Дело Раккун-сити

— Ну и что теперь со всем этим делать? — пепельноволосый парень лет девятнадцати хмыкнул, в очередной раз уставившись на руины. — А сам-то что думаешь, впрочем, могу одолжить на восстановление, как раз недавно одно дело взяла, — брюнетка с разными глазами забежала вперед и всмотрелась в лицо парня. — Не, не стоит, я еще не настолько обнищал, сам разберусь, — тот лишь усмехнулся и попытался поддеть ее за подбородок, но собеседница увернулась, а повторять маневр не было желания. — Тогда вот что, лови! — пухлый конверт описал небольшую дугу и угодил в руки пепельноволосого парня. — Обещали неплохие деньги, но ехать далековато, у меня и здесь работы хватает, а тебе ведь сейчас даже жить негде. Не дожидаясь ответа, девушка села на мотоцикл и скрылась из виду. Парень лишь вздохнул, с лица мигом смело улыбку. Прошло уже три месяца с того дня, как он уничтожил Темен-ни-гру… и потерял частичку себя. Все это время несостоявшийся владелец детективного агентства перебивался случайными заработками, иногда ночевал у своей новой знакомой и постоянно пытался забыть произошедшее. Получалось плохо. Еще раз вздохнув, он разорвал конверт и вчитался в бумаги. Дело было нетипичным для него, но все же через пару часов парень в красном плаще уже направлялся в город с весьма странным названием Раккун-сити. В конце концов, главное, что гонорара вполне хватит на восстановление крыши над головой. *** Леон Кеннеди полностью вымотался. Все произошедшее за последние сутки казалось ночным кошмаром. То, что стало с людьми на заправке, в полицейском участке, во всем городе, просто не укладывалось в голове двадцатиоднолетнего полицейского. Сейчас, заново анализируя все происходящее, он не верил, что смог это пережить, а еще было несколько несостыковок, которые никак не желали укладываться в голове, но о них он старался не думать. Сейчас, после того как они с Шерри и Клэр добрались до ближайшего мотеля, что находился в двадцати милях от того места, где компания выбралась из поезда, сил просто ни на что не осталось. Последние миль двенадцать они поочередно несли Шерри на руках, пока та не заснула,ухватившись за Кеннеди, тревожить девочку не решились до самого прихода в мотель. Его спутницы уже давно спали в номере, но полицейскому заснуть не удавалось, хоть ноги почти не держали, а в глаза словно песка насыпали, он сполз вниз в небольшой бар, находившийся рядом с мотелем. Виски неприятно обжигал горло, но расслабиться не помогал. Сам не замечая этого, блондин начал прокручивать в голове все произошедшее. Особенно его напрягали два момента. Он не мог вспомнить, как отбился от Биркина в канализации и оказался снова в комнате управления, а также не понимал, почему вообще выжил. Когда заряды в ракетнице закончились, Леон был полностью уверен, что ему пришел конец. Удар от обрушения очередного куска потолка буквально сбил его с ног, Леон точно знал, что промазал, но, когда Кеннеди открыл глаза, мутант был разворочен. Тогда на раздумья не было времени, но сейчас его все больше настораживал этот момент. Да, стоило бы поблагодарить судьбу, но он мог поклясться, что успел заметить странную смазанную тень, мелькнувшую перед периферическим зрением, когда поезд уже набирал скорость… Но что, или кто это был? Мысли начали путаться, и Кеннеди с усилием потер глаза, ощущая, как накатывает новая волна головокружения от усталости и потери крови, однако отправиться спать был еще не готов. *** Тони Редгрэйв окунулся в ад на земле, едва только въехав в город. Однако, этот ад был ему непривычен. Вместо демонов кругом были люди, обычные люди, точнее то, что от них осталось. Теперь это были лишь тела, лишенные разума и жизни, движимые бессознательным инстинктом убийства и, как явствовало из документов, неким вирусом, название которого парень даже не запомнил, он знал только место, откуда надлежало забрать вакцину и образец этого самого вируса. Заказчик не оставил ничего для связи, был лишь адрес вокзала с камерой хранения, где надлежало оставить добытое и забрать вознаграждение через сутки. Срок