Me, not her

      Подпирая ладонью щёку, ты наблюдала за движениями глаз Джиёна, чей взгляд пересекал помещение вслед за особой, направлявшейся к Сынхёну. Начиная этот роман, ты знала о сильных чувствах мужчины к жене друга, как и о том, что ваши отношения, если их можно было так назвать, никогда, собственно, как роман и не задумывались. Вы оба состояли в них для того, чтобы удовлетворять сексуальные потребности друг друга, однако каким-то образом ты всё же влюбилась в артиста. Он был мил и нежен, относился к тебе так, как ни один мужчина до него, но сердце Джиёна принадлежало другой. Всеми фибрами души тебя тянуло к нему так же сильно, как его влекло к чужой женщине.       Тем не менее, ты доверяла ему. Он был умён и, ко всему прочему, являлся хорошим другом. Поэтому ты, как и все, посвящённые в эту тайну, знала, что его глубокая тоска по жене Сынхёна навсегда останется просто тоской. Джиён был верным человеком и никогда не попытался бы занять чужое место не только из-за того, что это неправильно, но и потому, что Сынхён был его лучшим другом, и мужчина заботился о его семье больше, чем о своём ноющем сердце.       Познакомились вы на званом ужине, куда твоя близкая подруга CL привела тебя и остальных участниц 2NE1, не желая быть единственной девушкой. Всю ночь ты разговаривала и смеялась, пила и танцевала с Джиёном так много, что закончила в его кровати, прижимаясь к груди мужчины до самого утра и даже дольше. Никакого секса. Тебя шокировали слова Джиёна о том, что ему просто хотелось какой-нибудь дружеской компании, и всё, что произошло в тот вечер — просмотр фильма и распитие дорогого алкоголя из бара мужчины до тех пор, пока вы оба не повалились на диван, где ты оказалась на Джиёне сверху, а тот, в свою очередь, крепко стиснул тебя в объятьях.       С того момента вы продолжили видеться до тех пор, пока наконец-то не переспали друг с другом и не оставили всё как есть, никогда не обсуждая отношения любого рода. Это была дружба типа «Хэй, хорош придираться ко мне и давай уже трахаться». Когда ты обнаружила его чувства к жене Сынхёна, то до чёртиков огорчилась. Не потому, что Джиён был влюблён в другую женщину, но оттого, что попросил тебя стать его и даже подарил ожерелье, что украшало твою шею день и ночь. Жену Сынхёна же ты встретила в студии, когда та работала над песней вместе с Джи, но была более чем растеряна, увидев, как мужчина тратит время на отчаянное созерцание жены друга.       Ты вздохнула и повертела в пальцах ожерелье — мини-бутылку шампанского с рубиновым сердцем внутри. Когда Джиён подарил его тебе, ты рассмеялась, ведь оно было символом вашей встречи. Тогда ты думала, что это самая милая вещь на всём белом свете, однако сейчас ожерелье стало постоянным напоминанием того, что ты находилась в односторонних отношениях.       — Что случилось? — донёсся до ушей голос Дэсона, Ты обернулась и улыбнулась мужчине. Не считая Джиёна, Дэсон был единственным из мемберов, с кем ты общалась на короткой ноге.       — Да ничего, просто задумалась, — ты поднесла стакан виски ко рту и пригубила, чтобы попробовать.       — Что-то не похоже на то. С каких пор ты глычишь виски? — мужчина глянул на ожерелье на твоей шее, прекрасно понимая, что же было не так.       — С тех пор, как узнала, что человек, в которого я влюблена, имеет чувства к кому-то другому, — произнесла ты, даже не осознавая своих слов.       — Я знал это. Почему ты не поговоришь с ним? — Исключая тебя, Дэсон был единственным человеком, который знал о проблеме Джиёна.       — Потому что он всё отрицает и говорит, что я единственная, кого он любит, хотя мы оба знаем, что это не правда, — ты вновь взяла в руку ожерелье и повертела его.       — Ты в курсе, что у тебя тоже есть чувства, верно? — погладил тебя по спине Дэсон, пытаясь утешить.       — В курсе, просто… Я хочу подождать, потому что он очень сильно страдает. Я продолжаю надеяться, что, может, он забудет о ней и двинется дальше, но он всё на том же месте… Прошло уже целых полгода, как она вышла замуж за Сынхёна, — ты почувствовала, как слёзы собрались в уголках глаз.       Когда вы впервые поссорились из-за безответной любви Джиёна, ты была расстроена и не разговаривала с ним несколько дней, почти неделю. Мужчина же, однако, вбил тебе в голову, что он не был влюблён в другую, а случившееся являлось всего лишь слепым увлечением, которое непременно бы прошло.       Ты поверила ему. Ты верила ему всегда. Всякий раз, когда женщины не было рядом, Джиён делал вид, будто бы забывал о чувствах к ней. Однако в ту же минуту, как она входила в дверь, мужчина возвращался к своей щенячьей сущности и страстно желал, чтобы она его любила. Несчётное количество раз ты взрывалась от переполнявших тебя эмоций, кричала на него, и всё заканчивалось тем, что ты по нескольку дней оставалась в доме Дэсона, чтобы остыть.       — Ты должна понять, Т/И, что у тебя тоже есть сердце. Ты просто позволяешь ему разбивать его снова и снова. Ты нуждаешься в ком-то, кто обращался бы с тобой так, как ты обращаешься с ним, без игнора, — сказал Дэсон, и неважно, как сильно тебе хотелось сказать ему обратное, мужчина был прав. — Сделай для себя правильный выбор, — эти слова стали последним, что он сказал, прежде чем отойти от тебя.       Ты уставилась вниз, на барную стойку. Дэсон был прав, тебе следовало заботиться о себе, потому что всё, что у тебя было — ты сама.       Ночь продолжилась, а Джиён всё также фокусировал внимание на жене Сынхёна. К тому времени, как вечеринка подошла к концу и вы с мужчиной направились обратно домой, ты точно знала, что должна будешь сделать. Когда Джиён припарковал и заглушил машину, ты выбралась и отомкнула дверь подъезда, даже не дожидаясь его. Мужчина же, однако, казался слишком потерянным, чтобы что-то заметить. Ты закатила глаза, рискнула войти в вашу спальню, разделась и шагнула в душ, безразличная к тому, что вода лилась ледяная. После вздохнула и быстро обмылась, прежде чем выйти и вытереться. Поймав своё отражение в зеркале, ты уставилась себе прямо в глаза.       «Что в ней такого, что делает её столь особенной?»       Ты не понимала, как Джиён мог быть таким всецело и беспомощно влюблённым в кого-то, с кем у него никогда не было никаких любовных отношений. Ты тряхнула головой, завязала волосы в тугой пучок и нацепила домашние штаны и любимую футболку. Затем вышла из душа и обнаружила в спальне Джиёна, лежащего на спине с одной рукой, прикрывавшей глаза, и другой, раскинутой на кровати.       Проигнорировав его, ты подошла к шкафу и, взглянув на всю ту разложенную одежду и обувь, наконец осознала, как долго была в этих отношениях. Большинство вещей мужчина купил тебе, чтобы исправить свой проступок. Схватив несколько футболок и парочку штанов, ты свернула их и закинула в одну из аэропортных сумок, надела носки, следом обулась, после чего вздрогнула, заметив Джиёна.       — Ты что делаешь? — вскинулись его брови. Ты посмотрела в его глаза и отметила, что в них не было той же одержимости, что при взгляде на жену Сынхёна.       — Ухожу. Я заберу свои остальные вещи позже, — просто ответила ты, накидывая сумку на плечо и быстро проходя мимо мужчины. Ты снова вошла в ванную и принялась скидывать все свои предметы первой необходимости в сумку.       — Уходишь? Зачем? — его голос сорвался. — Что ты делаешь?       Рука мужчины накрыла твою, когда ты пыталась положить в сумку зубную щётку.       — Я собираюсь погостить у Дэсона, а затем вернуться домой, когда у меня появятся деньги на билет на самолёт, — твой голос ни разу не дрогнул.       Ты знала, что Дэсон был прав, ты никогда не ставила себя на первое место, всегда кого-то другого, особенно Джиёна.       — Надолго? — теперь, когда мужчина спрашивал это, он в неистовстве бегал глазами по твоей фигуре, словно пытаясь убедиться, что всё это реальность. Руки Джиёна вцепились в твои бёдра, чтобы не дать тебе покинуть уборную, и этим движением мужчина преградил тебе проход к двери.       — Понятия не имею, Джи, но точно знаю, что не вернусь в ближайшее время, — ты завела руки за шею, расстегнула застёжку, взяла мужчину за руку, всё ещё лежащую на твоём бедре, и вложила в неё ожерелье. Затем снова проскользнула мимо и проделала путь до порога.       — Почему? — позвал его тихий голос за твоей спиной.       Ты не знала как, но это слово спустило в тебе курок, приводя в ярость.       — Почему?! Да ты даже не знал, что я существую, пока тебе не понадобилось удовлетворить свой сексуальный голод! Единственный человек, которого ты видишь — это жена Сынхёна! Всё, что тебя волнует, это она! Если бы сейчас она была здесь, ты бы даже не заметил, что я ухожу! — ты развернулась на каблуках и схватила с тумбочки ключи от своей машины.       — Это не правда, — снова остановил тебя Джиён.       — Да как это нет?! Всё, что ты делал всю эту ночь — пялился на неё, как грустножопый пёс! Очнись! Она не любит тебя! — выражение, блеснувшее в его глазах, заставило твоё сердце сжаться, но ты больше не могла оставаться хорошей, он по-хорошему не понимал. — Пока я сидела у бара и напивалась, чтобы заглушить тот факт, что любви всей моей жизни глубоко насрать на меня, ты ловил каждое её движение, словно она какая-то богиня! — ты могла почувствовать, как слёзы потекли по твоему лицу. — Это не честно! Я готовлю, стираю, угождаю любой твоей прихоти! Когда ты приходишь с работы, я здесь, готовлю тебе ужин, набираю тебе ванную, чтобы ты расслабился! Когда ты до того переутомляешь себя в студии, что заболеваешь, кто заботится о тебе? Я, а не она! — Твои слова с силой били не только по мужчине, но и по тебе самой. — Я, а не она! — рыдания, сотрясшие твоё тело, заставили ремень сумки сползти с плеча. Джиён двинулся в твою сторону, чтобы обнять, но ты отскочила, уклоняясь от его прикосновений. — Не трогай меня, — теперь твой голос был тих. Ты больше не кричала, чувствуя боль в горле и зная, что голос, скорее всего, исчезнет через несколько часов. Ты подобрала сумку и развернулась на каблуках, в абсолютном безмолвии выходя за дверь, оставляя мужчину томиться от сказанных тобою слов.