Herisson /Ежик/

"Потому что я не хочу, чтобы в моей жизни были сумасшедшие," — говорит ему ежик, и Элиотт слышит, как далеко-далеко /может быть, в Альпах?/ с грохотом сходит лавина, сметая все[х], что [кого] встретит у себя на пути. "Я не хочу в моей жизни психов, но ты не волнуйся", — говорит ему ежик, и в глазах его — вера, безмятежность и огромное небо. Без единого облачка, тучки. Чистое-чистое, как душа у младенца, который только появился на свет. "Она чокнутая просто, того, не в себе. Но я не общаюсь с ней, все нормально", — ежик глядит чуть снизу вверх. Его колючки мягкие, их так хорошо пропускать через пальцы. Ежик тянется к нему, как цветок к солнцу, губами. Ежик смотрит и верит. Ежик, наверное, правда влюблен. Где-то /наверное, внизу, под горою, в поселке/ завывает сирена. Опасность! — Ты опоздаешь на свой урок, — говорит Элиотт и с сожалением убирает руку. Так мало, так плохо. Это ведь последний раз, понимаешь? Ежик... Это самый-самый последний. Потому что Элиотт рассказал Люсиль, так и есть, но... "Я не хочу чокнутых в моей жизни..." "Она думает, что настал конец света"... Ежик, он ведь и правда настал. Губы чешутся и горят, истосковались за эти дни вдали от тебя. Руки не могут найти свое место, и глаза... им надо все время искать, видеть тебя где-то рядом. Так мало... так, мой милый ежик, нечестно... "Я упал в тебя с головой. Я не знаю, как мне выбираться. Эй... ты чего? Ты поигрался... и так вот?.. Для тебя все было ничем? Тоннель и тот дождь, и губы, мокрые от хлещущей с неба воды, и сердце, что ломилось сквозь костяные прутья на волю. Моя кровать вся пропахла тобой..." — пусть лучше он думает так, чем узнает правду и... ужаснется. "Я не могу увидеть, как этот трепет в лице сменят отвращение, брезгливость. Пусть я останусь для тебя мудаком..." — Так значит, я ежик? — уголки губ дрогнут в робкой улыбке, и сердце сделает кульбит. Его как будто прямо сейчас кто-то сдавил изо всех нечеловеческих сил и выжимает досуха, точно мокрую тряпку. Мне больно. — Ты опоздаешь на свой урок, — говорит Элиотт... волосы мальчика... иглы треплет ветер /или это его руки?/. Красиво. Где-то там лавина продолжает греметь. Кажется, сметает лагеря альпинистов и даже поселки. Лавина несется предвестником смерти. Нет-нет-нет. Ничего. Он выстроит стену, и ее остановит. Он выстроит стену, он знает, как это делать. Он помнит. 〜 "Так значит, я ежик?" Мой милый... колючий... один такой на Земле. Что это? Сегодня вроде не обещали дождя. 〜 Где-то в одной из параллельных вселенных Элиотт №6034 тянется навстречу и целует в ответ. Поглаживает затылок, и мягкие колючки скользят по ладони. Щекотно.