План номер три

      Безликий голос бойко отрапортовал из коммуникатора. Говоривший прекрасно знал, как капитан ненавидел, когда мямлили. Но именно сейчас Кирку было совершенно плевать, каким образом информация поступала к нему. Важно было только содержание сообщения. Он был на воображаемой финишной прямой. Предвкушение пьянящей волной прокатилось внутри, но Джим не позволил себе радоваться раньше времени. В любой момент все могло рухнуть.       Передав командование, он покинул мостик. Нужно было проветрить голову и упорядочить мысли. Раньше прогулки справлялись с этим прекрасно.       В медотсеке было непривычно тихо. Никто не орал, срывая глотку, не скулил, не кашлял, не хрипел, задыхаясь. Эти звуки стали неотъемлемой частью лазарета. И сейчас было странно не слышать их. Но вдруг пронзительный женский вопль разрезал эту тишину. Джим хмыкнул. Нет, все как обычно.       Пройдя на звук, он обнаружил ничем не примечательную туземку одной из недавно посещенных планет, привязанную к койке. Она не металась, а вяло трепыхалась, скорее всего обессиленная долгим сопротивлением. Маккой неподалеку заправлял ампулу с золотистой пенистой жидкостью в гипошприц.       — Что это?       — Млечный путь, — немного самодовольно ответил Маккой, ни капли не удивленный тому, что капитан внезапно обнаружился за спиной. — Мой новый эксперимент.       — Боунс, — угрожающе рыкнул Кирк, делая несколько шагов вперед и хватая доктора за ворот формы. — Я приказал вынуть из нее информацию, а не играться в идиотские игры!       — Кто сказал, что я не могу совместить первое и второе? — Леонард выдернул форму из чужих пальцев. Будь ткань из натуральных волокон, она бы уже порвалась от приложенной силы. Подойдя к девушке, у которой при виде шприца открылось второе дыхание для сопротивления, он бесцеремонно схватил ее за руку и вогнал иглу в плечо. Секунду она еще пыталась биться в фиксаторах, а потом вдруг обмякла, словно лишившись всех костей, и замерла. Рот приоткрылся, расширившиеся глаза слепо уставились в пространство зрачками разных размеров.       — Интересно, — хмыкнул Джим. — А почему «Млечный путь»?       — Она только его сейчас и видит, — усмехнулся Маккой, наблюдая, как туземка пускает слюни, находясь явно не в этом мире. — А вот над дозой нужно поработать, — добавил он задумчиво. — Оклемается немного, сможешь лично позадавать ей вопросы.

***

      Настроение у Кирка было ни к черту. Эти идиоты правда решили, что смогут спрятаться от Энтерпрайз на одной из лун? Подобное недооценивание — как плевок в лицо. Но Джим даже пар выпустить толком не смог. Сражение закончилось слишком быстро. Точнее, даже не начавшись. И теперь кровь кипела, а злость не могла найти выхода.       Сигнал, оповестивший о посетителе, отвлек от мыслей. Джим нажал кнопку, больше всего мечтая набить сейчас кому-нибудь морду. На пороге обнаружился Спок с непроницаемым лицом вытянувшийся по струнке и привычно сцепивший руки за спиной.       — Могу я войти, капитан? — сухо поинтересовался он.       — Проходи, — Кирк отодвинулся, освобождая проход. Зверь внутри него предвкушающе зарычал.       Стоило дверям сомкнуться за спиной Спока, тот навалился на Джима всем своим весом, чуть не уронив на пол. Со стороны могло показаться, что он потерял сознание. Но тяжелое дыхание у самого уха, пальцы вцепившиеся в одежду почти до треска, бедра прижавшиеся к бедрам, весьма наглядно показывали, что вулканец сейчас собирался делать что угодно, но не отключаться. Каким-то образом они добрались до кровати за перегородкой и повалились на нее клубком из тел и конечностей.       Руки Спока были повсюду, надавливали, сжимали до синяков, оглаживали едва касаясь, вычерчивали прохладными пальцами узоры на животе, забравшись под форму. Он не вел себя как тот, кто пришел доставить удовольствие. Он вел себя как тот, кто пришел взять свое. Но Джим был не против. Он изгибался в стальной хватке, чувствуя, как кровь продолжает кипеть, но теперь совершенно по другому поводу. Это было почти так же шикарно, как хорошее сражение.       Спок был единственным, кому мог подчиниться Джим Кирк. И то, только за закрытыми дверьми каюты. А тот каким-то образом появлялся на его пороге именно тогда когда необходимость в этом была острее всего.       И сначала это чертовски напрягало Джима. И он подолгу проводил у монитора Танталова поля, пытаясь уличить первого помощника в слежке. Но лишь узнал о нем кое-что интересное.

