Алья, помоги!

       Адриан только почувствовал, как крепко его кто-то схватил за руку и поволок вон из коллежа. И этот кто-то был явно очень зол, или же просто не хотел лишних свидетелей для разговора. Ведь его не для разговора «позвали», да?        Глядя на то, как его лучшего друга за руку уволакивает на бешеной скорости его одноклассница, Нино удивленно присвистнул, как вдруг почувствовал, что Сезар точно так же схватила его за руку.        — Ты идешь за ними?       — А ты как думал, моя черепашка? — прищурилась Алья, приблизившись к лицу своего парня. — Я подбила Агреста на то, чтобы он поцеловал мою девочку! Неужели тебе не интересно посмотреть на то, что будет дальше?        — А, может не надо? Пусть побудут наедине, поговорят, обсудят…        — Нино! — прикрикнула Сезар недовольно.        — Хорошо-хорошо, моя Лисичка, но только чур не лезем в их разговор!

***

       — Маринетт? — тихо спросил Агрест, ощущая некую неловкость от того, что Дюпен-Чен уже добрых десять минут стояла, уперев руки в бока, и буравила ясным яростным взглядом его физиономию.       Ученики, проходящие мимо, тихо и испуганно перешептывались меж собой, беспокоясь за парня. Со стороны это выглядело так, будто Дюпен-Чен вот-вот набросится на своего одноклассника. Адриан вновь нервно сглотнул — свою Леди такой злой он не видел никогда. Маринетт буквально кидала глазами молнии.        — Ты что — совсем тупой идиот?!        — М… миледи, давайте поговорим в более тихом месте? — неуверенно улыбнулся Адриан, беря руку Маринетт в свою. — Идем в парк. Тут слишком много лишних глаз. А там можешь из меня хоть котлету сделать!        — Ненавижу твои каламбуры! — все еще злилась багровая от гнева Маринетт, но руку Адриана все же приняла. — Как ты догадался?        — Это было очень просто, Принцесса. Честно говоря, я и раньше мог бы догадаться! Я просто идиот! Моя любимая девушка все время сидела рядом со мной, а я так ничего и не понял! Да еще я не понял то, что она любит меня! Просто сказочный балбес! — взъерошил волосы Агрест, не оставляя прекрасной укладке ни единого шанса.        — Можно подумать, что я лучше тебя! Я любила все время своего напарника, которого отвергала! Просто невообразимо!        — Рад слышать, что ты меня не ненавидишь, Принцесса!       Маринетт счастливо выдохнула, смотря на довольное лицо своего друга-напарника-и-она-на-это-очень-надеялась-парня. Она любила Адриана, независимо от того — каламбурит он или нет.        Как парочка оказалась в парке — оба не заметили. Всю дорогу они шли в тишине и не обмолвились ни словечком. Не знали с чего начать.        — Маринетт… Я… я… Ааа! Это слишком трудно говорить!       — Тогда, я скажу, хорошо? — Дюпен-Чен взяла его руку в свою.        И все те слова, все ее чувства и эмоции уместились в простые слова, ведя за собой воспоминания об их первых встречах, о поцелуях, объятиях и патрулях. Ей часто снились сны о том, как два блондина рядом с ней сливаются в одного человека, а она не верит. Не может верить. Маринетт — это Маринетт, ей никогда не везет.        — Почему же, Миледи? Ты же вестница удачи! А вот кому частенько не везет так это мне. Черные Коты — существа несчастливые.        — Рядом с тобой со мной никогда не случалось ничего плохого, а тот, кто придумал чертову примету про бедных черных кошек просто дурак! — возразила девушка. — Знаешь, еще до встречи с тобой, я думала о моем будущем и представляла, что у меня будет любимый муж, трое детей и черный кот!       — Черный Кот и будущий любящий муж уже есть! — улыбнулся Адриан, тут же прикусив себе язык. Сейчас он либо получит йо-йо по своей тупой башке, либо доведет Маринетт до полуобморочного состояния, тогда Сезар от него живого места не оставит!       Но Маринетт лишь по-доброму усмехнулась и потрепала Агреста по голове, как часто это делала в облике ЛедиБаг.        — Тогда мне нужен еще и хомячок!        — Предлагаю детей назвать Эмма, Люис и Хьюго! — хитро прищурился Агрест, обнимая Дюпен-Чен. — Знаешь, я не хочу тебя больше отпускать. Ты теперь от меня не сбежишь ни после патруля, ни после занятий.        — Если я все время буду рядом тобой, это будет выглядеть очень странно. Не находишь?        — Нисколько, Моя Леди… Я очень хочу обнять тебя. Сейчас.       Адриан… нет, Кот выглядел сейчас абсолютно счастливым. Маринетт любила видеть его таким — улыбающимся, с горящими зелеными глазами, с сияющей улыбкой на губах.        Девушка лишь кивнула, стискивая парня. В душе царило безграничное счастье, о котором хотелось кричать на весь мир. Агрест рвано выдохнул, притягивая девушку по ближе к себе.       И все было прекрасно, пока за их спинами не раздался звук от вспышки камеры.       Вездесущая Сезар с Ляифом в придачу стояла за ними с довольной лисьей мордахой и делала бесчисленное количество фотографий. Нино тоже улыбался, показывая другу пальцы вверх — он тоже был рад за то, что эти двое наконец-то разобрались.        — И да, Адриан, я собираюсь быть свидетельницей на вашей свадьбе и крестной ваших детей! А теперь — целуйтесь уже! А мы пока пойдем до Андре, он сейчас рядом с коллежем! Идем, Нино!       Парень и девушка лишь рассмеялись, все так же обнимаясь на скамье. Это было прекрасно. И Дюпен-Чен с уверенностью сто процентов могла сказать, что еще никогда в жизни не была настолько рада. Все сложное оказалось таким простым — как дважды-два.        — Что теперь, Котенок? —        — А что теперь? Теперь моя Леди обязательно пойдет на свидание со мной! Отказы не принимаются! — Адриан поднялся, протягивая девушке руку. — Маринетт?       Дюпен-Чен схватила ладонь Агреста, поднимаясь.        — Боюсь, что в этот раз я просто не смогу отказаться! — рассмеялась девушка, поднимая голову и касаясь губами подбородка парня. — Но я все еще злюсь на тот поцелуй!        — Обещаю исправиться! — довольно промурлыкал парень. — Предлагаю устроить первое свидание на той самой крыше, где ты отказала мне из-за меня же!        — Думаю, идея неплоха! Признаться, мне там очень понравилось!        — Тогда сегодня в восемь вечера Кот Нуар украдет одну Принцессу!        — Принцесса будет не против.        Довольная Алья Сезар все это время сидела с Нино неподалеку и ела мороженое, радуясь своей проделке. Все складывалось просто прекрасно. Теперь мамочка Алья могла быть совершенно спокойна. Ее детишки выросли.