астма это хорошо

Холодный вечерний воздух касался шеи, медленно поднимался к щекам и ко всему лицу, обжигая льдом. Сеульский март, вряд-ли, можно было назвать весенним месяцем. Об этом так и кричало пасмурное небо с нависшими над головой тучами, сильный ветер и серое пальто, красовавшиеся на плечах практически каждого прохожего. Аккуратно проходя вдоль трассы, парень обогнул подземный переход и вышел на уже знакомую грунтовую дорогу, которая вела ко всеми забытой остановке. Там Чимин надеялся словить последний автобус, едущий до района, где находится его общежитие. Возвращаться с пар в восемь вечера было не лучшим вариантом, мало ли что может случиться в бедном районе города, но у него просто не было другого выбора. Ежедневно посещать лекции было обязательным условием получения аттестата без плохих баллов, поэтому Чим измучивал себя ежедневной учёбой, посещением всех пар, проделываем кучей домашней работы и всё это он пытался уместить в те самые короткие 24 часа в сутках. Знакомьтесь, Пак Чимин - ученик третьего курса юридического факультета, отличник. Если коротко, то хороший чувствительный парень с нежной натурой. Любой может позавидовать его доброте и готовности прийти на помощь в трудную минуту. Внешностью он тоже не обделён. Пепельные волосы доходили до затылка, а густая чёлка небрежно свисала волнами на правую сторону лба. Красивые, по настоящему искренние глаза и пухлые нежно-розовые губы, на которые часто залипали девушки. Мягкие щёки и безупречно чистое лицо делали его похожим на младенца-переростка, но несмотря на чувственную натуру и вид ребёнка, он всегда мог рассуждать на взрослые интеллектуальные темы, но когда дело доходит до разговора о девушках, его лексикон очень скуден. Ну профан он в этом полный. Что касается личной жизни Пака, то это полнейшее дерьмо. За 22 года у него было всего двое серьезных отношений, одни из которых были в восьмом классе. Тогда они казались ему серьезными и перспективными. Всё было отлично - обнимашки, поцелуи, сладкая вата, просмотры фильмов, прогулки, строение совместных планов на будущее. Тогда он думал, что вот они, счастливые отношения. Ну а дальше по классике жанра - девчонке он надоел и она, понятное дело, ушла искать более богатого и интересного парнишку. Чимин тогда ненавидел себя. За странную внешность, за большие нелепые очки на переносице, за шрамы, за рост, за слишком большие губы странной формы и "грязное" лицо. Потом решил порезать вены. Циркулем. Со страху не там резанул, родители заметили, но разбираться никак не стали. А тогда ему так нужна была поддержка со стороны близких. Девушку он не винил, ну кому может понадобится закомплексованый очкастый парнишка? Потом у него был парень. Как так вышло? Да хуй знает. Взял и поцеловал с дуру лучшего друга. А тот его в ответ. А тот опять. А тот ещё раз. Ну вот как-то так и завязалась их тайные отношения. Да, тогда он правда чувствовал себя счастливым. С ним всё было особенным. Каждый день он наполнял его с низу до верху, залечивая все душевные раны. Но где-то даже в самых потайных уголках души он понимал, что неправильно это всё. Их отношения это ошибка. У них совершенно разные дороги. И после 1,5 года счастья, чувства, что ты кому-то важен и нужен, чувства свободы, он его обнял в последний раз, извинился и ушёл. Потом Чимин подумал "нахуй надо" и завязал с отношениями. А зачем они нужны? Зачем делать счастливое лицо, говорить "люблю", зная, что, рано или поздно, тебя все равно бросят? Предадут. Используют. Выкинут, как кусок мусора. Вот Мин и не стал. Сменив легкий прогулочный шаг на ускоренный, Пак заметил до боли знакомую синюю остановку. Остановку, на которой он провёл, наверное, полжизни, ожидая тот самый заветный третий автобус, надеясь, что он увезёт его туда, где хорошо. Но всегда он ехал в одно и то же место, пункт назначения - район Чонногу, в котором и проживал парень. Не самый лучший выбор, но деваться бедному студенту некуда. Сейчас бы он всё отдал за теплые объятия мамы, за сильную руку отца на плечах, за достаток и полное обеспечение. А ведь сам хлопнул дверью и ушел 3 года назад, так и не вернувшись. Юношеский максимализм. Родители, как Чимину тогда казалось, его совсем не понимали. Не понимали его увлечений, интересов, мыслей, проблем. Не воспринимали резкие заявления про планы на будущую жизнь. Да никогда особо и не пытались что-то понять и предпринять, отмахиваясь завалами на работе. А Чимин ведь так хотел быть семьей. Чувствовать себя нужным и желанным, дарить любовь и получать её в ответ. А