Ты же не обо мне беспокоишься

      Братья как всегда где-то гуляют, дома: не убрано, тишина, Россия. Ну не идеально ли, чтоб взять да разгрести накопившийся старый и новый мусор? Может и для людей, не просиживающих свою пятую точку в ожидании чуда — да, но явно не для него. Его, как и его народ, и так все устраивало.       Хотя долго сидеть на одном месте тоже не вариант. Надо же хоть чем-то занять себя в такой редкий момент.       Решив не тянуть время, Россия отправился в свою комнату, нарыл в пыльном, огромном, гниющем, как и он, шкафу колонки и подключил их к своему лучшему другу, всунув длинный провод в небольшую дырочку. Ноутбук, не привыкший к такому уникальному действу, не сразу порадовал его легко доступным проемом. Пришлось чуть помучить его, но в конечном итоге он таки сделал это.       Собравшись, было включить на всю катушку излюбленные песни его отца, его отвлек телефон.       — О, лесоед звонит.       Лень читалась уж очень отчетливо. Наверняка все, кто с ним разговаривал ненавидели его за подобный тон.       — Привет, «СВЕРХдержаве»!       — И тебе, Коммуналка.       Такое общение было для него с Китаем не редкостью, поэтому никто и не думал обижаться.       — Я чего звоню-то, прогуляемся?       — Давай как-нибудь позже? Пока никого нет, хочется провести время, погрузившись в себя.  — выдохнув, произнес русский закатив глаза, чего Китай, конечно же, не увидит.       — Ну уж нет, брат, знаю я как вы семейкой в себя погружаетесь… то революция, то развалы, то Донбасс.       — Китай, голодным останешься. — Вмиг стал серьезным Россия, — чего ты докопался-то?       — Да дело в том, что я не один как бы. Встретил тут второго тебя, вот и решил позвать «первого». — Усмехнулся он, что Россия даже без его присутствия понял.       — Так и быть, но только ради «себя» любимого. — Повеселел вдруг он, проговорив слова с «себя» с очень четким и ярким выделением, а после отложил план с прослушиванием «Калинки» на потом.       — Воу-воу, я ведь ему сказать это могу. — Засмеялся китаец.       — Ладно, пойду переоденусь. Кстати, где встречаемся?       — В ТЦ *******, ОК?       — Без вопросов!       — Ждем.       Россия первый положил трубку и принялся одеваться. Он не придавал этому какое-то особое значение, скорее натянул на свое крепкое тело то, что хоть немного прилично выглядело. Ему что к распрекрасным дамам идти предстоит? Парни как-никак, так что, проблем в своем внешнем виде он не видел.       Мигом выскочив из своего жилища, Россия медленным неторопливым шагом отправился в нужный торговый центр. На улице было теплое лето, которое на большой процент увеличивало его настроение. Солнце чуть припекает, ветерок же не дает ему выполнять эту дневную работу одному и тоже старается изо всех сил, пытаясь освежить собой нагретые участки тела. Облака видно сегодня отдыхали, взяв выходной, а может и отпуск. Под такую атмосферу невольно начинаешь думать. Русский же думал о парне, с которым ему предстоит встретиться. Что же Китай такого схожего с ним нашел? Может рост? Или же Флаг, распластавшийся на его лице? Или вовсе характер? Вопросов много — ответ ожидает в конце пути.       Дойдя наконец-таки до пункта назначения Россия зашел внутрь вместе с его и других стран городами и деревнями с селами, они, кстати, очень удивились увидеть его здесь из-за чего невольно шарахались, выпучив глаза.       Сев возле фонтанчика он принялся набирать сообщение Китаю с целью поинтересоваться, где же ему их искать. Но не успел он толком набрать до конца свой вопрос, как почувствовал сильный толчок в бок, который немножко откинул его в противоположную сторону.       — Боже, ты поаккуратней не можешь, придурок?! — Зарычал русский.       — Извини! Я не хотел. Это вышло случайно.       Он определенно был страной. Но какой? Россия многих не знал, но чувствовал, что это явно какая-то страна. Красно-белый с очаровательным кленом на лице, его будто ребенок нарисовал! Он красив, да и вежлив, по одной интонации понятно.       — Ничего.       Они замолчали. Упавший отодвинулся, отвернувшись. А Россия из-за чего-то непонятного и притягивающего продолжал мельком смотреть на него. Но он нашел в себе силы отвернуться и тут же уловить знакомую фигуру. Китай.       — О! А я думал не придешь! Вы уже познакомились?       — А? — Недоумевал Россия.       — Знакомься это Канада! Я с ним в кино познакомился, вот мы и решили побольше узнать друг о друге. И знаешь что? Он прям твоя копия, хотя характер явно лучше. — С таким энтузиазмом можно сказать лепетал Китай, забыв про второго присутствующего. — Ах, да! Канада, это Россия!       — Приятно познакомиться, Россия.       Он протянул свою руку, которая была больше, чем у России, да и сам он был явно выше. Красивая. Мягкая. Хотелось подольше ее подержать. Эх, что же это за мысли такие?       — Приятно, Канада.

