Сонница

      Солнце уронило последние лучи на ближайшие многоэтажки. В воздухе висел запах весеннего костра, и щёки чуть-чуть щипал лёгкий вечерний мороз. Мимо проезжали машины, пока я стояла, уставившись в даль, на заводы ГБЖ и трубы, испускающие ленивые нити дыма. Небо было высоким, нежно-голубым, с востока темнеющим. Хотелось любоваться этим небом как можно дольше.       Я не в первый раз оказалась в этом месте. Этот уютный городок уже снился мне прежде, но всегда очертания его оставались размыты. Я знала, что здесь есть рынок, множество кривых пятиэтажных домов, дороги, многочисленные машины, магазины и люди. Обычный городок для нашего мира, ничем не отличающийся от других. Здесь всегда светило солнце, а на вечер или ночь я никогда не оставалась. Часто я попадала сюда именно на закате, и блики уходящего светила неуклюже резали мне глаза. Каждый раз я пыталась здесь кого-то найти. На улицах, утопающих в солнечном свете, всегда скрывался кто-то, крайне мне нужный. Среди автобусов, поворотов, тупиков и улыбающихся лиц я тщетно искала и металась в поисках друзей и родственников. Этот сон был одним из таких же снов. Только в этот раз безмятежность городка разрушилась страшным взрывом на горизонте: какая-то из станций ГБЖ сокрушительно испустила свой дух в расцвете сил. Люди, никогда прежде на разговаривающие со мной здесь, останавливались рядом и показывали пальцами в даль, бормотали что-то неясное. Небо вдруг стало серым, и я поняла, о чём были их речи. Это был испуганный говор колышущейся толпы. Они говорили о неизбежной смерти.       Я всегда знала о неизбежности конца, и он даже перестал пугать меня. Но теперь – во сне – я была совершенно к нему не готова. Я не могла поверить, что этот городок, эти люди и я закончим жизнь именно так, будучи расшвыренным в различные уголки опустевшего мира. Быть может, эхо взрыва донесётся до самой Беспредельной Зелени, и тот, кто сейчас с тоской в глазах смотрит в окна замка, вздрогнет и будет до полной темноты вглядываться в горизонт; Пустынная Обитель проснётся и станет до последних всполохов заката молиться о покое. Я смотрела на разрастающийся смертоносный гриб, захватывающий с каждой секундой большую и большую часть неба; наблюдала за надвигающейся взрывной волной. Внутри что-то отдалённо замирало, дёргало, но я знала, что бежать бесполезно. Мне хотелось докричаться, связаться, но я стояла, обречённо глядя на крушащийся мир. Люди были рядом со мной. Это было странное, до конца не понятое мною зрелище – человечество смотрело на свою гибель и не сопротивлялось. В этом податливом безумии было что-то необыкновенное. Мне хотелось развернуться и заглянуть в глаза этих людей, разглядеть слёзы, боль или хоть какие-то попытки внутренней борьбы, но я знала, что ничего не увижу в этих бездонных, пустых глубинах. Взрывная волна вылизала землю дочиста, но границы сна вновь оказались размыты.       Откинутая ударной силой, я растворилась в воздухе и проснулась.