потом его что-то прорвало, как канализационную трубу и он ушел из дому, заявив, что сможет прожить один. Как же он ошибался. Жить в тесной комнатушке, деля её с весьма странным соседом не назовёшь мечтой. Но он отчаянно пытался вырваться из этого дерьма, паша до седьмого пота в университете и на подработке. Ах да, ещё у Чимина бронхиальная астма. Пропоказания, отсутствие физических упражнений, вечно мучающие приступы, кашель, всё это оставило огромное пятно в его памяти. Все эти осуждения, смешки при его приступах он не мог выбросить из головы и забыть просто так. В университете он старался особо не трепаться на эту тему и всячески избегал курящих студентов, пыли и вазонов. Вообще, если сосчитать все проблемы, загоны и комплексы этого парня, то не хватит пальцев рук. Вот вы бы смогли столько рассказать о нём, смотря на это невинное, подобно детскому лицо? Забавно делать вид, что всё хорошо, когда всё идет по пизде, но Пак отчаянно пытался. Купив в киоске близь остановки мятную жвачку, он тут же закинул штук 5 сразу в рот. Он её просто обожал. Ветер неприятно заползал под пальто, ероша волосы и обжигая неукутанную шарфом шею. Изредка проходили люди, проезжали машины, а Чимин всё стоял, ожидая автобус. Через несколько безумно долгих, пропитанных холодом, минут к остановке стал приближаться нечёткий силуэт с широкими плечами и худыми ногами. Когда тот подошёл чуть ближе, Чимин мог разглядеть лёгкую серую ветровку на его плечах, чёрные джинсы и кроссовки. Угольно чёрные волнистые волосы выглядывали из-под капюшона, а косая челка спадала на его лоб, подчёркивая выразительные карие глаза. Красивый парень молодой, на вид ему было лет двадцать пять примерно. Вроде, лицо абсолютно новое, но что-то Чимину показалось в нём знакомым и чем-то до боли родным. Это странно, но ему показалось, что этот человек был когда-то был ему самым-самым близким. Возникло жгучее желание подойти к нему ближе и заговорить, но он тут же откинул эту идею, прикинув, насколько глупо и нелепо это будет выглядеть. Подавив мысль, он закинул в рот еще несколько штук жвачки и продолжил кутаться в теплое пальто, размышляя, почему время идёт настолько медленно. Он изредка косил взгляд налево и всматривался в лицо парня, но он все равно не мог ничего вспомнить. Совершено неожиданно тот обернулся в полоборота и посмотрел на Чимина и лишь легко усмехнулся, подойдя чуть ближе. -Не одолжишь жвачки, пожалуйста?, - произнес он совершенно спокойным тоном. Голос у него был очень приятный. Бас с нотками хрипа и в то же время необычайно мягкий. Чимин дрожащими руками опустил руку в карман, нащупывая упаковку и так же судорожно протягивая белые конфеты парню, передавая из ладони в ладонь. -Чрезвычайно тебе благодарен, - он всё так же мило улыбнулся, отходя на безопасное расстояние. Чимин лишь пожал плечами. Мало ли, вдруг человеку срочно нужно освежить дыхание. На какое то, время он подумал, что уснёт прямо там, на остановочной лавочке, но из дымки его вывел резкий запах дыма, горечь во рту и нехватка воздуха в лёгких. Согнувшись пополам, Чимин попытался откашляться, но он прекрасно знал, что происходит. Сдавливающее ощущение в области грудной клетки не давало нормально вдохнуть, а кашель только усиливался. -Блять, - парень подлетел буквально за доли секунды, роняя сигарету на асфальт и подхватывая кашляющего Чимин за локоть и усаживая на лавку, -Идиот, я совсем забыл. Руками он стал быстро снимать с Пака пальто, сразу же ослабляя галстук и расстёгивая ворот рубашки. Далее он развёл ему локти в стороны, чтобы задействовать дыхательные мышцы. Чувство удушья немного уменьшилось, но боль и першение в горле не прекращались. Голова резко заболела и закружилась, и на какой-то момент ему показалось, что он упадёт и потеряет сознание, но сильные руки на запястьях не давали ему это сделать. -Эй, Чимин-а!,- в глазах Пака читалось непонимание: откуда он знает его имя?,- пожалуйста, послушай. Успокойся. Я рядом. Дыши равномерно. Давай. Вдох-выдох. Сначала это казалось чем-то нереальным. Лёгкие сковывало, и, казалось, если вдохнуть - сразу же задохнёшься. Но теплые руки на кистях успокаивали и дышать становилось легче. -Молодец. Давай еще раз, - парень пододвинулся чуть ближе, сокращая расстояние и шепча на ухо больному, -всё будет хорошо. Главное не паникуй, слышишь? Я здесь, а скорая уже едет. Теперь скажи мне, у тебя есть с собой ингалятор? Пак кивнул. Его пугало такое трепетное и нежное отношение незнакомца к нему. Он проводил рукой по волосам, опускаясь на руки и обратно. Он всё