***

      Оказалось, что этот, тоже северный, так же больше предпочитает холодную погоду, но и не побрезгует теплой, он так же предпочитает быть домоседом, нежели ходить по разным собраниям (может поэтому он его и не видел никогда?), он любил природу, так же, как и Россия. Мелочей было много, они и вправду как братья близнецы. Они продолжили общаться, списываться и встречаться все чаще и чаще. Им хорошо вместе. Столько общих тем для разговоров, да и они просто привыкли друг к другу.

***

      — У тебя красиво получается! — Россия протянул свои рисунки с разными животными и растениями другу.       — Да брось, они кривые.       — В этом и их прелесть. В мире нет ничего идеального. — тихо заключил Кленовый листок.       — Есть. — прошептал себе под нос русский, надеясь, что его не услышат.        — Да? И что же? — Выпытывал ответ этот хитрый парень.       — Будто тебе так важно, — заулыбался Россия, взглянув на него добрым и таким нежным взглядом. Хорошо, что этого второй не увидел.       — Это ведь то, что лежит у тебя на душе, я обязан это знать.       — Прости, но нет.       — Не доверяешь мне — Этот риторический вопрос прозвучал как-то разочаровано. «Нет, я не хотел тебя обидеть».       Решив ничего не отвечать на это, тем самым, не продолжая эту тему, русский плавно забрал из рук Канады листы с рисунками и положил их в тумбочку.       — Давай сыграем в карты?

***

      — Я могу наконец снять эту повязку с глаз?       — Ну уж нет! Ты на моей тренировке по доверию.       — Боже, я и так доверяю тебе!       — Мне этого мало. — Руку опустили.       — Эй, я ее сниму, если ты решил, что я пойду тебя искать так.       — Не смей, я ведь обижусь. — Со спины, прямо над ухом прозвучал шепот манящего его парня.       — Просто иди на мой голос. Я не дам тебя в обиду.       Игра началась. Отступать нельзя. Странно, но ему направилось быть в роли слепой жертвы, которая должна найти выход, правда, этот самый «выход» окажется пастью хищника.       — Иди сюда.       Неуверенный шаг.       — Ну, смелей!       Два шага.       — Ближе, еще ближе…       Так и быть. Несколько решительных шагов.       — А теперь — широкий шаг.       Подчинился.       «Я падаю? Нет-нет-нет! Вот же провокатор, я на тебя столько «Катюш» натравлю!» Но падения не было, вернее, было, но приземление оказалось таким мягким. Это руки. Его руки. Большие, теплые, желанные.       — Я же сказал, что в обиду не дам.

***

      — С Днем Рожденья! — Пять родных голосов прозвучало в унисон, наполняя его уже почти не ледяное сердце теплом.       Свечи должны быть задуты. Он и задует. Но не сразу, хочет полюбоваться этими родными лицами. Все в ожидании, особенно Беларусь, он так и жаждал этого момента, когда Россия задует свечи и где-то глубоко в своем сознании загадает свое тайное желание.       — Ну же не томи! — Улыбнулся Китай.       Задул. Загадал.       Начался основной праздник. Так сказать, домашняя вечеринка на которую были приглашены страны и города, вскоре пришедшие в этот пропитанный светом дом.       — Россия!       — А я думал ты уж и забыл про меня.       — Мечтай.       — Ты что-то хотел?       — Как насчет небольшого танца? Как друзья, ничего более.       — А почему нет?       По просьбе Канады диджей-Украина сменил песню на более спокойную, и требующую пригласить кого-либо на танец.       Это было прекрасно. Его руки легли ему на пояс. Прекрасное ощущение. Они говорили, немного, но говорили. Причем говорили на разные несвязанные между собой темы. Музыка заставляла говорить. Она так и гнала их в словесную бойню. Им приходилось, но они и не против, даже так — они и рады идти на поводу.       Он близко, его дыхание касается его щек. Хочется еще ближе. Нельзя. Они друзья, а это просто дружеский танец в целях пообщаться. Не более.       Конец. Нет, почти конец песни. Он приблизился. Разум мутнеет, но все же смог уловить короткое: «С Днем Рождения, Россия». Его дыхание на его губах, глядишь и его губы будут там же. Но…       — Ребят, похоже расходимся. Соседи ментов вызвали. — Казахстан, Казахстан, почему же так не вовремя?       Он мигом отошел. Будто ничего и не было. Черт…

