Вэй Ин всегда был находчивым...

Проходили дни, они даже не проходили, они медленно ползли. Вэй Ин уже и позабыл, что так бывает, когда нечего делать и никого рядом нету. Как на зло, счёт времени он потерял и не знал, прошёл день или два. Под конец первой недели Вэй Ин мечтал, чтобы обещанное «скорее» наступило с минуты на минуту. Ещё через несколько дней он решил, что его кинули… «Может придумать заклинание телепортации человека к тебе, вместо перемещения в определённое место себя?.. О чём это я? Я же кролик, а кролики не думают, не придумывают заклинаний и не скучают!» — занимался самотерзаниями Вэй Ин, жуя листик салата. Как же иногда хотелось мяса… Приполз, наконец, день, когда Лань Чжань вернулся. Он сразу направился в цзинши. Открыв дверь, Ван Цзи не заметил Вэй Ина на видном месте, потому, закрыв дверь за собой, негромко позвал: — Вэй Ин. Послышался шуршащий звук и из-за подушки вылез чёрный меховый комочек. Видимо, кролик спал. Завидев стоящего возле двери Лань Чжаня, Вэй Ин сорвался с кровати и побежал к ногам, пытаясь прыгнуть на руки. Ван Цзи наклонился и поднял кролика. Потёр между ушек, провёл по спинке, почесал животик, потом за ушками. — Вэй Ин, я вернулся, но мне нужно отнести доклад. Я скоро вернусь. После слова «скоро» накатили воспоминания об ожиданиях. «Я знаю твоё скоро!» — воскликнул про себя У Сянь. На действиях это отображалось четырьмя конечностями, обвитыми вокруг руки, и, в довершение, укусом белого ханьфу. Окончательно и бесповоротно вцепился без надежды на освобождение… — Не отпустишь? — спросил Лань Чжань. В ответ прозвучал писк кролика. Злого?.. кролика. — Тогда… пойдёшь со мной? Писк, но более тихий. Так пришлось нести свитки в одной руке, а кролика — в другой. Адепты оглядывались, а старший брат прямо спросил: — Зачем тебе кролик? — Не отпускает, — было сказано холодным тоном, но Си Чэнь разглядел нотки радости в голосе и блеск в глазах. — Я ещё нужен? — Ван Цзи, нужен ты мне всегда, но на данный момент можешь быть свободен. — Мгм, — и Лань Чжань спокойно удалился. Ван Цзи быстро настолько, насколько позволяли правила Ордена, пошёл к цзинши, вошёл и запер дверь. — Видишь, быстро, — заключил заклинатель. — Всё, можешь отпускать. «Может и могу, но не хочу!» — завредничал У Сянь и в доказательство начал жевать рукав ханьфу. — Вэй Ин… — выдохнул Лань Чжань, — ты всё ещё не можешь вернуться? Может попробуешь? «Не буду. Я кролик. Кролик! — занимался самоубеждением У Сянь, — покажу, будто пытаюсь…» — он поднял мордочку и пару раз сверкнул глазами, меняя их цвет. — Ясно. После этого кролика ожидал получасовой сеанс всяческих выглаживаний шёрстки, почёсываний за ушками, под подбородком, животик. Видимо, Лань Чжань соскучился не меньше, чем сам Вэй Ин.

