Проклясть на вечную жизнь

Глава 1. Внучка Бабы Яги       — Надька, ну где ты там, негодница?       Ой, чего это бабушка зовет?       Кинув взгляд на часы с кукушкой, мечтательница чуть не упала со стула, но чудом смогла удержаться и не перевернуть всё то, что было на столе.       Опоздала с подачей чая на добрых десять минут! Ох, и достанется же мне!       Эти мысли одолевали Надю, пока она пыталась и платье оправить, и поднос не уронить. Но вот, она спотыкается о собственную ногу, поднос опасно накреняется и почти падает, когда девушка вдруг взмахивает освободившейся от удержания подноса рукой, и время замирает. Надя выпрямляется, с чувством выдыхает, улыбается и начинает расставлять чайник и чашки обратно на поднос.       Что-то рассеянная я сегодня больно. Да и магия легко сотворилась. Ох, и не к добру это, не к добру!       Проверив, всё ли на месте, Надя ещё раз оправляет платье, проверяет поднос с чаем (чтобы убедиться, что всё точно взято и ничего не забыто) и наконец выходит из кухоньки, направляясь в гостиную.       В гостиной был накрыт большой дубовый стол, совсем не выглядевший на свои две тысячи лет: этот стол Надиной бабушке прислал Илья Муромец, когда однажды потерялся в этом глухом лесу, а бабушка вывела его. Вот и отблагодарил витязь прекрасным дубовым столом неломающимся.       — А вот и я! Простите, что так долго! — задорно улыбаясь, сказала Надя, под неодобрительным взглядом бабушки подходя к столу и расставляя кружки.       — Эк у тебя, Яга, внучка-то выросла, а! Ужо невеста такая! А как готовит, ммм! Ты вот что, Яга. Ежели к двадцати годам ей женишка не сыщешь, так ты нам её отдай! Мы уж позаботимся о ней! — в три голоса внезапно заговорил Змей Горыныч, решивший в честь Дня Рождения дорогой подруги принять человеческий облик. Да только в одно существо слиться не смог, вот и говорит на три голоса одним ртом. Немного жуткое зрелище, вот Надя и вздрогнула, как только он голос подал. Чуть чай не расплескала, но нет, сдержалась. Хорошо её бабушка натаскала, хорошо — ничего не может её из колеи выбить. Ну, почти ничего.       — Я тебе, змей треклятый, зенки вырву, ежели ты только заикнешься об этом, понял? Внучка моя ещё молодая совсем, да глупая. Даром, что выросла! А ума так и не прибавила. Всё хорошие травы с плохими путает, мечтает о чём-то, пока я ей о ворожбе рассказываю. Эх, непутевая, — вначале речи голос Бабы Яги звучал строго и грозно, но к концу она уже лишь грустно улыбалась и с любовью глядела на смутившуюся внучку, которая как раз закончила с чаем и, улыбнувшись, умчалась на кухню. Яга вздохнула спокойно, потому что рано еще её маленькому и непослушному солнышку слышать речи этого подхалима и бабника, как его все в лесу величают.       — Да ладно тебе, Яга, прибедняться-то! Живее нас будешь! Тебя-то мамки да тятьки всё время своим детям вспоминают. А нас со Змеем? Так, раз в три года, и то по праздникам. А ты у нас страшнее Вия стала, — проскрипел Кощей Бессмертный, пригубив напиток, что Яга чаем назвала. Кощей сегодня — тоже в честь дня рождения — преобразился немного, стал на человека похож, что его немало раздражало. Но это была единственная возможность для него увидеться с той, что завладела его мыслями и сердцем, которого не существует в природе.       Надя. Надежда. Девочка, которую он заприметил давно, пока она ещё ребёнком несмышлёным была. Забрать хотел себе, вырастить, да Яга вмешалась, карга старая! Так и отрицает всё, мол, не она это, и не знает ничего. Но ничего, сегодня после полуночи он придёт сюда снова и заберет то, что должно принадлежать ему. Заберёт и не отдаст никому. Она сможет вернуть его к жизни и подарит любовь, которую никогда не испытывал он, но о которой так много слышал.       — Ну ты и сказал, Бессмертный! Страшнее Вия. Как он там, кстати? Давно на шабашах не была, не знаю ничего, не слышала, — как же Яга была рада, что тема замужества внучки так быстро сошла на нет.       — Да как он будет? Плохо всё у него. Совсем умом тронулся. Меня не узнает уже, всё к туристам иногда выходит, да пугает их, а они его огнём жгут. Он от боли ещё больше с ума сходит. — Кощей взял пирожное, приготовленное заботливыми руками его будущей жены, и пригубил чаю. — Недолго ему осталось, недолго. Скоро окаменеет, как все. Надо будет хоть цветов нарвать ему, как произойдет всё.       