невелик, но выбирать не приходилось. Дело было явно «с душком». В обычной жизни Тони нипочем не взялся бы за подобное, но сейчас ему, в общем-то, было все равно. После случившегося он наконец решил прислушаться к давнему совету и стать кем-то другим, начать все заново. Было бы на что. Сейчас, расшвыряв вокруг себя толпу стонущих зомби и, кажется, насквозь пропитавшись этой омерзительной вонью гниющей плоти и чего-то еще, совершенно инородного, парень заскочил в ближайшее здание, оказавшееся оружейным магазином. Достал документы. Судя по ним, его путь лежал через местный полицейский участок в канализацию, а оттуда в лабораторию с образцами. Погрузившись в чтение, он не сразу услышал стон за дверью, ведущей в подсобное помещение. Решив не обращать на него внимание, Тони прошелся по комнате, собирая остатки боеприпасов и уже направился к выходу, когда нечто с грохотом выбило дверь в подсобное помещение. На него надвигался очередной зомби, мужчина с поблекшими глазами и свежей раной на шее, какой-то странной… Он не дал рассмотреть подробнее, слишком быстро для обращенного кинулся вперед и через мгновение голова слетела с плеч, детектив решил не наводить лишнего шума, воспользовавшись массивным мечом огромных размеров, который с обманчивой легкостью описал дугу и вернулся за спину парня в красном плаще. Но не успел тот отвернуться, как из комнаты показалась маленькая девочка, приглядевшись, Редгрэйв вздрогнул. Так вот почему укус был таким странным. Это были следы зубов ребенка. Малышка была очень похожа на своего отца. Неуклюже споткнувшись о лежащее поперек прохода тело, она рухнула ему на живот и механически, вряд ли осознанно, прижалась к нему. На миг перед глазами все поплыло, в голове крутилась страшная картина… Тело женщины, распростертое на полу в неестественной позе сломанной куклы, устрашающее некогда блистательной красотой, и мальчик, так же прижавшийся к ней. Поспешно сморгнув, Тони снова взмахнул мечом и поспешил покинут магазин. Его мутило от внезапно проснувшихся старых воспоминаний, а потом на ум пришли совсем недавние события с башней и его братом. Тряхнув головой, пепельноволосый парень углубился в новое полчище зомби, как же некстати все снова вернулось на круги своя. Через четверть часа, выбив тяжелые ворота и дверь, детектив вошел в полицейский участок. Плана у него не было, пришлось обшарить пустой участок, по которому явно до него прошлось нечто крупное и очень опасное. Все зомби были убиты, стены в нескольких местах проломлены, а красноречиво раздавленный череп одного из трупов в изоляторе вызвал новый приступ отвращения ко всему происходящему. И какой твари только могло прийти в голову сотворить такое с целым городом? Ради чего? Что-то подсказывало, что таинственный заказчик знает очень много, и Тони обязательно попытается встретиться с ним лично, чуть позже, а пока... Впрочем, детектив сталкивался с вещами и похуже, заострять на этом внимание не стоило, как и тратить драгоценное время. Канализация предсказуемо оказалась крайне вонючей, мерзкой и полной новых зомби-мутантов. Мутировавший крокодил даже встряхнул частного детектива, все-таки иметь дело с крупными и быстрыми противниками гораздо интереснее, хоть и накладней… Одернув разодранный в трех местах красный плащ, парень усмехнулся и углубился в очередной тоннель. Отравляющие твари тоже отказались чем-то новеньким. Хоть на них и хватило пары ударов мечом, в горле першило еще довольно долго. В канализации, как выяснилось, и крокодилы обитали. Кто знает, какая шуточная байка могла оправдаться в виде этих существ. «Вот уж точно несвежее дыхание. Интересно, а кем они были до обращения…» Наконец Тони добрался до фуникулера, который, судя по информации о деле, должен был доставить его аккурат в лабораторию. Вот только доступ был закрыт, и где только нужно было брать этот браслет сотрудника, кто бы знал… «Жаль, нельзя неустойку за дополнительные трудности попросить», — мысленно вздохнул детектив, в очередной раз долбанув по дверце злополучной кабинки, упрямо горящей красным индикатором. Рев, прокатившийся