***

Теперь время летело быстро, в мгновение колокол пробил девять часов и весь орден начал погружаться в сон. Ван Цзи не был исключением, а потому, переодевшись в ночные одежды, лёг в кровать и, по привычке, уложил У Сяня к себе на грудь, прижимая одной рукой. Оба уснули очень быстро. Ночь была спокойной, тихой. Но Лань Чжаню стало немного трудно дышать, да и появилась какая-то непонятная тяжесть. От этого он и проснулся. На нём лежал голый человек! Чёрные волосы, собранные в небрежный хвост, были перевязаны красной лентой. Кролика же нигде не было, что и натолкнуло на мысль о снятии, наконец, этого нелепого заклинания. — Вэй Ин? — позвал Лань Чжань. Реакции не было, видимо, он очень крепко спал. — Вэй Ин, — позвали ещё раз. Ответом было невнятное мычание, но пробуждения за ним не последовало. Дальше Ван Цзи решил не пытаться. Он просто укрыл голого парня, приобнял одной рукой, а второй распустил волосы и начал их поглаживать и распутывать. Их, кажется, долгое время не расчёсывали… По самое утро Лань Чжань так и не сомкнул глаз, рассматривая родного человека. Были видны только лоб, нос и ресницы, но и этого хватало для счастья. Ведь это действительно Вэй Ин. Его Вэй Ин! Колокол уже давно прозвенел время подъёма, бодрые адепты собирались на завтрак. И один только Второй Нефрит нарушал правила Ордена, лёжа в постели на три часа больше! Наконец чудо произошло и чудо начало просыпаться. Сначала У Сянь зашевелился, затем открыл мутные глаза и посмотрел на Лань Чжаня. — Ты наконец вернулся! — обрадовалось сонное чудо. Потом зависло на пару секунд. Вэй Ин подпрыгнул, посмотрел на собственные руки, затем опустил взгляд ниже… К слову, раньше У Сянь никогда не краснел, то есть, стыда не ведал вообще, но эта щепетильная ситуация заставила его щёки гореть огнём, лицо залилось краской, и даже шея покраснела. Голым восседать на самом Лань Ван Цзы, Втором Нефрите Ордена Гу Су Лань! Тут кому угодно станет стыдно… Вэй Ин уже начал про себя читать заклинание превращения, как его ухватили за руку, второй обняли за талию и прижали к груди. Лань Чжань начал поглаживать волосы на голове и сказал: — Ты, наконец, вернулся. Я так тебя ждал. Такой нежный голос, ласковые руки и… бешеное сердцебиение. — Я тебя больше не отпущу. И тут У Сянь заплакал, обнял за шею и заплакал. — Почему?.. Почему я тебе так нужен? Я же зло во плоти, Магистр дьявольского культа! Почему не выгнал, не прибил, не отдал никому на зажарку, крольчатина ведь вкусная! — Мгм, — это откровенно рассмешило Лань Чжаня. Жарить кроликов? Во-первых, в Облачных Глубинах запрещено убивать. Во-вторых, в Облачных Глубинах не едят мясо. Да и зачем ему жарить своего возлюбленного?! — Что это значит? — в непонятках Вэй Ин поднял глаза. Теперь ему представился шанс отвалившейся челюсти. Лань Чжань улыбался! Смотрел на него и… улыбался! — ты такой красивый, — невольно вырвалось. Взгляд Лань Чжаня вдруг стал каким-то суровым и он серьёзно сказал: — Я тебе нравлюсь? — Очень, — попытался ответить улыбкой У Сянь. И тут произошло кое-что неожиданное. Лань Чжань вдруг переместился в положение сидя, подтянул к себе Вэй Ина и… нежно поцеловал. Просто легонько прижался своими губами к губам У Сяня. «Какие мягкие» — пронеслось в голове. Потом отстранился, посмотрел в стеклянные глаза и произнёс: — Ты мне тоже. Люблю тебя, — нежно завёл прядку волос за ухо и потянулся за новой порцией. Вэй Ин, не зная радоваться ему или удивляться, потянулся на встречу, прижимаясь вплотную к пылающему телу. Обвил шею руками и впился в мягкие губы. Поцелуй уже не был таким невинным, как первый. Лань Чжань сминал губы, покусывал, потом пустил в ход язык. У Сянь послушно разжал губы, приоткрыл рот и впустил внутрь. Затем медленно начал отвечать своим язычком. Они целовались, не зная счёта времени, и, когда уже катастрофически перестало хватать воздуха, нехотя отстранились друг от друга. Тонкая блестящая ниточка слюны повисла в воздухе и оборвалась. Губы у обоих разпухли и покраснели, от чего стали ещё более привлекательными и манящими. — А я и не знал. Но когда же ты… в меня… — запнулся Вэй Ин. — С первой встречи, полагаю, — ответил Ван Цзи. — Как?! — глаза У Сяня округлились. — Но я думал, что ты меня всё это время терпеть не мог… — Я и сам тогда не понимал, что чувствую. Долго разбирался в себе, а потом ты уехал и я начал тосковать, затем наконец понял, что влюбился, но тебя рядом уже не было… — Гэгэ, как нам теперь быть? — Как? — задумался Лань Чжань. — Я что-нибудь придумаю. А ты пока… оденься, я не выдержу больше. — Точно, — вдруг вспомнилось, что он тут нагишом, — во что же мне только одеться? У Сянь судорожно замотал головой в поисках одежды, но тут вдруг раздался стук в дверь…

«Я человек, был им и буду,

Суть свою я не забуду.

И ты всё сделай так, как надо,

Пусть тело — это не преграда.

Буду лисом, кроликом, котом,

Лишь бы не адским псом!»

Быстро, как мог, прочёл У Сянь и вернулся в свою кроличью форму. — Опять?! — недовольно пробурчал Ван Цзи, вставая с постели. Как оказалось, пришёл А-Юань. Хвала богам, он теперь стучался, прежде чем войти. Какой ужас был бы, войди он без стука и застань… это.