приторность.

Слышишь голос мой издали? Он звучит, забивая такт сердца Моя любовь ломит кости изнутри И ты знаешь, от неё не скрыться Помогаю и не жду Тихий шелест и тебя смоет ветром

Данила Кашин Ты будешь домашку делать? 23:32

Лиза Неред Нет 23:33 Я дежурная в столовой 23:34

Данила Кашин Я тоже, меня Анатольевна заставила 23:35

Лиза Неред Потому что ты куришь!!! 23:35

Данила Кашин Заебали меня эти училки 23:36 На каждое сука слово 23:37 ТАК СМЕШНЯВСКИ ШУТЯТ 23:37

Лиза Неред А нехуй курить прямо у гимназии 23:43

Данила Кашин Спасибо за совет, Лизавета 23:44

Лиза Неред Ну что как официально! 23:44 Можно просто госпожа) 23:45

Данила Кашин Ору епта 23:51 Внатуре 23:51 Спокойной ночи, госпожа 23:51 Кст 23:52 Спасибо 23:52 Что тогда с английским помогла 23:52

Лиза Неред А ты мне с французского свалить) 23:53 Спокойной ночи, Даня 23:53

Ты мой антидот от сомнений Тот голос, что я хочу слышать Важнее таблеток, светлее, чем небо Ты чище того, чем мы дышим Место, где я никогда не буду Но постой, ведь я сегодня отнимаю твою душу Я залезу в твою голову и больше не уйду Чтобы с годами мы могли сделать себя немного лучше

****

-Сука, Юлик, не ставь туда поднос, — отпихиваю брюнета сторону, стараясь не уронить стаканы с каким-то пахучим компотом. Повариха, слава богу, ушла подправить свои синие стрелки, что каждый раз приводят меня в тихий ужас.Шмальц пытается безуспешно оттереть огромное жёлтое пятно на старом столе, но вскоре бросает это дело, воруя приторные конфетки и угощая меня. Обнимаю его в благодарность и чуть бью по пятой точке, игриво убегаю, пока тот заливисто смеётся, принимая игру. Кашин отчужденно копается в телефоне, даже не собираясь помогать раскладывать таблички, что приходилось делать нам с Мидлер. На секунду неприятно кольнуло, бья по самолюбие, мысль о том, какой же он двуличный. Мы с недавних пор стали налаживать отношения, часто переписываясь и гуляя в компании, что заметно расширилась. Из другого района приехал Тарасенко, которого откуда-то знал Ларин и ещё несколько ребят из центра, которых я плохо запомнила. Но Кашину, видимо, необходимо всё испортить вот этими игнорированиями в школе и непрерываемыми подколами. Вот же. Лицемер. Из-за поворота показалась Турбина, что робко помахала мне рукой, протягивая яблоко. Чуть улыбаюсь, забирая фрукт, но после её ухода лишь хмыкаю, отправляя его в рюкзак. Зарыковская ко мне даже не подошла.

****

-Думаешь, они бы и вправду на это решились? — тихо хихикаю, уже не боясь, пиная Леру в бок. -Хэй, сучка, не распускай руки, -блондинка смеётся, собирая грязную посуду. А она хорошенькая, когда не пытается казаться той, кем не является. Хотя ещё рано делать выводы. Даня этому прямое доказательство. Морщусь, собирая остатки густой манной каши, покрывая матом, проходящих к выводу, детей. Мидлер берет из сумки пару флакончиков, кивая в сторону туалета, но я отмахиваюсь, так как сегодня не красилась, ибо не видела смысла: всё равно целый день торчать в столовой, в облеваных фартуках и резиновых перчатках. Юлик съебался в туалет, видимо скрываясь от моего гнева, утаскивая за собой Шмальца. Продолжаю гремить посудой, втыкая в уши наушники почему-то расслабляясь. Как бы сильно Мидлер не начала симпатизировать мне, включать ей свою музыку я была ещё не готова, а слушать её, при ней, одна было бы дурным тоном. Где-то рядом бездельничает Даня, и видимо, соскучившись по вниманию, начинает раскидывать стаканы, а после тихонько щепать мои щеки. -Чего тебе? — ни на секунду не отвлекаюсь от уборки, почему-то захотев устроить протест поведению рыжего. -Дай наушник! Фыркаю, отпихивая его, пытаясь пройти мимо, но тот сам вырывает черненький предмет из моего уха, вставляя себе. Сил сопротивляться уже нет, к тому же было интересно, какую музыку он любит.

Дольше, чем я могла думать Но меньше, чем мне сейчас нужно Я слишком мечтатель, отныне любовь к этой жизни Не стала мне чужда

Кашин, на удивление, начал помогать мне, иногда касаясь и беспорядочно хохоча, давая мне впадать в ступор. Вдруг он резко приближается, чуть целуя уголок виска, куда доходил его рост. Опешиваю, метаясь взглядом по помещению, чуствуя как руки дёргаются, разжимая тарелку и та разбивается на тысячу кусочков, как и моя трезвость. -Хэй, вы чего тут, голубки? — резкий голос Дениса даже не пугает, лишь позволяет немного отойти от произошедшего и взглянуть на рыжего. Кашин быстро отскакивает, запихивая поглубже руки в карманы, брезгливо осматривая Шмальца: -Пф, думай о чём говоришь! Я и плоскость несовместимы. И он ухмыляется, разворачивась на пытках к подоконнику, куда направляется и брюнет, чуть приобнимая, говоря, что не нужно обращать внимания, и что Кашин идиот. Да, идиот…

Срываюсь с места.

Горло глошет от желания проблеваться, а сердце так и хочет вырваться от обиды и унижения. Добегаю до женского туалета на втором, надеясь не найти там Леру. Запрокидываю голову, дабы сдержать слезы и проклинаю свою чувствительность.

Как можно быть такой жалкой? Как можно быть таким мерзким?

Я искала тебя посреди планет Так хотела найти, но не вижу свет От далёкой звезды, что зовут «любовь» Я искала тебя…