Детские хлопоты

Я лежала в постели, наслаждаясь утром, и ждала, когда Дмитрий принесёт мне обещанный кофе. Он и так обычно оберегал меня, но теперь его переживание за меня возросло вдвое, если и вовсе и не в три-четыре раза. Приятно, конечно, осознавать подобное, но... Чувствуешь себя не особо комфортно - даже не дал встать с кровати и сделать завтрак. Зная, что я не очень хороша в приготовлении пищи, мне оставалось только надеяться, что это ни в коем случае не было намёком, и что он ушёл на кухню для готовки исключительно ради заботы. Вот он показался в дверном проёме и улыбнулся, подходя и протягивая мне поднос с напитком и разными вкусностями. - Что же, можешь считать, что твой отпуск затянулся ещё на девять месяцев, - Дмитрий снова прилёг рядом со мной на кровати, не сводя с меня взгляда. - В смысле? - я отхлебнула глоток, обжигая себе горло вкуснейшим напитком. Подождав, пока в горле потухнет коротко временный пожар, пожала плечами. Когда всё пришло в норму, я проговорила сдавленным голосом, - Всё равно через неделю выходить на защиту Лиссы. - Роза.- Дмитрий вскочил, облокотился на локти, а я подняла глаза, узнавая этот холодный, серьёзный голос. Лицо же его было не просто мрачным - оно было каменным, настолько ему не понравился мой ответ. Выругавшись про себя, я закрыла глаза, надеясь, что муж сжалится и обойдётся без нотаций. - Надеюсь, ты только что пошутила. - Я не шутила, и ты это прекрасно знаешь, - я пожала плечами, пытаясь не обращать внимание на то, что он снова разговаривает со мной, как учитель отчитывает ученицу, - я не могу бросить Лиссу. - Почему же ты думаешь, что она останется брошенной? Вокруг неё, как и подобает Королеве, всегда на защите стоят несколько стражей, несколько месяцев без тебя ничего не изменят. Другим дампирам тоже можно доверять, Роза. Дмитрий сел ближе, из-за чего я почувствовала себя уязвимой: раньше я просто обожала, когда он нарушал правила моего личного пространства, когда заключал меня в объятия... Да, мне это нравилось, когда его действия имели только романтический характер, но сейчас, когда он снова готов был меня отсчитывать, меня это раздражало. В конце концов, неужели просто нельзя меня послушать?! И вообще, когда он находился настолько близко, я редко когда могла найти в себе силы ему перечить. И, что самое главное, он надавил на самое больное - я ощутила лёгкий укол ревности: нет никакой разницы, дома я или же спасаю её жизнь - Василиса Рея Драгомир настолько дорога всем мороям, что защищать её обязаны многие дампиры. И им действительно не только можно, а нужно доверять. Ответом на слова мужа послужил мой сдавленный вздох. - Роза, я понимаю, насколько серьёзно ты относишься к своей работе, но давай подумаем о ребёнке. Как тебе такой вариант? Хитро. Ой, как хитро. Зная, насколько я ответственный человек, когда дело заходит до окружающих меня и любимых мною людей, только... Небольшая жалость, которая не позволит мужу выиграть в этом споре: Лисса - мой морой, я обязана её защищать. Они на первом месте. А ребёнку не помешает и практика. - Ну, пусть малыш с малых моментов жизни узнает, каково это - быть стражем, - я улыбнулась, но не заметив никаких изменений в его лице, быстро посерьёзнела. Кажется, только что моя шутка провалилась с треском. - Что, неужели не смешно? Он замотал головой, прошептав по-русски: - Чёрт возьми... - Порой меня раздражает, что ты можешь посреди разговора сказать что-то на родном языке. Не будь эгоистом, я же его не понимаю! Сколько бы и ни пыталась уговорить супруга научить меня разговаривать на великом и могучем, или хотя бы даже просто браниться на русском языке, я в ответ слышала только твёрдый отказ. Даже моё замечание по поводу самовыражения не хотело менять его решения. Хотя, может быть, это и к лучшему. Так в моём русском Боге оставалось ещё что-то таинственное, то, что я никак не могла понять и отнять у него - любовь к своему языку. - Порой меня раздражает, что ты можешь не думать ни о чём, кроме защиты Василисы. Не будь эгоисткой, подумай о Владимире. - Эй! Не передразнивай меня! - в голову не пришло ничего лучше, чем просто вести как ребёнок. Обычно это помогало, хоть и не в наших спорах, но всё равно изредка спасало. Я толкнула его локтем в бок, насколько это было возможно в лежачем состоянии, - И с каких это пор мы договорились, что ребёнка будут звать именно так? Кажется, я вчера полностью не согласилась на это. - Согласишься, - Дмитрий встал, беря с собой поднос, - а на работу я тебя не пущу. У меня будут свои способы держать тебя в безопасности. - Я и так буду в безопасности! - сказала я и прикусила язык, понимая, что сказала неправду. Конечно же, что может быть безопаснее, чем оберегать Королеву, которую стригои просто жаждут убить каждый божий день. - Угу. И будешь бегать и убивать стригоев с большим животом? -он изогнул бровь,- Нет, Роза, лучше оставь работу мне. Дмитрий вышел из комнаты, а я встала с постели и подошла к зеркалу, задрав футболку. Живот ещё небольшой, пока ничего не видно. Вообще, если бы я поработала несколько недель, пока Лисса не узнала бы, всё было бы нормально. Господи, я так давно не разговаривала с ней! Уже начинаю скучать. Надо будет позвонить ей, что ли, раз уж мне придётся беречь себя ближайшие месяцы - я уверена, что Дмитрий наверняка сделает что-нибудь, чтобы меня на время отчислили с работы - ему это легче лёгкого. А со мной, естественно, никто и не посчитается по этому поводу. - Что, уже рассматриваешь? - Дмитрий подошёл сзади и обнял меня, кладя руки на живот. Он улыбался - видно поняв, что мне никуда не деться, и что он выиграл в этом споре, успокоился, - рано ещё. Знаешь, Роз... Ты не подумай, что я вредничаю, или ещё что. Просто пойми: мы, возможно, первые дампиры, у которых друг от друга будет ребёнок, и мне хочется, чтобы с тобой и с ним всё было хорошо. Договорились? Я рассматривала наше отражение в зеркале. Он, такой высокий, с красивым благородным лицом, а я казалась такой маленькой и беззащитной по сравнению с ним. Что ж, наверное, сейчас так и есть, и лучше было бы просто довериться ему и зря не ругаться- он ведь прав.