Зимняя поездка

      Это случилось на третий день школьной поездки, после занятий на лыжах. Это был злой рок* или же судьба - не знаю, но это произошло, и теперь,мы уже не сможем притвориться, что все было шуткой.       ***       Сегодня занятия с инструкторами у нас после обеда, в первую половину дня – свободное время.       Пока мы собирались на улице, я заметил в окне Тиаки, сидящего на диванчике в лобби.       – Тиаки, – зайдя внутрь, позвал я.       Он поднял голову. Лицо было наполовину скрыто шапкой и солнцезащитными очками, но посиневшие губы явно указывали, что ему нехорошо.       –Перекличка начинается. Возвращайся к классу, Инаба, – хрипло сказал он.       Судя по всему, он и сегодня за завтраком ничего не съел.       Я присел рядом.       – Эй.       – Тсс!       Я обхватил его левой рукой за плечи и притянул к себе, а правую ладонь прижал к его груди.       – Закройте ненадолго глаза, сэнсэй.       Тиаки определенно устал – я ясно видел ворочающийся внутри него урон.       –Фу-ух… – тихо выдохнул Тиаки.       Скованное в напряжении тело наконец расслабилось.       – Только ничего не спрашивайте, сэнсэй, – многозначительно усмехнулся я. – Это секретная техника.       Уголки рта Тиаки слегка приподнялись.       –С такой техникой вполне можно на жизнь зарабатывать.       «Ага. Если бы эта самая жизнь при этом не сокращалась» – мысленно ответил я, но ему, конечно же, я ничего не скажу, да и с ним это не вызывает проблем, только есть хочется.       ***       Первые четыре класса разбрелись по трассе по своим делам. Тиаки, к огорчению девушек во главе с Тасиро, успел спрятаться от них в ресторане.       Я подошел к «трещоткам», с тоской наблюдавшим за ним в окно.       –Тасиро, у тебя с собой ничего перекусить нет? А то я проголодался.       – Мы же только позавтракали, ты чего, Инаба? – изумилась Тасиро, что не помешало ей высыпать мне на ладони ворох маленьких шоколадок, печенья и конфет.       Мне, конечно, грех жаловаться, но зачем ей с собой столько? «Стратегический запас»?       – Держи калорийный батончик, Инаба-кун. С шоколадным вкусом.       – А вот еще тебе мини-мандзю с анко. Он вкусный!       Это подключились Сакураба и Какиути. Нет, серьезно, зачем вам с собой столько еды?!       – Спасибо. Вы прямо мои спасительницы.       – Что, Инаба-кун, так привык к вкусностям, что местная еда в горло не лезет?       «Трещотки» засмеялись.       – Да нет, тут очень даже ничего готовят.       – Хотя бэнто на обед могли бы быть и вкуснее.       – Наверное, с ними лениво возиться.       – Скорее, просто экономят на продуктах.       – Повезло, что вообще успели найти другую гостиницу.       – У всех учителей глаза от усталости потухли, бедняги.       – А Тиаки-тян вообще похудел. По сравнению с прошлым годом.       И как только они всё это замечают?       – Инаба! Пошли опять против «бэшников»! – подбежал Уэно.       – Пошли. Спасибо еще раз за угощение.       От сладкого силы быстро вернулись.       – Сделайте их сегодня! – закричали нам вслед «трещотки».       Уэно оглянулся на них и посмотрел на меня.       – Инаба, а ты с кем-нибудь из этих трех встречаешься?       – Что? Нет! – я даже растерялся от неожиданности.       Уэно тоже выглядел удивленным.       – Но ты постоянно с ними общаешься.       – Ага, как и с парнями. Я их как противоположный пол не воспринимаю.       – В смысле? Они же девушки!       – Ну… Да, но… Взять, к примеру, Тасиро, она же ведет себя, как самый настоящий парень!       – Не понимаю, как так можно… Я вот все равно вижу в любой девушке прежде всего девушку, как бы она себя ни вела… Ты вообще думал с кем-нибудь встречаться?       – У меня на это времени нет.       – Тебя только недостаток времени останавливает?!       – Нет, Инаба, ничего ты не понимаешь! – надменно отрезал Ивасаки.       И когда только подойти успел?       – Тебе просто еще не попался твой типаж! А значит, ты предпочитаешь женщин старше себя! Кто уже работает, к примеру!       А он откуда знает, какой у меня типаж женщин?       – Когда нравятся постарше, неудивительно, что школьницы тебя не интересуют. И я тебя понимаю, Инаба. Еще как понимаю! Эти секретарши с их узкими юбками до колен… Просто мечта!       – Да, секретарши – это круто… Прошептала бы мне такая секретарша: «Нам не следует…»…       – Кто-то явно порно пересмотрел, – не выдержал я.       Но кстати говоря, и правда, какой мой типаж женщин? Я никогда об этом не задумывался.       Тасиро… друг, причем скорее мужского пола. Акинэ-тян… старшая сестра – ничего больше. Хотя иногда я в ней и старшего брата вижу. Марико-сан… мужик мужиком по поведению. Бухгалтер с подработки Симадзу-сан… Она, в принципе, подходит под типаж «уже работающих женщин», о котором говорил Ивасаки, но это не отменяет того, что в компании все ее боятся пуще самого директора. Президент школьного совета Камия вообще официально признанный «Большой Брат»…       «Вокруг меня что, одни парни?! Даже девушки?!»       Типаж, типаж, мой типаж… Хм… Кто-то, с кем всегда весело и интересно говорить, красивый, ухоженный, в общем следящий за своей внешностью.Кто-то, кто не станет меня жалеть, не смотря на смерть родителей, будет относиться ко мне как к остальным,не навязывает своего мнения, но может чётко и ясно сказать что можно, а что нельзя.Кто-то кто поймет меня, и мои странности (а в частности наличие у меня «Пти»*). Кто-то, о ком я смогу заботиться, кого мне захочется оберегать.       Перед моим взором вдруг появился Тиаки: серебристо-серый лыжный костюм, черный пояс и черные ботинки с красной окантовкой, черные солнцезащитные очки с вставками синего металлика. Светлая кожа, темно бордовые волосы, карие глаза, действительно, в сравнении с прошлым семестром, исхудавший, даже хрупкий какой-то.Он сидит на диванчике в моих объятьях, после «лечения». Тело расслабленно, глаза прикрыты, легкий румянец на скулах, льнущий ко мне в поисках тепла и защиты.       Стоп… Нет, нет, нет – Тиаки мой учитель, друг, он мне не нравиться, вот так!       Решительно кивнув сам себе, я с головой окунулся в новый раунд боя в снежки с «бэшниками». К концу игры я полностью забыл об этом, мы опять проиграли.       – Блин!       –Ну уж завтра мы вас сделаем!       – Ха-ха-ха-ха-ха, надейтесь-надейтесь! Разобьем опять в пух и прах!       – Ах вы!..       Разгорающуюся перепалку прервали парни из классов «Г» и «К» (с общеобразовательного отделения) с предложением присоединиться к нам.       – Построим дополнительные стены, расширим территорию!       – А что, давайте!       В итоге решили, что завтра будет финальная битва между объединенными силами классов «Б» и «Г» и классов «В» и «К».       – Это война!       Многие так и пылали энтузиазмом. Все-таки любим мы, парни, «войнушки».       Обсуждение тактики предстоящего боя вышло веселым. Было интересно пообщаться с ребятами с общеобразовательного отделения (так-то мы обычно не пересекаемся, классы слишком далеко друг от друга). Одна дичайшая идея следовала за другой, мы только и успевали, что переводить дух между приступами хохота. Когда у игры нет четких правил, это создает простор для фантазии.       ***       На занятии после обеда инструкторы учили нас поворотам.       – Упор на ноги ниже колен, разворачивайте их влево, затем вправо!       – Не получается!       – Не так резко, вам нужно скатиться волной, а не остановиться на полпути!       – А! А! А! А! А-а-а-а-а!       – Эй, ты куда?!       – Кто-нибудь, остановите меня!       – Переходим к прыжкам!       – Что?!!       На самом деле под прыжком подразумевался небольшой отрыв от снега во время съезда с бугра, в противном случае можно было запросто упасть. Но никому никак не удавалось поймать нужный момент для прыжка, поэтому все всё равно падали.       – Завтра у всех классов гонки по пересеченной местности, советую за сегодня освоить лыжи, – объявил Тиаки.       – А если не выйдет? – встревожено спросил Уэно.       Тиаки ухмыльнулся:       – А ты катайся до посинения, как-нибудь и выйдет. В горах без лыж и умереть можно.       – Ну чего вы вредничаете, сэнсэй? – надулись те, кто все еще с трудом мог стоять на лыжах. – И вообще, нельзя было придумать что-нибудь поинтереснее?       – Школьная поездка – это вам не развлечение, а часть учебного процесса, – отрезал Тиаки.       Под вечер все, едва переставляя от усталости ноги, потащились в гостиницу. На радость учителям. Однако не прошли мы и пары минут как инструкторы сказали остановиться, Тиаки рядом с ними выглядел взволнованно. Подойдя к нему, я услышал, что одной из учениц не хватает.       – Отведите студентов к гостинице, а мы поищем ее, – обратился Тиаки к одному из инструкторов.       – Хорошо.       – Тиаки, я помогу, я уже хорошо владею лыжами, – говоря это, я смотрел ему в глаза уверенным взглядом. – Та и чем нас больше, тем быстрее ее найдем.       – Уверен?       – Да, не волнуйтесь.       – Ладно.       Я не солгал, ездил я и правда хорошо. Кому-то техника катания давалась нелегко, и их мышцы от перенапряжения быстро заныли, а кто-то, раз встав на лыжи, очень быстро заделался чуть ли не настоящим мастером. Я относился к последним. Катался с удовольствием, и ноги и спина меня ничуть не мучили.        Мы вернулись обратно к месту тренировок, и разошлись в разные стороны. Тиаки шел так, чтобы я был в поле его зрения, на всякий случай.       Через минут 20-30 поисков, я увидел, как он идет ко мне, и двинулся ему на встречу.       – Что-то случилось? – спросил я, как только оказался достаточно близко.       – Ее нашли, можем возвращаться.       А в следующий миг снег под его ногами затрещал и начал проваливаться. Я кинулся к нему, хватая его за руку, но было поздно, мы полетели вниз.       Очнулся я, лежа на спине, Тиаки сидел рядом и тряс за плечо. Спина ныла, а кожа на ней саднила, так же побаливал затылок.       – Инаба, ты как? – Голос сенсея был взволнованным и слегка дрожал.       – Я в порядке, что случилось? Я потерял сознание? Как долго я был в отключке?       Я приподнялся на руках и сел глядя на него. Во время падения его очки и шапка слетели и потерялись в снегу, волосы растрепались, а взгляд был испуган.       – Не долго, меньше минуты. Когда мы падали, ты прижал меня к себе, и я приземлился на тебя. А когда увидел что ты не двигаешься, я испугался и…       – Эй, все хорошо, я в порядке, возможно, содрал кожу на спине, но не более.       Я взял его ладони в свои и сжал их.       – Правда?       – Правда. Давайте, вставайте, а не то заболеем. Где это мы?       Встав, и подняв Тиаки, я огляделся по сторонам.       Мы были в небольшой яме, с неровными стенами метра 3 – 3,5 высотой. Неудивительно, что я себе ничего не сломал.       – Здесь не высоко, но сами мы не поднимемся. Тиаки, позвоните кому-то, у вас ведь телефон с собой?       – Да, сейчас.       Достав телефон с кармана, Тиаки нажал несколько кнопок, и нахмурился. Вытянув руку вверх, он походил по кругу, но ничего не произошло.       – Сеть не ловит.       Убрав телефон обратно, он потер руки между собой и подышал на них. Небо над нашими головами стремительно темнело, совсем скоро станет темно. Температура понижалась так же быстро. Если мы здесь надолго останемся, то точно простым насморком не отделаемся. Я судорожно пытался найти выход из этой ситуации. Конечно же, нас хватятся в гостинице, и тут же начнут поиски, но, сколько пройдет времени, прежде чем нас найдут. Тиаки, с его анемией, нельзя здесь оставаться.       – Выбора нет, придется ждать, пока нас найдут. Не стоило соглашаться на твою помощь, теперь и ты здесь застрял. Прости.       – Не говорите глупости, сенсей. Если бы я не пошел, вы бы были здесь одни, – я подошел к нему и заглянул ему в глаза. – Я рад, что пошел с вами.       Улыбнувшись краешком губ, он потянул меня к одной из стен, что немного нависала вперед, создавая тем самым своеобразную нишу, в которую не задувал ветер, и не было снега на дне ямы. Тиаки с каждым мгновением выглядел все бледнее и бледнее. Его губы посинели, а сам он дрожал. Я бы мог воспользоваться «Пти» и вызвать гиппогрифа, но как мне объяснить это Тиаки. Черт. Я снова взглянул на Тиаки, не зная как поступить.       Мне вдруг вспомнился разговор с Фулом* ранее.       – Позволю заметить, что, по всей видимости, в вашем присутствии духовная энергия Тиаки-сама возрастает. Как в хорошем, так и в плохом смысле.       – То есть ему плохо из-за меня?!       –Скажем так… рядом с вами он становится более чувствительным к воздействию отрицательной энергетики.       – То есть мне лучше держаться от него на расстоянии?       – Нет. Рядом с вами его энергетические волны приходят в равновесии, что в данной ситуации предпочтительнее и безопаснее для него самого. Смею добавить, если бы вы взялись за руки, ваша синхронизация бы резко усилилась…       – Ага, на радость Тасиро и ее подружкам! Еще чего! – я решительно помотал головой.       – Но, господин, энергия намного легче передается через физический контакт. Люди –создания не духовного, но животного мира и прежде всего полагаются на органы чувств.       Но мы уже держимся за руки, а ему не становиться лучше. Может быть нужно более близкий контакт. Нет, я не могу это сделать. Внезапно Тиаки закашлял и покачнулся. Приобняв его за плечи я взволновано вглядывался в его лицо.       – Не делай такое лицо, я в порядке.       Прикрыв глаза и сделав глубокий вдох, я решился. Тиаки дорог мне, и я хочу о нем заботиться. Я не могу допустить, чтобы он пострадал. Взяв его за плечи, я развернул Тиаки к себе лицом, заставляя его посмотреть себе в глаза.       – Тиаки, ты мне веришь? Я вытащу нас от сюда, но прежде, я… Ты… Я должен повторить тот «точечный массаж», ты слишком ослаб, а я не хочу чтобы с тобой что-то случилось. Но, эээ, этот «массаж» будет немного отличаться от прошлого.       – Немного? Насколько немного?       –Ну… Ээ… будет то же самое, только на оборот.       – То есть?       – Если раньше я, вроде как, вытягивал с тебя негативную энергию, то сейчас я тебе передам позитивную.       Он был удивлен и внимательно смотрел мне в глаза, пытаясь понять, что я решил делать. Слегка нахмурившись, он молчал некоторое время.       – Т-Тиаки?       – Ладно.       – Что?       – Ладно, я тебе верю. Но однажды ты мне все объяснишь.       – А, хорошо.       Притянув его к себе ближе, я обнял его за талию, прижимая к себе. Одну руку оставил на поясе, а второй зарылся в его растрепанные волосы на затылке. Затаив дыхания Тиаки во все глаза смотрел за моими движениями. Он был удивлен, возможно, даже возмущен, но он ничего не делал, лишь позволял мне прижать его к себе и гладить по волосам. Глубоко вздохнув, я посмотрел ему в глаза, и прикоснулся к его губам в поцелуе. Тиаки словно задеревенел весь, он стоял неподвижно и шокировано смотрел на меня. Почувствовав, как энергия наших тел медленно, но верно синхронизируется, я немного расслабился. Но этого было мало.       Все так же глядя в глаза я прикоснулся к его нижней губе языком, обвел ее по контуру, и попытался проскользнуть внутрь, но наткнулся на стиснутые зубы. Тиаки, наверное, все еще не мог понять, какого черта я творю, но не вырывается, что уже хорошо.       – Пусти меня, прошу, –немного отстранившись, всего на пару миллиметров, я тихо прошептал ему прямо в губы. И вновь прикоснулся поцелуем.       Вдруг Тиаки как-то разом весь обмяк и, запустив руки мне в волосы, ответил на поцелуй, открывая рот и встречая мой язык своим. Мы целовались медленно, а в каждом его движении скользила нежность. Его губы были мягкими, с легким привкусом сигарет, что он курил. Увлекшись, я полностью забыл, зачем и почему я это делаю, лишь наслаждался.       Я проводил по кромке зубов, щекотал его нёбо, сталкивался с его языком и ласкал губы. Это было так приятно и … так правильно, привычно. Его ноги подкосились и он начал оседать, а я вместе с ним. Опустившись на землю, я затащил Тиаки к себе на колени, и вновь поцеловал, в этот раз более страстно и напористей. Он слегка дрожал, и было это от холода или же от удовольствия я не знал, но надеялся что второе.       Когда тихий стон сорвался с его губ, меня словно током прошило, так неописуемо прекрасно он звучал. Тихий, мягкий голос, от которого мурашки по всему телу промаршировали, был песней для моих ушей. Однако холодная земля подо мной отрезвляла.       