эхом по всем помещениям, не стал неожиданностью, но вот то, что он определенно принадлежал более серьезному противнику, было неоспоримо. Последовавшие за ним выстрелы и сдавленный, но не менее громкий, крик насторожили гораздо больше. «Неужели в этом аду еще есть кто-то живой?» Впрочем, судя по звукам, совсем ненадолго. Не то, чтобы у Тони было много лишнего времени, но дело все равно встало. Рванув через переходы и комнаты, он оказался на небольшой площадке, где, кроме него было нечто, отдаленно похожее на человека, склонившееся над чем-то, а точнее, кем-то. Послышался тихий стон, почти сразу перекрытый новым ревом. Больше детектив думать не стал. Град пуль обрушился на существо, впрочем, боль ему причинили лишь те, что попали по бесчисленным глазам на теле монстра. «У создателя вируса явно было богатое воображение и извращенная фантазия». Хмыкнув, Тони обрушил на монстра новую порцию свинца, а после вытащил меч. Два точных удара почти отрубили руку существа, еще немного, и удалось бы отсечь и голову, но, снова неистово взревев, монстр рванулся вперед и влево и через мгновение полетел вниз в пустоту. Ухмыльнувшись и убрав меч, Редгрэйв подошел к раненному. На полу в неестественной позе лежал молодой парень в полицейской форме, немного старше самого Тони, повязка на руке забурела от крови, через плечо другой руки, заходя на ключицу, проходила новая рана с неровными краями, от виска тоже стекала тонкая красная струйка. Парень пошевелился и застонал. Не то, чтобы Тони дружил с основами первой помощи, но что-то знал. Поразмыслив, он решил отнести раненного в комнату управления, которая была отсюда ближе всего. Осторожно опустив тихо постанывающего полицейского на пол, детектив со вздохом оборвал второй рукав с формы , подумав, стащил плащ и снял свою рубашку, которую зачем-то решил надеть под плащ, не иначе как предчувствовал, что пригодится. Стянув раны, он попытался привести офицера в чувства, но тот лишь слабо стонал. — Извини, приятель, у меня нет на тебя больше времени, — оглянувшись на молодого полицейского при этих словах, он с удивлением заметил, что тот, кажется, начинает приходить в себя. — Что ж, тем лучше. Теперь Тони предстояло найти злополучный браслет доступа, вот только где. Мельком взглянув в смотровое стекло комнаты управления, он заметил довольно странного вида девушку, лежащую внизу в мусоре. В обычное время парень, не раздумывая, пошел бы проверить незнакомку, может нужна помощь, но сейчас этого самого времени было в обрез. Сначала браслет доступа. А значит, нужно снова все здесь осмотреть. Прошло больше полутора часов, но поиски так ничего и не дали. «Может коп что-то знает?», — но вернувшись в комнату управления, замотавшийся и злой Тони уже никого не нашел, пропали и коп, и загадочная незнакомка, как позже выяснилось, вместе с фуникулером. — «Вот дьявол! Значит они были тут неспроста!» Ругая самого себя за тупость, детектив скрипнул зубами и материализовал из воздуха гитару довольно необычного вида. «Все равно путь свободен». Приземлившись у ворот в лабораторию рядом с кабиной фуникулера, Тони хмыкнул: все-таки не зря он взял с собой Неван, хотя кто ж знал, что придется полетать. План лаборатории, в отличии от плана полицейского участка и канализации, заказчик приложил к остальным документам. Но здесь, как и в участке, уже кто-то «прибрался до него», Тони даже догадывался кто. Осталось только несколько зомби, больше походивших на мутировавшие садовые скульптуры, разве что человеческие тела внутри придавали им очень инфернальный и особо отталкивающий вид. Свинцовый дождь надежно упокоил и их. На подходе к цели включилась сигнализация и оповещение о самоуничтожении, выругавшись, он прибавил ходу. Прорвавшись в лабораторию, Редгрэйв только скрипнул зубами, лишь подтвердив свои опасения. Вирус и вакцина пропали. Ему возмутительно не везло в последнее время. Впрочем, самобичеванием можно было заняться и позже, а пока нужно убираться из разрушающегося комплекса. Туннели и комнаты мелькали перед глазами один за другим и рушились за