это делал так спокойно, так аккуратно, что было совсем не страшно. Но Чимин точно помнил эти прикосновения пальцами к коже. Незнакомец расстегнул его портфель и начал искать ингалятор. И Чимина совсем не волновало то, что, возможно, абсолютно незнакомый человек роется у него в рюкзаке. Он доверял ему. Чёрт пойми почему, но доверял. Отыскав "Сальбутамол", он снял колпачок, несколько раз встряхнул ингалятор, и сделал 2 впрыскивания на вдохе больного. -Всё, через несколько минут препарат подействует и приедут врачи. Успокойся и продолжай равномерно дышать, ладно?, - он опять неприлично близко пододвинулся и взял ладонь Чимина в свою. -Чёрт, Чимин, прости меня, пожалуйста, я совсем забыл.. -В-вы меня знаете?, -дрожащим голосом произнёс Чим, с недоверием вытаскивая ладонь -Знаю. -Почему вы мне ппомогаете? Откуда узнали про болезнь и про то, что нужно делать во время приступа?, -голос всё еще дрожал, а в голове было кучу вопросов и так мало ответов на них. Он осознал, что точно знает этого человека, но стоит зацепиться хоть за какое-то воспоминание, так оно тут же упорхает, как потревоженная бабочка. Дышать всё еще было трудно, но приступ медленно, как отлив, отступал. Сейчас его волновало кое-что чуть большее, чем астма, - я вас точно знаю. Вы мне по истине кажитесь близким человеком. Но я не могу ничего вспомнить. -Тогда давай я тебе напомню, -почти шёпотом произнес тот, сокращая расстояние между ними до нескольких сантиметров и своими губами мягко касаясь губ Чимина. Как бы это не было странно, Чимин по одному лишь касанию губ сразу же вспомнил. Мин Юнги. Тот самый парень. Его первый любимый человек. Но желания оттолкнуть совсем не было. Он впервые почувствовал, что он там, где ему нужно быть. Именно с ним, и именно сейчас. Лёгкие практически не кололо, а кашель и першение в горле немного уменьшились. Рука плавно проскользнула по шее, касаясь вен и пошла выше, к мягкой щеке. Приподнимая парня за подбородок, Юнги, не увидев сопротивления, впился в пухлые губы, легонько прикусая нижнюю и пуская влажный язык внутрь. Движение по нёбу выбивают из Чимина тихий стон прямо в рот парню, и тот специально мучительно растягивает удовольствие, играясь кончиком языка. Их языки переплились, руки блуждали по лицу друг друга, опускаясь на шею, плечи, талию и опять поднимались на лицо. Мин отлип первым, тут же опуская губы на нежную шею, оставляя там алые засосы. Легонько прикусив чувствительною кожу, он тут же принялся зализывать укусы, заставляя покрыться тело Чимина тысячью мурашек. Новый укус, новый стон. Юн знал все слабые места Чимина. Знал, где нужно надавить, где прикусить, а где,наоборот, зацеловать, чтобы принести максимальный кайф любимому. Если бы его спросили - как так вышло и зачем он его взял и поцеловал своего бывшего, то он бы не ответил. Как так вышло? Да хуй его знает. Старые чувства нахлынули, да ещё и с большой силой. Он просто дал волю эмоциям. Их встреча была совершенно случайной. Юнги шёл домой, решив сократить дорогу, пройдя вдоль дороги, проходя ту самую остановку. Парень с пепельными волосами сразу привлек его внимание. Что-то в нём показалось жутко знакомым и родным. Это точно был тот самый Чимин. Ну, он решил удостовериться в этом, попрося жвачку, зная, что у Чимина она всегда с собой, и именно мятная. Потом в голове всплыли все приятные и не очень воспоминания, связанные с Паком. Он до сих пор не мог понять причину их разрыва. Была мысль поговорить с ним на эту тему, но он сразу же отмёл её. Мозг терзало множество разных мыслей. А когда Мин Юнги много думает - Мин Юнги курит. На автомате. Выработалась привычка. Вот он взял и закурил, забыв, кто рядом с ним стоит. Юн правда испугался, когда у того начался приступ. Ему уже приходилось переживать это вместе с ним, и не один раз. И обычно тогда всё заканчивалось примерно тем же, что и происходит сейчас. Им обоим плевать было на обстоятельства, факты, аргументы. Им было хорошо. Все это время Чимину так не хватало Юнги, а Юнги так не хватало Чимина. И сейчас они вместе. Пускай на остановке, пускай во время приступа, но вместе. Когда в лёгких кололо уже не от астмы, а от долгих поцелуев, а губы распухли, Чимин решил отстраниться первым, робко подводя глаза. Вдалеке замаячила мигалка "скорой". Юнги мягко приподнял лицо за подбородок. -Видишь, твоя астма не такая уж и ужасная, правда ведь?,- заговорщески подмигнул он, целуя парня в лоб, - я проведу тебя до дома потом? -Да. И останься со мной на всю жизнь,- проговорил Чим, даря солнечную улыбку и целуя Юнги в губы.