Отстранившись, я попытался что-то сказать, но мне помешал Тиаки, снова впиваясь в меня поцелуем. Улыбнувшись краешком губ, я отстранил его от себя,удерживая на небольшом расстоянии, и не позволяя вновь поцеловать, начал его осматривать. Алые губы влажно блестели и были слегка припухшими от поцелуя, а от былой их синевы и следа не осталось. Кожа стала более здорового цвета, а щеки и кончики ушей были красными. Глаза как два бриллианта сияли в полумраке. Он быстро и тяжело дышал, словно пробежал марафон, а ширинка слегка топорщилась. Кинув беглый взгляд на свою, я понял, что это касается и меня.       Пока я его осматривал, Тиаки тоже пришел в себя и, так же окинув меня и себя взглядом, залился краской полностью, даже шея, выглядывающая из-под ворота, была красной. Поспешно высвободив руки из моих волос, он выглядел очень смущенно.       –Хах, ты такой милый, сенсей, – улыбнувшись, я снова прикоснулся в быстром и мягком поцелуе к его губам, а затем притянул к себе в объятья. Пробурчав что-то неразборчивое, он уткнулся горящим лицом мне в шею.       –Ахах. Что? Я ничего не понял, повтори.       – Заткнись, на себя посмотри.       –Ахаха.       Прижав его к себе еще ближе, я вытащил с кармана «Пти», и прежде чем открыть его, я обратился к Тиаки.       – Тиаки, закройте глаза и уши, и не открывайте, пока я не разрешу, хорошо?       – Зачем?       – Прошу, Тиаки.       – Ну ладно.       Немного отстранившись, Тиаки бегло на меня взглянул, и, закрыв глаза и прикрыв уши руками, уткнулся мне в грудь. Прижав его к себе двумя руками, я встал, заставив того охватить меня ногами за талию, пусть он и был немного выше меня, но довольно худым, так что мне было не очень тяжело. Я открыл «Пти» на странице с гиппогрифом. Тут же над книжкой появился Фул, и с усмешкой посмотрел на меня.       – Вы все же воспользовались моим советом. Я очень рад, что господин прислушался ко мне.       – Заткнись, расскажешь кому-то в особняке и тебе не жить, – тихо прошипел я на него в ответ. А за тем, не позволяя себе забеспокоиться, глубоко вдохнул.       – «Повозка» Гиппогриф!       –Гиппогриф! Черный грифон. Боевой конь богов, преодолевающий огромное расстояние за секунду!       Черные крылья, заняли собой почти всю яму. Темные глаза уставились на меня, как мне показалось недовольно, но встретив мой твердый и уверенный взгляд, гиппогриф не убежал, а сложив крылья, присел, чтобы я, с Тиаки на руках, мог забраться на него. Пусть он и позволил нам сесть, я чувствовал от него некое снисхождения, он буквально всем своим видом показывал, что это первый и последний раз.Улыбнувшись, я потрепал его по загривку. В следующий миг мы взмыли в небо. Было страшно, особенно когда взглянул вниз, но теплое тело Тиаки в моих руках немного успокаивало.       Гиппогриф довез нас до кромки леса, откуда до гостиницы было рукой подать, и стоило мне спуститься – исчез. Похлопав Тиаки по спине, я спустил его ноги на землю.       Отстранившись, Тиаки оглянулся по сторонам и шокировано уставился на меня, на что я лишь вымученно улыбнулся и помотал головой.       – Прости, но я не могу сейчас все объяснить.       Он посмотрел на меня тяжелым взглядом, и вздохнул.       – Ладно. Но однажды ты мне все расскажешь, обещай.       – Обещаю.       Мягко улыбнувшись, я направился к гостинице вместе с Тиаки. И лишь сделав шаг,понял, что лыжи мы оставили там, в яме. Махнув рукой, Тиаки потащил меня дальше, крепко держа за запястье.       Поначалу кажется, что между нами ничего не изменилось, но это не так. Вкус его мягких губ, тепло его рук в моих волосах, вес его дрожащего тела на моих коленях. Я не смогу забыть это. И он тоже– вижу это по его взгляду, что он бросает на меня украдкой. Знаю, у него много вопросов, но пока я не могу ему все рассказать. Но с этим мы разберемся позже, а сейчас, Тиаки нужно напоить горячим чаем.       То, что произошло, изменило наши отношения. И кажется мне, что изменило в лучшую сторону. Для меня так уж точно. А стоя перед гостиницей, где нас ждали слегка взволнованные нашей задержкой инструктора, и видя как Тиаки смущенно оправдывается, поймав его взгляд, я понимаю, что эти изменения устраивают не только меня, но и его.       Но это уже другая история.