Забота

Темный вечер загорается яркими, мелькающими перед уставшими глазами огоньками. Луна наливается белоснежным светом и распространяет его по узкой и неосвещенной улочке, по которой медленно шагает подавленный парень. Шаги его сдержанные, не размашистые, такое чувство что прямо здесь он повалится от бесконечной усталости. А белый снег искрит и отражает слабый свет, не напрягая итак красные глаза.

Но ничего, скоро он будет дома, и все закончится.

Прошло всего каких-то жалких десять минут, но для русского, по его ощущениям эта дорога тянулась как минимум полчаса. Деревья, покрытые пушистым и тяжёлым снегом, который грозился упасть тебе на шапку. Старые, неизвестно сколько раз перекрашенные ярко-зеленой краской лавочки. Тонкие, изящные фонари, которые своим электрическим светом перебивают живой, но холодный свет луны. И знакомая дверь подъезда. Его вид и тепло, давали расслабится, окуная в яркие воспоминания беззаботного, совместного детства с братьями. Невольно, измученной улыбкой он встретил свою пустую и тёмную квартирку, которая ему осталась от покойного отца, как правоприемнику. Сняв с себя лёгкую, кожаную куртку, парень включил в ней свет. Россия зажмурился, но через несколько секунд, его глаза привыкли к этой яркости и он окинул взглядом своё жилище. По меркам парня, вокруг было умеренно «убрано» и может, можно было даже сказать немного уютно, если бы не одно «но». Здесь всегда пусто. Пусто, как в его душе. Пусто, как в его голове, когда он очередной раз опрокидывает стакан обжигающей горло водки. Пусто, как в его голубых глазах, которые давно потеряли свой живой блеск. Тяжко вздохнув, Россия поплелся в свою комнату. Кинув своё портмоне в дальний угол комнаты, голубоглазый не раздевшись кинулся на кровать. Постель была холодная и небрежно заправленная, но русскому видимо было глубоко плевать на это. Главное ведь, прикрыть уставшие глаза, и попытаться получить удовольствие от короткого «сна», нарушаемого чёртовой бессонницей. Россия закутывается в одеяло и всматриваясь в невидимую точку на стене, разбирал свою жизнь по полочкам. Может, он что-то сделал не так? Детство… Для меня оно прошло прекрасно, и в этом можно благодарить отца. Ведь самое главное, что мы были друг у друга. А большего, мне не надо было. Я гордился тем, что опору, поддержку, доброту, и понимание совмещали в себе мы — дети. Думаю, ему это было очень нужно и эти качества СССР, воспитывал в нас с самого детства. Но после его утраты, наверно, братья посчитали эти качества ненужными. Конечно, толика всего этого осталось у Беларуси и Казахстана, но и они, довольно редко навещали уставшего от такой жизни Россию. Парень понимал, что у них как и у него, много забот и дел связанных с их экономикой, политикой, трудоустройством и так далее, но ему всё равно было довольно одиноко, приходить с таких надоевших собраний поздним вечером в пустующий дом. Голубоглазый лениво повернулся на другой бок и прикрыл глаза, вслушиваясь в мерное тиканье часов на противоположной стене. Со стороны входной двери слышалось шуршание, а потом уже и лихой поворот ключа в старом замке. Россия от неожиданности привстал на локтях и быстро осмотрел свою комнату. Коричневатые обои с неизвестными ему желтоватыми цветами, высокий платяной шкаф в углу, обшарпанный, массивный письменный стол, маленькая, заваленная тумба возле кровати. Но ведь это ничего не даст! Шум то не здесь! В то время пока Россия от охватившей его паники лихорадочно осматривал свою комнату, дверь уже была отперта и слышались аккуратные, тихие шаги в его комнату. Парень растерялся и просто решил сесть на кровати, хоть он и устал, но спящим его не возьмут, он ещё поборется! -Россия?.. За дверью комнаты где находится голубоглазый раздаётся тихий и бархатный голос, который действует как колыбельная. И России знаком этот голос. Юноша встал с постели и пошатываясь, уверенно направился к двери и резко, насколько хватает сил, распахивает её. -Ох… Привет. Перед ним стоял его любимый, родной брат — Казахстан. С их последней встречи он никак не изменился… Всё тот же красивый, волшебный голос, все те же цвета какао глаза, всё тот же жёлтый мешковатый свитер и чёрные джинсы. Россия опирался на дверной косяк, потому что его ноги подкашивались от неушедшего сна и смотрел прямо в глаза брату. -Я решил тебя проведать…- Первым звенящую тишину прервал казах смотря куда-то в сторону. — Знаешь… Ты…странно себя ведёшь! — отчаянно оправдывается ни за что парень.- На собраниях ты не обращаешь никакого внимания ни на другие страны, ни на нас, словно ты постоянно пребываешь в трансе. А как только оно кончается, ты оживаешь и пулей вылетаешь из зала… Что случилось? Что с тобой происходит в последнее время? — Обеспокоенно добавил Казахстан. Осознав, что собеседник сейчас сказал, в груди голубоглазого разлилось некое приятное тепло. Теперь он мог с уверенностью сказать себе: Ты не брошен ни обществом, ни семьёй, тебя не забыли. -Я…-Начал Россия.- Я очень устаю в последнее время… Но, тебе не стоит беспокоиться, все хорошо! — Прибавил он и натянул на лицо фальшивую улыбку. Неожиданно, Россию крепко сгребли в охапку и прижали к себе. Он несколько секунд простоял в ступоре, анализируя ситуацию и предполагая, что здесь можно предпринять и… просто обвил руками брата. — Я далеко не дурак, братик. — Горячее дыхание невольно обожгло ухо, вызывая приятную дрожь. — И прекрасно понимаю, что ты врёшь. А Россия готов было сказать все что угодно, только бы просто не отпускать его. — Да… Я врун.… Мне сложно брать на себя ответственность правоприемника одному и знаешь.- Держава поднял голову и посмотрел брату в глаза- Мне бывает жутко… одиноко. Он думал, что тот его не поймет. Ведь Казахстан, несмотря на свое стеснение был очень общительным и всегда находил себе компанию… — …Мне тоже иногда бывает одиноко. — Правда? -Конечно… А теперь, давай я позабочусь о тебе. Казахстан взял немного шокированного парня на руки и понёс его в комнату. Аккуратно усадив правоприемника на кровать, казах скрестил руки на груди и произнёс: — Раздевайся.

