Любовь под запретом.

- Холодно.. Почему мне так холодно? Что-то мокрое лежит на лбу и горле. Эвальд с трудом открыл глаза. Вокруг всё было темно и мутно. Тошнота подступила к горлу и омега снова потерял сознание. Он оказался в большой комнате. Комната принца. Ему снова снится этот ужасный сон… Но стоп. Сейчас принц сидит на подоконнике и смотрит в глаза Эвальду. - Мой господин… Вы живы? - Потерпи… И мы снова будем вместе. Вокруг снова всё потемнело и Эвальд окончательно очнулся. За окном была глубокая ночь, звёзды тускло мерцали на чёрном фоне неба. Рядом с кроватью омеги сидел незнакомый мальчик. - Вы очнулись… Хвала небесам. Я сообщу господину Ричарду. Поклонившись мальчик убежал из комнаты. Юноша сел на кровати и попытался встать, но ноги отказывались держать его и он упал на пол. - Ай! Вот же блин. - Не стоило в таком состоянии пробовать встать. - Ха? В дверном проёме стоял молодой человек лет 20. Волосы были собраны в хвост и перетянуты алой лентой. За широкими плечами виднелась мантия, что говорило о том, что он королевских кровей. - Я …. - Я всё понимаю. Непривычно оказаться в незнакомом месте да ещё и с такими ранами. - Прошу простить меня за мою дерзость, но могу я спросить кто вы? - Да, конечно. Я, Ричард XVII, наследник короля Эраста. - Выходит я попал в замок короля? - Нет, это одна из моих резиденций. Эвальд быстро скользнул взглядом по комнате. Никаких решёток на окнах и орудий пыток. Значит никакой опасности он для юного короля не представлял.  - теперь позволите ли вы задать вопрос вам? - Как пожелаете, на всё ваша воля. - Вы вражеский разведчик? Эвальд опешил. Слова будто сами лились с его губ. - Нет. Я один из слуг, что должны были развлекать его Величество, но когда он прислал приказ непристойного содержания, я взбунтовался и сбежал. Мою лошадь подстрелили и я потерял сознание. Когда очнулся, то был уже здесь. Больше я ничего не знаю. - Занятно. Этот старый осёл всё еще не бросил своей затеи обрюхатить омегу. Вот же ж похотливый пёс. Хммм… а, вот ещё что.. Почему вы носите маску? Омега дотронулся рукой до лица и обнаружил не снятую маску. Развязав ленту поддерживающую столь надоевший предмет, Эвальд снял маску и поднял взгляд на Ричарда. Альфа на мгновение отпрянул, а после подошёл ближе и дотронулся кончиками пальцев до щеки омеги. Эви смущённо отвёл взгляд, но одна деталь заставило его задержать свой взор на шее парня. Еле заметный кусочек шрама. - Что за шрам на вашей шее? - а? Он не стоит обсуждений. - Ваша правда. - Позволите ли вы узнать ваше имя? - К чему оно вам? Я не стою внимания столь важной особы. - Возможно я бы смог сделать вас своим слугой, если вы не против. - Увы, я вынужден отказаться. У меня уже есть господин. - И кто же этот везунчик, заполучивший в слуги столь прекрасного юношу? - Сын короля Фердинанда, человек который был всегда добр ко мне и в которого я впоследствии позорно влюбился…. Господин Михаэль Версальский… Альфа застыл с широко раскрытыми глазами. Слова произнесённые голубоглазым, попали в больную точку, в воспоминания прошлого. Дни когда его мать, королева Кристалия Версальская рассказала ему правду его рождения, дни проведённые с верным слугой и первым другом. - И всё же…. Скажи мне своё имя? - Эвальд Нортвест. С аметистовых глаз полились слёзы. Слова застывшие тогда, смогли найти выход и прерывающимся голосом альфа произнёс: - Прости… прости меня, Эви, За то что оставил тебя одного тогда ночью. Я думал что так будет лучше, если ты больше не увидишь такого жалкого альфу… Эвальд застыл. Эви? Так его называла только Королева Кристалия, слуги и…. Его господин. - Мой… Господин? Господин Михаэль? - Да, да Эви… Это я … Как я жалел о том гнусном поступке. Оставил тебя одного в сложный для королевства период. Я ничтожен… - Господин Михаэль…. Вы не ничтожен. Я всё понимаю… Вы вынуждены были так поступить… Господин… умоляю, не отсылайте меня обратно. Я не вынесу больше этого ада… - Я не отошлю тебя Эви… Теперь я тебя никогда не отпущу. Ты всегда будешь рядом со мной. Альфа прижал к себе рыдающего омегу и пытался его успокоить. Перебирая белоснежные волосы, он шептал парню успокаивающие слова и незаметно использовал сонную магию. Вскоре омега уснул и уложив его на кровать, вышел из комнаты. Внутри всё ликовало. Столько лет он мучался угрызениями совести, за то что оставил ничего не подозревающего, столь верного ему омегу одного. А теперь, когда он рядом с ним, Михаэль намеревался дать омеге всё что сможет. Лишь бы его возлюбленный был счастлив.