***

      Джим просматривал отчеты «о подавленном мятеже» и мысленно передвигал фигуры на воображаемой шахматной доске. Хотелось вскочить и что-то сделать, что угодно, только бы ускорить приближение заветной цели. Но знал, что нельзя. Слишком много сил, времени и ресурсов потратил, чтобы теперь испортить все ребячеством. Никогда еще он не подходил настолько близко к задуманному. Хотя только ступив на борт Энтерпрайз, он уже знал, что провернет что-то подобное.       И вот теперь, почти держа мечту в руках, притворялся скучающим истуканом, который едва ли не засыпал в кресле. Держать лицо он научился давно, у него был хороший учитель, скрывающий адскую бездну под вуалью вежливой невозмутимости.       Мысли сами перетекли в другое русло. Кирк оглянулся на Спока, сидящего за своей консолью. Словно почувствовав на себе взгляд, он вперился в ответ своими почти черными глазами. Зрительный контакт длился меньше секунды, но даже от этого волоски на руках Джима поднялись дыбом.       Самой большой дырой в плане было то, что Джим не знал, что предпримет Спок: поставит палки в колеса, поможет добиться желаемого, или захочет присвоить все лавры себе. Но не было никаких сомнений в том, что он уже обо всем догадался. Скорее всего просчитал все еще когда у Кирка в голове только замаячили смутные идеи.       Ни первый, ни последний вариант не устраивал. От задуманного он уже не отказался бы даже с фазером у виска. Как и не согласился бы отдавать свой трофей кому-то другому. О том, чтобы тихо и быстро убрать назойливого вулканца с помощью Танталова поля, он старался даже не думать. Он… привязался к Споку. Если ту больную зависимость, которая давно пустила в нем корни, вообще можно назвать привязанностью. Спок принадлежал Джиму, даже если сам считал иначе, и отпускать его Кирк не собирался. Только вот подкупить деньгами, или запугать, как некоторых, его не получится. Значит, нужно придумать что-то еще.