спиной, не оставляя путей назад, но желания оглянуться и не было. Только чесались руки от не выплеснутой досады. Свернув в очередной коридор, Тони наткнулся на тупик, путь дальше обваливался все больше с каждой минутой, а на небольшой уцелевшей площадке находились тот самый полицейский и странное существо, совсем не похожее на то, что атаковало его раньше, но одного взгляда было достаточно, чтобы понять, что монстр не менее опасен и смертоносен. Коп прицелился из ракетницы, но очередной обломок сотряс платформу, парень покачнулся, и ракета ушла мимо цели. Впрочем, несчастный еще ничего не понял, потеряв ориентацию. Хмыкнув, Тони достал одолженную вместе с мотоциклом ракетницу. Он попал точно в цель и не без удовольствия наблюдал за замешательством на лице незадачливого офицера. Калина Энн снова не подвела. Дыра в стене вела в какой-то боковой тоннель,состоящий из бесконечных ответвлений и поворотов, через несколько минут парень понял, что окончательно в них запутался. Из-за постоянного гула взрывов было почти ничего не разобрать. Наугад сделав еще два поворота, Тони оказался в тупике, но тут слух уловил нарастающий мерный гул, резко отличавшийся от остальных. Догадка была безумной, но рискнув, он рванул на звук, становившийся все более отчетливым с каждым пройденным поворотом, свернул в последний туннель, выбрался из него на платформу и застал набирающий ход поезд. Разбежавшись, удалось вскочить на ступеньку последнего вагона. Оказавшись в относительной безопасности, детектив сам не заметил, как отключился, видимо, организму было виднее. Проснулся Тони, когда уже начало смеркаться. Что ж, задание он провалил, впрочем, наличных вполне хватит на выпивку, пиццу и ночлег, а там посмотрим. Долго идти не пришлось, девушки, подобравшие его, оказались очень дружелюбными, в обычной ситуации он даже взял бы телефончик у обеих, вот только настроение было слишком паршивым. Добравшись до ближайшего мотеля, при этом протолкав грузовичок оставшиеся пару километров (и куда они смотрели, когда последний раз посещали заправку), он распрощался с девушками и завалился в бар. Уже стемнело, а отступившая было усталость накатила с новой силой вместе с досадой от проваленной работы. Видимо, все-таки придется брать в долг. Заказав пиццу с сыром, за неимением другой, и стакан виски, Тони погрузился в свои мысли. Его взгляд бесцельно блуждал по помещению, пока не наткнулся на до боли знакомую персону. Брови сами поползли вверх. *** Леон так и не понял, что именно заставило его поднять глаза от столешницы, но почти сразу он наткнулся на удивленный взгляд пронзительных голубых глаз, явно изучающий его и немного настороженный. Кеннеди сам не понял, почему он улыбнулся этому странному пепельноволосому парню в изодранном красном плаще, но потом снова ушел в себя. Из мыслей его выдернул голос над самым ухом, заставив вздрогнуть. — Я присяду, ты не против? Рядом стоял тот самый парень. Леон кивнул. Какое-то время они сидели молча. Кеннеди допивал свой виски, а парень напротив жевал пиццу. От взгляда на него у молодого полицейского невольно заурчало в животе, но денег больше не было. Однако незнакомец, проследив за его реакцией, молча придвинул к нему тарелку, на которой было еще три таких куска. Их они прикончили уже вместе. — Спасибо, — пробормотал Леон и спохватился, — Леон. Леон Кеннеди. — Тони Редгрэйв, — парень напротив усмехнулся, — у тебя потрепанный вид, Леон. Тяжелый день? — Если расскажу, ты все равно не поверишь, — Кеннеди поморщился от воспоминаний, резко заболели обе израненные руки. Он так и не успел перевязаться и не выяснил, откуда у него вторая повязка, но думалось уже не слишком хорошо. — Расскажи, я не из пугливых, а тебе полегчает. — Ты тоже пережил непростой день, верно? — Леону чем-то был знаком этот странный парень, вот только чем? — Выпить хочешь? Не дожидаясь ответа, Тони махнул официантке и выудил из кармана пару купюр. На стол встала полная бутылка виски и два свежих стакана со льдом. Через пару стаканов Леону стало заметно легче, а после еще одного он заговорил, хоть