ненужное барахло волхвов о'генри

Алекс рассматривал каждый бриллиант на звездном полотне. Где-то под блеском дорогих небесных камней, темными переулками бродила она, искала очередного глупца, с которым можно заключить сделку и утащить его дешевую душу себе в коллекцию. Этого дьявола, что заставлял его грешить, Алекс впускал каждый раз, как слышал стук, отчего вот уже как неделя у него мигрень, а забавные две пятерки и ноль так и норовили оказаться на полу. Он устало протянул ключи — вот, эта комната-коробка твоя, только перестань стучать. Алекс спрятал все свое богатство — медиатор (в прошлом кредитка) и винтажный гребень с барахолки у подъезда. Он бежал сломя голову, покупал кучу билетов, что обещали доставить его к краю света, и в итоге он оказался в паре блоков от их места встреч. Прятался, таился, выглядывал в окно, приоткрыв порванную гардину. В его воображении она либо облизывала губы, готовясь постучаться, либо лежала на своей стороне большой кровати, спрятав ладони между прижатых бедер, и ждала. Сердце выпустило свои все артиллерийские снаряды, а в ушах каблуком о мрамор стучались страх и вина. Алекс сдал одно из своих великих богатств в ломбард и купил билет обратно — шрамы от ее сетей затянулись, остался лишь белый след, а значит в этот раз будет не так больно, первое прикосновение отправит его в рай, обжигая сильнее самого ада. У нее такое нескладное и неподходящее имя. Д-у-а. Лесной миф покинул место обитания и теперь сидел, и плясал на щуплой спине городского жителя. Дуа вихрем распахнула тонкую дверь, и его кулак упал по ближнему пространству. Она приветствовала его прощанием. На ее ноге была все также золотая цепь-браслет с забавными сердечками, крестами и бриллиантами, на которые так засматривался Алекс. Своим непозволительно хриплым и, до холодка по коже, грубым голосом она надсмехалась и утверждала — наверняка тебе все еще нравятся мои руки вокруг твоей шеи. Алекс сглатывал слюну и настороженность — вероятно, да. По крайней мере в последний раз было неплохо. Его волосы спутанные после последнего похода в ломбард, но она лохматила их сильнее своей цепкой хваткой. Я пьянею, кружится голова, ты словно сладкий алкоголь — Дуа провела языком по его пульсирующей от страха жилке где-то там под кожей.