Паук на ниточке...

Друзья мои, спасибо, что читаете мои фанфы. Спасибо за все оставленные отзывы, за критику, но... Я думаю, что на время уйду из фикрайтерства. Может на неделю, может на месяц, а может и годы пройдут. Ведь вчера, 25 февраля, в 16:34 ушла из жизни хорошая подруга, преданная бета, да и просто хороший человек. Акеми, звёздочка моя, я посвящаю эту и следующие главы тебе. Никогда не забуду тебя. ***** Татсу, возвращаясь с тренировки, проходил мимо госпиталя Конохи. Вдруг он увидел впереди знакомую оранжевую фигуру. Наруто стремительно нёсся к больнице. -Привет, Наруто! – крикнул Докухэби. -Ты не поверишь! Мы с Эро-саннином отправляемся в путешествие, где он обучит меня новой супер - технике! - Узумаки был в таком восторге, что аж подпрыгивал на месте. -А что в больнице забыл? -Я решил навестить Густобровика перед отбытием, - улыбнулся фирменной улыбкой джинчурики. -Это дело, - Татсу скрестил руки перед собой. – Знаешь, а не навестить ли тебе заодно и Хинату? Бедняжка вновь перетрудилась на тренировках, так и не восстановившись. Может, ты её образумишь? -Я? – на лице блондина отобразилось искреннее непонимание. – А причём тут я? -О, - носитель риннегана положил руку на плечо друга и направил свои стопы к зданию. – Ты очень для неё важен. Если ты не заметил, то она во многом берёт пример с тебя. Даже себе во вред. -Пример? - казалось, был слышен скрип шестерёнок в голове блондина. -Хотя бы тренировки, - улыбнулся Татсу. – Или это не тебя ловили тогда по всей деревне? Наруто несколько смутился, что выглядело необычно. Он действительно начал замечать странное поведение наследницы клана Хьюга. Но связать его с собой у него даже мысли не промелькало. Озвучив это, Наруто схлопотал подзатыльник. -Уши у тебя где? – Докухэби. – Тебе об этом чуть ли не вся деревня твердит. Кацуми, и та говорила это не меньше тысячи раз! А ты так и не врубился. -Ну а я не понял, даттебаё! – потёр затылок Узумаки. – Действительно, надо тогда, наверно, к ней зайти и подбодрить её! -Беги вперёд, Казанова, - ухмыльнулся Татсу, похлопав друга по плечу. -Кто? – ошалел джинчурики. -Да иди уже, - устало простонал Докухэби. – А я пока к Ли зайду. Проследив взглядом за удаляющимся блондином, русоволосый направился к палате Зелёного Зверя Конохи. Тихо зайдя в дверь, он увидел ставящую в вазочку цветы Сакуру. Дав ей понять, что будить Рока он не собирается, Татсу пропустил Харуно к выходу. Первым, что увидел Ли, проснувшись, был белоснежный нарцисс, стоявший в высоком прозрачном стакане. -Красивый цветок, не правда ли? – услышал он слегка печальный голос. – Та, кто его оставил, должно быть испытывает к тебе особые чувства. Татсу сидел на подоконнике и смотрел на улицу. Лицо его было задумчивым. -Привет, Татсу, - улыбнулся Густобровик. – Как прошёл день? -Сенсей вновь чуть не прикончил меня, - усмехнулся Докухэби. – Но сейчас не об этом. Слышал, тебя домой завтра отпускают. -Да, - Ли несколько осунулся. – Только смысла всё равно нет. Я не могу вернуться к тренировкам шиноби. -Не раскисай! Ты что, не слышал последних новостей? – Докухэби спрыгнул со своего места и повернулся к другу. – Наруто и Джирая отправились в путь в поисках самой Цунаде. -Это не та куноичи, которую так стремится превзойти Тен-Тен? – задумался Рок. -Именно, - улыбнулся Татсу. – А она величайший в мире медик. Кто, как не она сможет помочь тебе? В глазах Ли ярким огнём загорелась надежда. -О да! Эта новость наполнена Силой Юности! Я никого не подведу! -Вот это я называю «настрой», - русоволосый подставил кулак другу, тот ударил об него своим. – Ладно, пока. Мне ещё отоспаться надо. Ты же знаешь, что со мной будет, если я вновь опоздаю. Зелёный Зверь Конохи понимающе кивнул. Он был единственным, кроме Тен-Тен, естественно, кто был в курсе тренировок Докухэби и Дзярацуку. Дело было в том, что сенсей каждый раз придумывал что-то новенькое. От простых силовых упражнений в непростых количествах, до погони через наполненный ловушками лес. В приподнятом настроении Татсу шёл домой. Ярко-красное солнце заходило за горизонт, наполняя небо самыми невероятными оттенками оранжевого, жёлтого, фиолетового, сиреневого и прочих цветов. Лёгкие облака будто расступались перед уходящим на отдых светилом. В Конохе заканчивался очередной день. Сакура тоже смотрела на этот закат, сидя на подоконнике. Она вспоминала, размышляла, признавалась себе. Долгое время Харуно отказывалась принять, что уже видела истинное лицо Саске. Лицо, скрывающее под маской всепожирающие гнев и жажду мести. Тогда, в Лесу Смерти, они, наконец, показали себя, вырвавшись на волю Проклятой Меткой, тёмно-фиолетовой яростью Шарингана. Девушка лгала себе, твердила, что это всё вина Орочимару, что Саске, на самом деле, не изменился. Последнее было правдой. Учиха всегда был таким. С той самой ночи, когда Итачи перебил весь свой клан, оставив в живых лишь младшего брата. Но после битвы с Гаарой ложь испарилась, рассыпалась осколками стекла, словно бы её и не было. Тогда, сидя в госпитале и плача по потерянной иллюзии, Сакура увидела его. Стриженный под горшок парень со смешными бровями плёлся в свою палату, опираясь на костыль. Взглянув на неё, он тепло улыбнулся, после чего продолжил свой путь, морщась при каждом шаге от боли. С тех пор Харуно стала приходить к Ли, пока тот спал после процедур. И каждый раз она оставляла после себя белый нарцисс, как знак неясных ей самой чувств. Возможно ли, что это любовь? Настоящая и чистая. Девушка не знала, но твёрдо взялась узнать. Завтра она пойдёт и вновь встретится с Ли. Лицом к лицу. Взглянет в его глаза и прочтёт там чувства парня. А он прочтёт её. Да, всё именно так. С этими мыслями она так и задремала под своим окном.