Помечтай со мной

От автора или слово героям. Они сидят передо мной такие, какими были в самом начале повествования, когда только появилось описание их внешности и приблизительные черты характера. Эверетт сжимает в руках фарфоровую чашку, в которой плещется чай без кофеина. Волосы перевязаны ленточкой, а на губах надменная улыбка, которая для этого героя стала своего рода фишкой. Шелдон гораздо серьёзнее, но он тоже улыбается, но не надменно, как его напарник. Глаза скрыты тёмными очками, к которым он, судя по тексту, питает слабость. Сидят и смотрят на автора, а автор смотрит на них, понимая, что ещё одни герои отправляются в свободное плаванье. И за их дальнейшей судьбой тотальной слежки не будет. Эверетт, как обычно, готов вывалить на собеседника ворох информации, Шелдон сдержанный. В мыслях автора они совсем недавно окончили школу, а это плюс один триместр к тому времени, на котором оборвалось повествование. Хочется задать им множество вопросов, но, пожалуй, я ограничусь лишь парой. Не самых важных, возможно, но интересных для меня. – Привет, – радостно машет Эверетт, поставив чашку на стол. – Ты, наконец-то, решила с нами заговорить. – Здравствуйте, – произносит его спутник, наученный горьким опытом общения с сестрой, а потому не допускающий фамильярности. И первый вопрос, который приходит на ум – это: «Как ощущения?». – Это может занять много времени, – признается Логан. – Но я пробую быть кратким, в телеграфном стиле, так сказать. В моей жизни произошло множество событий. Вообще-то, их и раньше происходило немало, но вот в петлю времени до сих пор попадать не приходилось. Странные ощущения, если честно. Будет возможность не попадать в нее, лучше избегайте. Хотя, для меня в этом есть и положительные моменты. Я смог многое пересмотреть, переосмыслить. Ах да, если отойти от того временного промежутка, который описан в тексте, я успел окончить школу и поступить в университет. Выпускной, кстати, прошёл совсем недавно, и это было немного фееричное зрелище. – Почему? – Дело в том... – Кстати, а кто из вас стал королем бала? Эверетт смеется, Шелдон тоже. – Никто. Из нас никто, – произносит Блэр. – Дело в том, что мы умудрились слегка перейти дорогу директору. Я проиграл соревнования. Да-да, те самые, которые мне довелось выиграть в призрачном дне. В реальности я облажался с ними. Но... Почему-то меня это совсем не волновало. С некоторых пор я перестал задумываться о том, как привлечь внимание родителей. Что сделать для того, чтобы они, наконец, посмотрели в мою сторону, оторвав восторженный взор от Анны. Нет, время от времени я думаю о них, но сейчас, когда со школой покончено, я окончательно перебираюсь в свою квартиру, а в родительском доме жить не буду. Эверетт по своей любимой привычке написал разгромную статью, а директор, наплевав на то, что у него с тёткой Эверетта продолжается роман, сказал, что его достали подобные статьи в газете. – Наверное, у него просто было плохое настроение, – хмыкает Эверетт, развязывая ленточку и снова завязывая. – В любом случае, дурацкую корону мы не получили. – Тогда... Вайолетт? – Пьер. – Да, это действительно Джастис. Его статьи были хвалебными и прославляли Веддингтон, – поясняет Шелдон. – Веддингтон – школа победителей, здесь всегда всё и все – самое лучшее. Примерно такой посыл был у статей Пьера. Он хороший подхалим, и, если нужно, он будет носом рыть землю, пускать в ход все возможные методы, но наверх пробьётся. На крайний случай у него был в запасе вариант – соблазнить замдиректора. Она очень мила. – Но с Норой Форест ей всё равно не тягаться, – замечает Логан. – Это точно, – подтверждает Блэр. – А выпускной был комичен больше потому, что Шелдон пригласил меня танцевать. На глазах у потрясенной Трейси. Она отреагировала почти так же, как и в начале шестого дня. То есть, снова не поверила в факт существования наших отношений. И снова пыталась понять, кого так тщательно скрывает от посторонних глаз Шелдон, раз готов приписать себе роман с парнем. Особо эпатировать публику мы не стали, целоваться у всех на глазах – тоже. Мы сбежали оттуда... – И не подрались? – Разумеется, нет. Драка должна была быть при других обстоятельствах. Если бы мы не прожили пять призрачных дней, за время которых на многие вещи взглянули иначе. – Кстати, а какие моменты вам в самом повествовании понравились больше всего? – Это что-то типа "какая роль вам нравится, а от какой вы отказались бы"? – уточняет Блэр. – Именно. – Сцены с белкой, – незамедлительно отвечает Логан. – Когда я за ней гонялся, чувствовал себя таким придурком, но вместе с тем мне было весело. А насчёт второго – на дороге. Мне было достаточно легко заплакать, но в тот момент я тоже чувствовал себя идиотом, потому что не очень люблю сентиментальность. – Черствый, как сухарь, – хмыкает Шелдон. – И вовсе нет, – протестует Эверетт. – Ты же знаешь, что это не так. – Знаю, знаю. Огненная детка. – Я тебя ненавижу, – фыркает Логан. – А у тебя, Шелдон, какие любимые моменты? Он усмехается. И, наверное, радуется, что в этот момент глаза скрыты очками. – Сейчас будут голубые сопли, – произносит Эверетт. – Или признания рейтинга 18+. – Ничего подобного. Хотя... Вообще-то, у меня много любимых моментов. Исключение составляют только поездки в машине и разговоры с Джастисом. Иногда меня выматывало это однообразие. Хотелось чего-то такого... Нет, наверное, это тоже мне нравилось. Любые события моей жизни – они именно мои, значит, я должен им радоваться. – Кстати, о рейтинговых сценах... – Без комментариев, – мгновенно реагирует Логан, уткнувшись носом в чашку. – Почему без них? Это было отличное время, – Шелдон цепляет парочку светлых прядей. – Это были дублёры, – обрывает его Эверетт. – Дублёры?! Но... – Ну, у меня точно был дублёр. – То есть, как это дублёр? Логан вновь отставляет в сторону чашку и изображает пальцами кавычки. – Юмор. Черный-пречерный. Куда же я от тебя денусь? Тем более, в рейтинговых сценах? Дублёра наглым образом вышвырнули из кадра в день свадьбы. Потом честно отрабатывал я и только я. Так что, не пугайся так, звезда моя. – Так дублёр это был или нет? – Я же сказал, что нет. – Но сначала сказал, что да. – Это была шутка. – Правда? Логан закатывает глаза, словно вот-вот упадёт в обморок. Когда Шелдон поднимается со своего места и обеспокоенно смотрит на него, хватает за галстук и притягивает к себе, целуя. Собственно, в этот момент автор и понимает, что больше не хочет быть вуайеристом и подглядывать за чужой жизнью. Потому он ставит последнюю точку и оставляет Эверетта наедине с Шелдоном. В их придуманной реальности, в мире школы Веддингтон. В окружении всех тех людей, которыми они дорожат, с которыми дружат и даже которых ненавидят. Их дальнейшая жизнь от автора уже не зависит. Они начинают собственный путь.