***

      — Хей, но и куда ты меня тащишь? — со смехом спросил Канада.       — Ох-хох-хох, друг, будет весело!       Россия быстро открыл дверь какого-то огромного одноэтажного здания. После чего на них упал проглядывавшийся сквозь отдернутую от окна ткань свет. После чего — Россия закрыл перед Канадой дверь, сказав подождать его немного и удалился, но ненадолго.       — Заходи!       — И что же ты такое приготов… ил?       Ему открылся вид на многочисленное оружие: танки, боеголовки, военные автомобили. Как же это прекрасно.       — Давно хотел показать, но не решался.       — Они прекрасны. — Восхищение не давало сказать чего-то более, но и так России было приятно.       — Пытался сделать похожими на отцовские. — Грустно вздохнув полушепотом произнес русский.       — И что же ты собираешься с ними делать?       — Ах, да, точно! Пошли за мной! — Он мигом рванул вглубь ангара. Канада, разумеется, поплелся следом.       — Видишь ее?       — Еще бы!       — Ей я уничтожу сраного США. — Слова током ударили по сердцу и мозгу Канады.       Канадец развернулся к гордо глядящему на свое сокровище русскому.       — Что? — ошарашенный Канада не мог найти слова, теперь ему стало страшно. Очень страшно.       — Говорю: она для Америки.       — Р-россия, я не…       — Черт, рано, да? Рано сказал. Поздно! — Он начал быстро тараторить, Канада едва понимал, о чем он там высказывался, но смысл, как ни странно, понимал и без перевода с этого быстро-руского. — Я хочу уничтожить эту эгоистичную…       — Рос…       — …крысу, которая мне и так жизнь подосрала своими санкциями настолько, что готов прям сейчас ему…       — Россия…       — эти самые бумаги в глотку запихать, пока задыхаться гнида не начнет!       — Остановись! — Грубо вскрикнул Канада.       — Да что с тобой? Это тебя не коснется, не переживай, я позабочусь об этом.       — Пожалуйста, замолчи.       — Да что тебя так раздражает?!       — Он мой брат, Россия!

***

      — Вот, что. Россия, Вы, как всегда, нарушаете. — Преспокойным тоном говорил США.        — Да? И в чем же на этот раз?       — Вы создали ракету, нарушающую договор о ликвидации ракет средней и малой дальности, и если вы ее не уничтожите, то простите, но нам придется разорвать договор.       — Я разве нарушил? Я же ее не запускаю, значит и обвинять меня не за что.       — Если Вы так говорите, то судя по Вашему ходу мышления — это дело времени.       — Извините, но я не намерен идти у Вас на поводу, как это делают многие из стран ЕС, коллега, моя ракета не нарушает договора, да она создана, но не использована, так что, считайте, что я говорю — «нет».       — Что ж, мы проведем осмотр, а Вы не вправе отказывать.       — Хм, конечно.       — Мы прилетим через месяц.       Дальше собрание длилось не долго. Канада так боялся, он не хотел, не хотел предавать ни того и ни другого. Сказать США — предать Россию, не сказать США — предать его. Что же делать? За что ему эта участь? Но на самом деле он не так сильно волновался за брата, как за Россию, ведь если Россия таки создал ракету, то уж США создаст такую же, а то и лучше куда быстрее, с его-то экономикой и союзниками! Нет, Россия погибнет в этой войне. Чего же он хотел ей добиться? Неужели все еще считает себя сверхдержавой? Глупо, но такой у них род русский. Во всем лучшие. Почти нацисты. Хотя и презирают этот путь, но, по сути, не далеки от него.       — Р-россия! — Канада ели успел догнать его, уходящего к лифту, чтоб поскорее покинуть это здание.       — Чего тебе? — Пофигистично спросил русский.       — Я понимаю, что ты задумал, но, прошу, не делай этого, ты же не переживешь эту войну.— Канада говорил тихо, чтоб никто не услышал.       — Боже, ты же не обо мне беспокоишься! — Зло глянул на него Русский, — иди своему брату рассказывай, ах, ты скорее всего уже рассказал! Что ж, до скорого.       Лифт на месте. Они оба зашли, теперь они наедине, никто их не услышит.       — Пожалуйста, Россия! Я не хочу тебя терять! Ты ведь все прекрасно понимаешь… — он замолчал с заботой и грустью глядя в глаза России, — ты проиграешь, ты не в том положении.       — Может и выиграю. — Его взгляд под взором таких любимых глаз смягчился.       — Пожалуйста.       — А потом ты сунешься вместе со своим братом ко мне со своей артиллерией? — он уже шептал.       — Я обещал, что не предам. Думаешь это все было специально? Поверь, никто не желает твоей смерти, от кого же ты защищаешься?       Лифт приехал.       — Я пойду домой, — мягко и с тоской проговорил русский.       — А я с тобой.       Они шли по темной зимней улице. Солнце уже скрылось, а дороги освещались лишь белоснежными фонарями. Романтично. Канада хотел взять за руку Россию, но не рискнул. Он боится отпугнуть и так недоверчивого парня. И все же тут все завораживающие: снег, деревья, лавочки, парочки, идущие тесно друг к другу. Лишь они в полуметре друг от друга. Но что это? «Он подошел?»       — Я ни от кого не защищаюсь.       — Врешь.       — Просто, никому нельзя доверять.       — Но мне ведь ты доверяешь.       — А ты стал особенным.