***

      Иногда Джиму казалось, что у Спока не меньше десяти рук, так много их прикосновений ощущалось на теле. И он подавался им навстречу, изгибаясь каким-то невозможным образом.       Губы чесались от желания поцеловать, но это было единственным, чего Кирк себе не позволял по отношению к вулканцу. Слишком интимным стало бы все, что они делают. У них тут не любовь до гроба. Им просто нужно это. Жизненно необходимо поддаться этому черному безумию. Сбросить напряжение, выпустить ненадолго внутренних зверей, чтобы в остальное время те не так мешали думать, затуманивая разум инстинктами.       Да и Спок никогда не выказывал желания прижаться губами не только к губам, но и к чему-либо еще. Только руки, его чертовы руки с прохладными подвижными пальцами, «облизывали» все, до чего могли дотянуться. То невесомо, то до черных отметин, по которым Джим потом проводил ладонями через форму, вспоминая произошедшее.       Спок сел в кровати, скрещивая ноги в позе лотоса и накидывая на них тонкую простынь. Выглядя по-деловому собранным, словно не он несколько минут назад был похож на полуразумное животное, словно не на нем сейчас был только кусок тонкой ткани. Он бы наверняка вытянулся возле кровати в полный рост, привычно сцепив руки за спиной, но знал, что точно разозлил бы этим Кирка.       — Капитан? — позвал он, привлекая внимание. Джим, оставшись лежать, подпер голову рукой, и уставился на вулканца. Мышцы приятно тянуло, кое-где уже наливались синяки, и пока он был в настроении слушать. Хотя знал, о чем будет разговор. — Кто из экипажа осведомлен, что это не было мятежом? — продолжил Спок, умудряясь говорить одновременно и безэмоционально, и осторожно, и даже с каким-то укором.       — Очевидно, только ты, — Джим ухмыльнулся, потому что ситуация в каком-то смысле забавляла, но усилием воли придал лицу серьезное выражение. — Я знаю, что ты знаешь, — продолжил он совершенно другим тоном. — И ты знаешь, что я не остановлюсь. Пытаясь помешать мне, ты только наживешь опасного врага. Но… — Джим сделал паузу, внимательно глядя в черные сейчас глаза. — Мы можем быть полезны друг другу. Мы уже выяснили, что ты не хочешь быть капитаном, потому что это отнимет время, которое ты мог бы потратить на свою обожаемую науку. Из чего можно сделать вывод, что более высокий… пост, ты точно не захочешь занимать, если будет альтернатива. И я могу ее тебе предложить. Если мой план удастся, первым делом я почищу императорское обиталище от крыс. Боюсь, должность Первого ученого тоже освободится… — Кирк говорил лениво, внимательно вглядываясь в непроницаемое лицо вулканца. Самым сложным сейчас было не заинтересовать Спока бесконечными ресурсами, и неограниченным временем, которое тот сможет тратить на эксперименты, а не выдать, что помощь Спока в этом вопросе Джиму, в общем-то, была не нужна.       — Ваше предложение звучит… интересно, — тщательно подбирая слова, произнес Спок. — Мне необходимо ознакомиться с подробностями вашего плана, чтобы высчитать вероятность положительного исхода, и принять окончательное решение.       Кирк насмешливо выгнул бровь.       — Ты до сих пор этого не сделал, Спок? Мне-то не ври, — его губы растянулись в оскале.       — Смею вам напомнить, что… — до оскомины привычно начал вулканец, но его перебили.       — Я это уже тысячу раз слышал, — Джим убрал руку из-под головы. — Ложись спать, — приказал он тоном, не терпящим возражений, и хлопнул ладонью рядом с собой, наблюдая за бровью, поползшей под темную челку.       Перспектива делить постель со своим первым помощником еще и в этом смысле ему не слишком нравилась. Он вообще не горел желанием спать рядом с кем-либо. Слишком беззащитным был в эти моменты, несмотря на чуткий сон. Но если они правда решили устроить столь масштабный переворот, нужно научиться доверять друг другу полностью. Спок, скорее всего, тоже подумал о чем-то таком, потому что без слов поднял с пола сброшенное туда в самом начале одеяло и завернулся в него, как в кокон.       Чужое присутствие напрягало, Джим некоторое время не мог настроиться на сон, но тело, измотанное сначала сменой, а потом и вулканцем, в конце-концов отключилось.       Убедившись, что человек рядом уснул, Спок осторожно высвободил руку из одеяла, и кончиками указательного и среднего пальцев, едва касаясь, провел по приоткрытым губам, после чего молниеносно быстро убрал руку обратно. Даже такого прикосновения было достаточно, чтобы разбудить капитана.       У него не было никакого права делать подобное. Кирк ясно дал понять, еще в самом начале, что происходящее между ними не несет никакой романтической окраски. Но иногда нелогичная человеческая половина на мгновения забирала себе контроль, как сейчас.       Спок погрузился в упрощенный вариант медитации, не требующий специальной позы или благовоний. Необходимо было обработать уже имеющуюся информацию и составить дальнейший план с учетом того, что теперь они будут действовать сообща. Бесспорно, перспектива заполучить самые лучшие лаборатории Империи выглядела заманчиво, но Спок вдруг осознал, что без Джима Кирка рядом, это не принесет такого удовлетворения, как могло бы.

***

      «Приступаем к плану номер три», — отчитались из коммуникатора. Джим мысленно хмыкнул и оглянулся на Спока. О краткой сути операции под этим кодовым названием знали только несколько членов экипажа. Подробности безумия, которое они задумали — только капитан и его первый помощник. Остальные оставались в блаженном неведении. Так было лучше. Для всех.       Энтерпрайз уверенно двигалась согласно заданному курсу. На ее борту два сына космоса и маленькой Земли готовились совершить то, о чем большинство боялось даже подумать.