язык начал предательски заплетаться. Когда он дошел до Тирана, Тони положил руку ему на плечо, которое тут же отозвалось болью. — Знаешь, я думаю, с тебя сегодня хватит… и с меня тоже. Пошли, провожу тебя в комнату, ты же остановился в местном мотеле? Леон кивнул. Осушив еще по стакану, они покинули бар. — У меня восьмая комната на втором этаже, — икнув, сообщил Леон и только потом сообразил, что живет он там не один. Да еще и явится в таком непотребном виде к едва знакомой девушке и маленькой девочке, несколько часов назад потерявшей родителей. На душе стало очень гадко. — Окей, только себе номер сниму, а потом помогу тебе дойти. — Тони посадил его на старый обшарпанный диван и отошел к стойке регистрации. Леон осознал происходящее только когда его настойчиво потрясли за плечо, судя по всему не в первый раз. — Пошли. Они добрались до комнаты на том же втором этаже, только под номером шесть, и его спутник звякнул ключами. — Слушай, могу я сегодня остаться у тебя? — на вопросительный взгляд Леон замялся, — Просто в моей комнате есть еще девушка и маленькая девочка, а я надрался… Тони лишь пожал плечами, открывая дверь и впуская Леона. Первым порывом Кеннеди было сразу завалиться на кровать и отключиться, но лишь только присев на нее, неожиданно для самого себя, он продолжил рассказ. О Тиране, погибшем лейтенанте, Аде, Клэр, Шерри, о ее родителях, вирусе, язык заплетался еще больше, чем раньше, а силы, кажется, утекали вместе с каждым сказанным словом, но остановиться он не мог, говоря все быстрее, громче, будто боясь, что Тони Редгрэйв, этот странный парень в красном плаще, сейчас просто развернется и уйдет, а ему нужно было высказаться, необходимо поделиться с кем-то. Но собеседник лишь молча слушал, внимательно изучая лицо Кеннеди, будто стараясь найти для себя в нем ответ на какой-то вопрос. Леон дошел до последнего боя с Тираном и ракетницы, сам не понял, из-за чего, но голос сорвался и осип, заставив на мгновение замолчать и опустить голову. В следующее мгновение, вскинув глаза, он буквально утонул в холодном пронзительном взгляде собеседника. Он не осознал, как все случилось, но поцелуй этого странного парня был настолько порывистым, выверенным и в то же время обжигающим, что у Леона начисто выбило весь воздух из легких. В следующее мгновение он уже лежал на кровати под Тони, оказавшимся довольно сильным и ощутимо тяжелым, или же это показалось ему из-за усталости. Кеннеди не успел сориентироваться, а пепельноволосый парень уже начал медленно, но уверенно стаскивать с полицейского остатки верха формы, через боль и шипение последнего, впрочем, это его не остановило. Когда на пол слетели повязки, а язык Тони медленно прошелся сначала по груди, затем по животу, а после и по каждой ране Леона, тот застонал от смеси боли и, никогда раньше до этого не ощущаемого так сильно, желания. В следующий момент парень уже стаскивал с себя красный плащ. «Он носит его на голое тело?! Как я раньше не заметил?!» Эта странная мысль была почти сразу вытеснена новыми прикосновениями Тони. Теперь он занялся брюками Кеннеди. Сильные и ловкие руки с длинными пальцами быстро справились с преградой и теперь без ошибки находили самые чувствительные участки, точные будоражащие прикосновения возбуждали все сильнее, когда на смену им пришли влажные, но не менее горячие, Леон застонал в голос, прикусил губу, но это помогало слабо. Словно изучая его, загадочный Тони медленно обводил каждый сантиметр его кожи, грудь, живот, все ниже и ниже. Кеннеди подался навстречу, чувствуя, как напрягается каждая мышца, а дыхание перехватывает. Сам не понял, как оказался на животе. С каждым прикосновением, каждым вздохом, ощущаемом на собственной коже, Леон чувствовал все новые приливы агонии боли от ран и все возрастающего желания. Не осталось уже ни одного места, которое бы не достал Тони Редгрейв, а его прикосновения с каждым разом становились все более ощутимыми и жесткими. Вскоре об пол глухо звякнула пряжка ремня, но разделся ли парень, Кеннеди не заметил. Ощутил, как на его плечах сжались