Тишина за столом повисла гнетущая. Что поделать, если создания сказочные умирают один за другим? Хранителей лесов уже совсем не осталось, заснули мертвым сном лешие. Замерли водяные, превратились в рыб русалки. Остались только мелкие духи-пакостники, которые не от веры людей зависят, а от магической силы места, да троица наша. Есть ещё, есть другие, но они уже не помнят себя и своей сути, так что умрут скоро. Ужасные времена настали для волшебных созданий, для мира. В мире магии много, очень-очень много, но пользоваться ей некому. А потому она скоро переполнит мир, и он умрет, взорвавшись. Но случиться это только тогда, когда последнее волшебное создание, которое тянет магию из мира, умрет-уснет.       Расходились гости в молчании. Первым улетел Горыныч, хрипло рассмеявшись напоследок. Потом ушел Кощей, тихо прикрыв за собой дверь. Яга, оставшись одна, выдохнула и прикрыла глаза. День Рождения превратился в день скорби. Вот этого-то она и боялась.       Ещё раз вздохнула, поднялась со стула, размяла затекшие мышцы и принялась за уборку, попутно обдумывая то, что услышала в мыслях Кощея. Значит сегодня, старый пердун? Значит, сегодня придёшь, да? Узнал всё же. Ну что же, не думала я, что легко ты обманешься, но надеялась. Полночь, значит? Ничего, родимый, я хоть и слаба стала после потери сестёр своих, но порох ещё есть в пороховницах! Не видать тебе Нади, не видать!       С посудой было покончено в кратчайшие сроки. Теперь нужно было как-то сообщить внучке «приятную» новость о задании. И хотя Яга понимала, что это нужно, нужно отправить Надю подальше от Кощея, она всё равно боялась за девочку, которую вырастила. Но медлить нельзя, совсем нельзя! В битве с Кощеем она не выстоит. Если бы Надя вошла в силу, тогда можно было бы попытаться победить, но внучке ещё два-три года в силу входить, да учиться управлять ею. Так что только бегство сейчас можно осуществить. Только бегство. И плевать, что бегство это в другой мир, из которого нельзя вернуться. Наде ведь об этом сейчас говорить не обязательно, да?

***

      Надя сидела за столом в своей комнатке и вязала свитер по тем схемам, которые ей бабушка достала, когда в последний раз ходила в мир людей. На празднике, как сказала бабушка, ей делать совершенно нечего. Помогла накрыть на стол, и хватит. Нечего хвостом вертеть перед гостями.       Жизнь внучки Бабы Яги не была легкой. Приходилось много учиться, много запоминать и ничего не записывать: не было такого языка, на котором можно было записать все те премудрости, которыми с ней делилась бабушка. Надя не жаловалась. Более того, ей очень нравилось так жить! Она чувствовала себя причастной к чему-то невероятному, от этого была счастлива. Тем более, бабушка готовила из неё свою преемницу. То есть ту, что после кончины Бабы Яги станет присматривать за лесом да избушкой.       Отложила вязание, потянулась. Встала, прошлась по комнате. Сегодня весь день Надю что-то тревожило. Всё было как-то не так, не так, как надо. А это происшествие с чарами заморозки времени? У неё такое легко получалось только перед большой бедой или большим несчастьем, но верить в то, что сегодняшний день чем-то будет омрачен, не хотелось. Надя с ногами села на кровать, начав в уме перебирать названия лечебных трав (это её успокаивало и давало возможность привести сумбурные мысли в порядок).       — Что делаешь, солнце моё ясное? — в комнату юной ведьмы зашла высокая статная старая женщина в простом тёмном платье до пола и накинутой на плечи шалью. Надя, вздрогнув, открыла глаза. Сильно погрузилась в себя.       — Бабушка! Гости ушли? Что, посуду мыть надо? Так я мигом! — она уже вскочила с кровати, заметалась в поисках тапочек, которые внезапно решили поиграть в прятки, но была остановлена властным голосом бабушки.       — Успокойся! Сядь.       Не подчинится этому голосу было нельзя, так что Надя тут же шлепнулась обратно на кровать, смиренно сложив руки на коленях. Яга присела рядом с внучкой, в комнате стало тихо.       — Бабуль, гости-то ушли уже? Там же много посуды было. Пойду помою тогда её, да?       — Сядь и успокойся, мне поговорить с тобой нужно! — прикрикнула Яга на Надю. Надя любила бабушку, обожала её просто, но и боялась. Уж больно строга была бабушка, но не зла.       Опять наступила тишина. Надя, поняв, что её ругать за промашку с чаем не собираются, да и по хозяйству работать не отправляют, успокоилась. Потом насторожилась: бабушкино поведение странное было слишком. Она всегда, если хотела что-то сказать, говорила прямо и не молчала так долго. Опять вернулось чувство беспокойства. Тут бабушка нарушила молчание:       — Надя, у меня для тебя задание есть. Задание не очень сложное должно быть, ты это проклятье уже изучила, так что справиться должна.       — Задание? — интуиция на неприятности взвыла у Нади. Она всегда мечтала выйти на задание одна, как это делала бабушка, но Яга всегда говорила, что пока она не готова. Только вчера же такой разговор был! И вот, на тебе, сегодня всё изменилось. Но Надя не верила, что резкие изменения произошли без причины, и если бабушка решила отправить свою непутевую внучку на задание, то произошло или произойдет что-то очень плохое.       — Да. В общем, услышала я недавно во время дождя человека одного. Он о бессмертии своём всё рассуждал, разговаривал с кем-то о нём. В общем, помешался на обретении бессмертия. Уж не знаю, что его на это подвигло, но факт остается фактом — человек хочет стать бессмертным и пойдёт по головам, добиваясь своего. Но ты у меня девочка умная, хоть и глупая иногда бываешь, понимаешь, что сущностям, которые жизнями управляют, не очень-то по нраву такое. В общем, обратилась ко мне сущность того мира, где этот человек обретается, с просьбой разобраться и покарать. Так как проклятие вечной жизни ты уже выучила и отработала, я решила дать тебе шанс проявить себя. А то уже семнадцать стукнуло, а на задания такие ещё ни разу не ходила!       Надя сидела неестественно прямо. Всё, о чём говорила бабушка, пропускалось мимо ушей. Наде было страшно: что-то надвигалось на их спокойную обитель. Что-то сильное и смертоносное, что-то ужасное. Яга тоже это чувствовала, но она знала наверняка, кто это идёт к ним.       Не успела. Вот ведь, никогда пунктуальным не был! Еще полночь не наступила, а он уже здесь! Видимо, совсем притяжение к Наде на мозги давить начало, даже силу свою не контролирует. Плохо дело.       — Бабушка, что это? — тихим шёпотом, почти губ не размыкая, спросила Надя, широко открытыми глазами смотря на Ягу.       — Ты прости старую, если сможешь, милая. Прости! Но нет больше времени у меня, не могу я объяснить всё подробнее! — бабушка прижала к себе внучку, гладя ту по волосам. Сама Надя вцепилась в Бабу Ягу мёртвой хваткой, не желая ничего понимать и отпускать бабушку из своих объятий.       Резким движением Яга отцепила от себя Надю. Резво вскочив, подбежала к стене, прислонила к ней руки и заговорила с избой. Что именно она говорила, Надя не разобрала — её начало колотить от страха, — но как только бабушка договорила, давление силы резко ушло, и страх отступил, оставив после себя лёгкость, граничащую с эйфорией. Стало так хорошо, что захотелось тут же прилечь. Но Наде этого сделать не позволили, встряхнули и облили ледяной водой, чтобы в себя пришла. Взгляд стал осмысленный, вместо пустоты там появилась мысль, что несказанно обрадовало Ягу.       — Ты как, Наденька?       — Уже хорошо. Но что это было?       — Это был Кощей.       — Кощей?! — Надя ошарашено посмотрела на бабушку.       — Да, Кощей. Я тебе сейчас всё расскажу, только не перебивай. У нас мало времени до того, как он найдёт нас. — Яга села на стул у стола, твёрдо взглянув на девушку, сидящую перед ней. — Ты уже знаешь, что нашла я тебя в машине после аварии подле твоих родителей, уже мертвых.       — При чем тут это?..       — Не перебивай! Дослушай. Полностью я тебе никогда не рассказывала. — Надя резко выдохнула, и тут же замолчала. — Твоих родителей убил Кощей. Он хотел добраться до тебя, хотел забрать тебе к себе.       — До меня?.. Но он же только красавиц похищает! А я на красавицу, ну никак не тяну.       — Это я виновата, что ты не красавица теперь. Ты ребенком невероятно красива была. Он тебя и заприметил, решил не дожидаться взросления и забрать тебя. Вырастить достойную жену. В ту ночь, когда он спровоцировал аварию, в которой погибли твои родители, я услышала зов о помощи. Это ты звала хоть кого-нибудь, кто мог бы тебя защитить. И я пришла. Надя, ты была словно ангел из тех приданий, что я слышала в Византии. Такая же светлая, такая же прекрасная. Мне стала понятна одержимость Кощея тобой, но я её не принимала. Ты — свет. Ты — то, чего нет и не было у нас, но о чём такие, как он всегда мечтают. Ты даёшь свой свет всем вокруг, своею любовью преображаешь мир. Даже тогда, будучи ребенком, ты это делала. Мне было противно от того, что Кощей решил запятнать тебя, сделать своей женой. Он с какого-то перепугу решил, что ты его сможешь спасти. Хотя, это сейчас не важно, — резко оборвала себя Яга. После продолжила: — Надя, я прокляла твою красоту. Я спрятала тебя от Кощея, но больше не могу этого делать. Он узнал тебя. И теперь не остановится, пока не получит. Он не умеет любить, он никогда не сможет любить. Он убьёт тебя. Такова его природа. Но ты — свет, ты неприкосновенна для нас. Мы, ведьмы, таких, как ты всегда защищали. Будь сейчас все мои сестры здесь, то быстро бы скрутили его. Но чего нет — того нет.       — Значит, задание — мой способ уйти от его загребущих рук? — Надя слушала внимательно, бледнея, но всё же стойко перенося данные новости. Она всегда чувствовала нечто непонятное от Кощея, странные такие эманации. Теперь всё встало на свои места. Но вот объяснение про свет было непонятным, с этим предстояло разобраться.       — Не просто уйти. Сбежать, так далеко, как только сможешь! — бабушка обняла Надю, но тут же отстранила от себя. — Надя, тебе нужно собраться. Задание в другом мире, мир этот от нашего отличается. Я выторговала жизнь тебе у той сущности, так что уйти оттуда ты не сможешь, и тебя не выкинет сразу после завершения задания. Там ты будешь в безопасности. Там до тебя Кощей не доберется.       — А ты?       — А я останусь здесь, задержу его. — Попытавшаяся возразить Надя тут же закрыла рот, так как опять почувствовала тот ужас. Яга поджала губы. Не успела она всё, что хотела, сказать внучке. А гад этот, Кощей, сильный. Но ничего, внучку отправит, тогда и поговорят!       Встряхнула Надю за плечи, схватила за руку и повела в гостиную. Там на диване уже лежал небольшой рюкзачок, который Яга впихнула в руки Наде.       — Надя, слушай сейчас очень внимательно. Мир, в котором ты будешь — другой. Разбираться тебе придётся самой со всём, но ты справишься. В рюкзаке лежит одежда, продукты, книги, травы и разные отвары. Не смотри, что он маленький, он намного больше внутри, чем снаружи! Значит так, суть задания проста — находишь человека, который жаждет стать бессмертным, проклинаешь его, и дело с концом! Потом живи, как хочешь, семью заведи, детишек побольше. В общем, живи, дорогая. Но только задание сперва выполни! На выполнение тебе даётся два года. Найди нужного человека, прокляни и живи спокойно, забудь о том, что когда-то ты была в другом мире и знала кого-то вроде меня, поняла? — Надя только и делала, что кивала на каждую реплику. Она понимала, что ей говорят, но не осознавала. Слишком сложно. В один момент вся жизнь поменялась! Это выбивало из колеи.       — ЯГА, ОТДАЙ МНЕ ЕЁ! ХУЖЕ БУДЕТ, ЕСЛИ СИЛОЙ ЗАБЕРУ! ОТДАЙ!       Голос Кощея разнёсся над поляной, куда доставила их избушка. Яга поняла — медлить больше нельзя. Схватила листок с тумбочки у дивана, быстро-быстро что-то написала. Сложила вдвое, сунула письмо в руки окончательно дезориентированной Наде. После чего взяла со стола старые ножницы, что-то прошептала над ними и сделала движение, будто разрезает полотно. Прямо посреди комнаты появилась дыра. Портал.       — Надя, в письме я написала всё то, что не смогла сказать сейчас. Всё прочтёшь и узнаешь. Прощай, Свет мой. Я тебя люблю.       Короткое объятие, такой же короткий поцелуй в лоб, и Баба Яга толкает Надежду в портал, следом бросая ножницы.       Последнее, что видит Надя, пока не закрылся портал, — улыбающаяся старушка и мерзкий уродец за её спиной.