…Чего?

А…У меня проблемы со слухом?

Россия, после нескольких секунд сидения на мягкой кровати и откидывания непристойных мыслей подальше, спросил: — А…Зачем?

Ох… Глупый вопрос…

Тут в комнате раздаётся тихий, переливчатый смех. — А ты собираешься спать в этом отглаженном костюме? — Ехидно улыбается Казахстан.

Чёрт, Россия, почему ты такой наивный и глупый?!

Парень стал быстро раздеваться, пытаясь скрыть, что он горит от стыда. Закончив свое поручение, он отдал свои вещи кареглазому и лег на кровать. Тот повесил их на стул и подойдя к державе укрыл его зелёным, пуховым одеялом. Некоторое время Казахстан смотрел на миловидное и немного испуганное лицо России, что-то серьёзно обдумывая. Тут казах приблизился и поцеловал русского в лоб, а после, на его лице заиграла светлая улыбка. А лежащий на постели Россия начал молниеносно заливаться краской.

Господи, он это специально делает?!

— Знаешь, интересно что когда-то давно, ты также целовал меня перед сном, когда отец задерживался допоздна…- Предался воспоминаниям он. — Так. Хватит. — Поток воспоминаний резко прекратился. -А теперь спи. Я приберусь у тебя, а потом если ты к тому времени проснешься, заварю чай и мы попьём его вместе. Хорошо? -Х-Хорошо. Казахстан кинул прощальный взгляд на кровать и скрылся за скрипучей дверью комнаты. Россия шумно выдохнул и попытаться унять гулко стучащее сердце. После этого, несмотря на усталость он точно спать не будет.

Прошло полтора часа.

Правоприемник всё также лежал на кровати, тупо уставившись в белоснежный потолок и пытался не уснуть, хотя всё этому способствовало! За окном была гробовая тишина, покрытая густой темнотой, а методичное тиканье часов на стене, что некогда раздражало, приносило умиротворение. Раздумья прервал скрип двери и тихая, аккуратная поступь. Россия решил притворится спящим и поэтому быстро прикрыл глаза. Тут кто-то присел на край кровати, а потом и вовсе лег рядом с Россией, приобнимая его. В его объятьях так тепло и уютно, что федерация тянет руки и притягивает того за шею.

Теперь он почувствовал заботу.