сильные руки, сдавив раны до такой степени, что он едва удержался в сознании. Когда Тони вошел, молодой офицер только сдавленно всхлипнул, на большее не осталось сил, все затмевали боль и, ставшее почти невыносимым, возбуждение. Он уже не мог сдержаться и стонал в подушку все громче с каждым движением, одновременно подаваясь навстречу Редгрэйву. Сам Тони тоже начал постанывать сквозь стиснутые зубы, все ускоряя темп. И вот, когда Кеннеди уже казалось, что сейчас он просто не выдержит, левая рука Тони наконец пришла в движение (и когда этот парень успел убрать ее с плеча Леона), мир взорвался перед глазами, полицейский успел услышать лишь сдвоенный стон, свой собственный, глухой, и чужой, граничащий с рыком. Сколько прошло времени с того момента, как он отключился, Кеннеди не знал, но очнулся уже до самого носа укрытый одеялом, лежа в чужой кровати. Хозяин номера, полностью одетый, спал на диване, закинув длинные ноги на подлокотник. Леон пошевелился и зашипел от боли теперь, кажется, во всем теле. Вышло громко. Тони проснулся почти сразу. — Который час? — прохрипел Кеннеди, принимая из рук Редгрэйва стакан воды. — Восемь утра. Если тебе интересно, ты проспал шесть часов. Я даже перевязки успел раздобыть. Только после этого Леон заметил, что раны закрыты свежими бинтами. — Спасибо, Тони. — Обращайся. — тот усмехнулся. — Мне пора, и да, я, пожалуй, заберу свою рубашку. Может, еще увидимся. Когда за парнем закрылась дверь, взметнув на прощанье изодранные полы красного, как кровь, плаща, Леона поразила догадка. Он вспомнил ту смазанную тень, что видел с поезда, и специфический запах старой кожи и чего-то еще, который чувствовал тогда, когда начал приходить в себя в комнате управления, а та черная тряпка, которой была перевязана его вторая рана… Первым порывом было броситься следом, но из одежды на нем были только повязки, да и куда он побежит в таком состоянии. Вместе с ключом от номера на прикроватной тумбочке Кеннеди нашел листок, где был указан номер телефона и совсем другое имя… ***  — «Дьявол может плакать». Уже на выходе из агентства Данте все-таки поднял трубку. Грядущее дело обещало быть весьма сложным, и этот новый клиент просто не давал ему покоя. Что-то в нем было не так, определенно. «Мне всего два дня от роду. Просто шучу. Можешь называть меня Ви». Это парень определенно «с секретом», но дело явно было не шуточное, он чуял это нутром, охотника тянуло к нему, почему, Данте и сам еще не мог ответить, как не мог ответить на вопрос, зачем он подошел к телефону. — Привет, Данте. Знакомый голос на другом конце провода вызвал улыбку. — Здорово, Леон, ты извини, но звякни попозже, у меня сейчас дело, а позже можем и в бар заскочить или в пиццерию. Или у тебя что-то срочное? — Нет, просто решил тебе позвонить. Просто… вспомнилось… Трубка замолчала, но Данте и сам догадался, что могло вспомниться бывшему полицейскому, а ныне специальному агенту из организации по борьбе с биотерроризмом и очень близкому для полудемона человеку. — Даже не хочу знать, что тебе вспомнилось. Со мной могут быть только плохие воспоминания… — едва слышно, сам не зная почему, произнес младший сын Спарды. — Я бы мог с тобой согласиться, если бы это было действительно так, Данте. Кеннеди был абсолютно спокоен и предельно серьезен, но почему-то охотник на демонов знал, что агент улыбается. Ему тоже вспомнилось дело Раккун-сити, которое изменило судьбу их обоих. — Ну ладно, может только одно хорошее. — А может и больше, если поверить в это, — Леон на мгновение замолчал. — А знаешь, Данте, поклянись мне, что после этого твоего задания ты вернешься, и мы обязательно выпьем и съедим по пицце с сыром. — И по клубничному мороженому. — Ладно, пусть будет мороженое. Только береги себя. Жду. — Ладно. Клянусь. Если тебе будет спокойней. Пока. Данте снова улыбнулся и повесил трубку, а через мгновение уже выходил из агентства. Теперь он был просто обязан вернуться в целости и, желательно, не с пустыми карманами. Ведь впереди было еще столько хорошего. И целая жизнь, которую обязательно нужно прожить.