэн заупирался неожиданно, но Сева и Толян, взяв бокалы, ловко подхватили его с обеих сторон и направились в угол. У сидевших там вампиров в глазах зажёгся немой вопрос, но виду не подали, только тот, что на графа смахивал, бровью дёрнул недовольно. Сева пихнул Дэна на стул, и они с Толяном нахально уселись рядом.

      — Пивка для рывка не желаете, господа хорошие?

      Ардалион презрительно тонкие губы сжал:

      — Нет уж, благодарю покорнейше. Я этого и при жизни не употреблял, а теперь тем более. А вы, Константин Дионисиевич?

      — Отнюдь, Ардалион Митрофанович, — рассеянно ответил Константин, не сводя глаз с Дэна. Лоб наморщил, словно вспомнить что-то пытался. Сева Толяну подмигнул незаметно и поинтересовался:

      — Может, кровушки тогда — таблеточку какую запить?

      Толян загоготал, а Сева невинно продолжил:

      — А правда ли, старички, что вы до сих пор в гробах спите?

      — Помилуйте, сударь, — фыркнул Ардалион. — В гробу, пожалуй, удобнее, чем в конуре-то собачьей.

      — Это кто тут собака? — начал Сева, но Ардалион перебил:

      — Вы, милейшие, полагаю, дискуссию открыть желаете?

      — Чё? — черноволосый вервольф начал вставать. — Ты бы не хамил, Мордальён! Я ведь на возраст не посмотрю — в дыню дам, будешь клыки по полу собирать.

      — Да чего ты, Сев, — Дэн ухватил его за локоть.

      — Диффузией меня назвать! Сам-то кто, дядя? Инфузория-тютелька? Вампира не корми, дай только оскорбить порядочного оборотня. Одно слово — интеллигенция. И папаша мой вас, гоблинов, терпеть не мог, и матушка тоже.

      — Положим, гоблинов я тоже недолюбливаю, — невозмутимо ответил Ардалион. — Но вот только отношений к ним не имею, как и милейший Константин Дионисиевич. И, насколько я помню, мы сидели и никого не трогали. Это вы к нам подошли.

      — Ну, давай ещё детский сад устрой: «Мариванна, он первый начал!», — Сева гневно сверкнул глазами и глянул на друзей. — Вы чего молчите?

      — От гоблинов воняет, — ляпнул вдруг Толян. — У сеструхи в магазе один такой в подвале работает. Вечно сопли висят, буэ-э… Хари вонючие — терпеть их не могу.

      — Вынужден согласиться, юноша, — вздохнул Ардалион. — Премерзкие личности, верно, Константин Дионисович?

      — Гоблины? — Константин отвлёкся от разглядывания Дэна. — Ну, вы нашли кого вспомнить, милостивый государь! Омерзительнее существа и не представить. Хуже только кикиморы.

      Сева отмахнулся:

      — К этим лучше вообще не подходить. В детстве встретил как-то одну — чуть в болото не утянула. Хохот её жуткий до сих пор помню, и аж мурашки по коже.

      Ардалион сочувственно кивнул:

      — Ой, и не говорите! В имении моём, помню, были эти пакостницы. Скольких людей загубили, страх просто! И зачем, спрашивается? А просто так! Что творят, не осознают даже!

      — Ума-то, как у улитки, — поддакнул Толян. — А у нас в лесу мавки живут. Тупые, как пробки! И тоже всё в воду заманить пытаются, стервы.

      Остальные подхватили:

      — А лешие…

      — Ламии…

      — Про зомбаков я вообще молчу…

      — Что не говори, а мы всё-таки высшие расы! Посмотреть любо-дорого, хоть с какой стороны. Верно ли говорю, судари мои?

      Все закивали, заспорили, и только Константин больше помалкивал и всё так странно на Дэна глядел. А тот вдруг краснеть начал. Остальные не заметили, а Сева щёлкнул повелительно официанту:

      — Парниша! Пива ещё, и вина нашим друзьям!

***



      — Должен признаться, Константин Дионисиевич, недурственно время провели! И, похоже, я изрядно пьян. Но признайтесь всё-таки: что вы тому миловидному юноше в карман сунули?

      Константин, казалось, смутился:

      — Сущие пустяки, Ардалион Митрофанович, не стоит и вспоминать.

      — Ах, погода чудесная! Не зря, не зря вы меня уговорили прогуляться. Да и знакомство новое презабавным получилось, хотя… чурбаны они, конечно, неотёсанные.

      — Ваша правда — деревня и есть.

      — Мы с вами всем современным мужчинам сто очков вперёд дадим. Ни выправки, ни стати! Вы посмотрите: бегут, несутся, никого не замечают. Да-а-а… век скоростей и бешеного ритма. Знаете, а хорошо, что я вас послушался и надел эти… удобно себя чувствую…

      — Это джинсы, Ардалион Митрофанович, и кашемировый свитшот.

      — Они меня молодят, и я ещё, положительно, нравлюсь девицам. Так глазами и едят. Вы заметили?

      — Ещё как заметил, Ардалион Митрофанович, и не только девицы смотрят! Может, всё-таки цилиндр снимете?
Примечания:
Вампиры от Jackie:
Ардалион:
https://ibb.co/y63Ct1x
Константин:
https://ibb.co/my4nWP2
По желанию автора, комментировать могут только зарегистрированные пользователи.