Посмотри на меня!

      По коридорам восьмого этажа слышались громкие шаги. Кто-то явно бежал и бежал не один. Что происходит? Просто там вновь развернулась уже привычная для Хогвартса картина: Гарри гнался за Драко. Что они не поделили в этот раз? То известно, пожалуй, только им. Но, судя по тяжёлому дыханию, их салочки продолжаются уже довольно долгое время. — Остановись, Малфой! Остановись сейчас-же! — прокричал Гарри, понимая, что силы уже явно на исходе… Причём не только у него, — Отвали от меня, Поттер! — выкрикнул слизеринец, наверно уже раз в десятый.       Неизвестно, сколько бы продлилось это их погоня, если бы блондин не зашёлся сильным хриплым кашлем, зажимая рот рукой и чуть было на повалившись на колени. На пол упали несколько капелек крови. Гриффендорец остановился от него в паре шагов, пытаясь отдышаться.       Наконец приступ прекратился блондин кинул злобный взгляд на своего извечного врага, утирая рот тыльной стороной ладони. — Чего уставился, — рыкнул он, но Поттер только промолчал, с неким страхом осматривая прилипшие окровавленные лепестки фиалок, что его соперник так тщательно пытался скрыть в кулаке.       Гарри уже довольно долгое время наблюдал за странной болезнью, которой заболел Малфой, он прекрасно понимал, что это не обычный недуг, да и думать обратное было бы, как минимум, глупо. При обычной болезни, больной не откашливает лепестки цветов. Совершенно недавно, буквально пару дней назад, «мальчик который выжил» всё-таки узнал что творится с Драко… И подробности ему, к всеобщему удивлению, не понравились. — Ты болен… — тихо сказал он. — Без тебя знаю, — вновь рыкнул слизеринец. — Эта болезнь называется «Ханахаки», — уверенно сказал Поттер, от чего его собеседник вздрогнул. — Кто она? Почему ты не признаёшься? — Иди к чёрту, — выдохнул несчастный. — Я лучше сдохну в муках, чем признаюсь. — Малфой… — Гарри нахмурился. — Оставь меня в покое… — устало проговорил блондин, бредя вперёд.       «Мальчик который выжил» нагнал своего врага в пару внушительных шагов и, схватив за плечо развернул к себе лицом, заглянув в усталые глаза, в которых тут-же промелькнула искра боли. — Я сказал тебе отвалить! — выкрикнул Малфой, отдёргивая руку.       Но Гарри словно и не слышал. Он вновь грубо схватил своего соперника и задрал рукав его рубашки чуть ли не до самой шеи. Вниз по плечу, до самого локтя, бледную кожу парня украшали ярко-синие нераскрывшиеся бутоны фиалок, кожа вокруг стебельков покраснела и прикосновения к ней явно вызывали сильную боль.       Слизеринец вновь дёрнулся, вновь вырываясь и отошёл от врага на пару шагов, поправляя рубашку и болезненно жмурясь. Он уже давненько забил на вырывание этих цветов, только хуже делает, а они всё-равно вновь вырастут. Смысл тогда с ними бороться? — Ты… Так давно… — неверяще проговорил Поттер, вспоминая поистине ужасное зрелище. — Нравится? — горько усмехнулся Драко и распахнул рубашку так, что пуговицы полетели в разные стороны. — Посмотри на меня! Видишь! Я весь зарос этими идиотскими фиалками! — кричал он. — Радуйся, скоро я откинусь. Сдохну мучительной смертью… От этих чёртовых цветов… Сдохну от цветов! От фиалок, понимаешь?!       Гарри смотрел на когда-то высокомерного и горделивого Малфойя, который сейчас чуть-ли не бился в истерике. Ему больно… Парень это прекрасно знал. Нет, а что может испытывать человек, у которого из-под кожи прорастают цветы, пробивающие себе путь к свободе. Долгая… Долгая и мучительная смерть, с малой вероятностью на исцеление. Тут никакая магия не поможет.       Слизеринец вновь сильно закашлял, уже не в силах стоять. Кашлял он очень долго и на полу скопилась небольшая лужица крови… А его соперник растерянно стоял в паре шагов от него, не зная как можно помочь. Драко начал задыхаться, схватившись за горло. Его жизнь уже почти подошла к концу. — Малфой! — Гарри кинулся к блондину, укладывая его на живот и заставляя выплюнуть раскрывшуюся фиалку. — Скажи, кто это! Не всё ещё потерянно! Мы найдём её и ты признаешься! — Нет… — прохрипел Малфой, заваливаясь на колени своего врага, цветы на его бледной коже стали медленно раскрываться. — Я не признаюсь… Пока я жив, никто не узнает… — Идиот! — выкрикнул гриффиндорец, со злобой смотря в глаза своего извечного врага. — Ты не можешь умереть! Да, ты тот ещё скотина, но достоин жизни. — Заткнись… — выдохнул Драко, скорчившись от боли, что пронизывала его тело.       И Поттер замолчал. Хоть и был сильно возмущён, но замолчал, видя как расслабился блондин. Это были его последние минуты. — Возьми это… — неожиданно сказал он, протягивая Гарри скомканный кусок бумаги. — Прочти его и отдай тому, кого я люблю, — сказал он с некой надеждой смотря на него.       Гарри взял записку немного дрожащими руками и рука его соперника тут-же безвольно упала на пол. Это немного напугало, Малфой выглядел бледнее чем обычно. — Малфой… — снова хотел что-то сказать гриффиндорец. — Заткнись… Просто молчи, — выдохнул Драко, и его просьбе вняли. — Вот так… Хах… Какая ирония — я умираю на руках своего злейшего врага… Какая… Ирония… — тихо говорил он и в конце его голос и вовсе затих и он закрыл глаза, блаженно улыбаясь. Он испустил последний тяжёлый вздох.       На пол упала солёная капля, скатившаяся по щеке Гарри. Он ещё не до конца осознал всё, но одно уже очень силно выбило его из колеи — Драко Малфой мёртв.

***

      Гарри сидел в одном из самых отдалённых от чужих глаз уголков школы, поджав к себе колени и обнимая их. В одной руке он сжал ту самую записку от Драко… До сих пор не верилось, что его больше нет и больше никто не будет задирать его и его друзей, больше никто не будет так обидно шутить… Он вообще больше ничего не будет. Его больше нет. А записка… Записка предназначалась именно ему, Гарри и он сохранит её, как и просил его злейший враг… Возлюбленный враг.       Пройдут годы, у парня появится семья, но в его кармане всегда будет лежать маленький помятый клочок бумаги с простенькими немного грубоватыми признаниями в любви.

***

Здравствуй, Поттер Гарри.       Я, знаешь ли, не мастер красивых слов, но парочку, на прощание, я тебе скажу. Так, чтобы тебе стыдно потом было. Знаешь, когда на мне только начали появляться эти цветы, я сразу понял, что это ты. Да, я, тот кто больше всех ненавидел тебя, без памяти влюбился. Да… Гарри Поттер, я люблю тебя. Смотря на то, как ты веселишься со своими друзьями, меня пробивает невероятная злость. Я ревную! Но, я наверно уже мёртв, и никогда не скажу тебе этого лично. Прости за всё.

Навеки твой, Драко.