Сколько времени?

Резина колеса машины издала звук во время резкой остановки. Двигатель заглох. — Который час? — спросил сидящий у руля, отстегивая ремень. — … — пассажир вытащил из кармана брюк смартфон, включив его, а потом сразу выключив, держа крепко в руке — Два часа дня. — Еще час до собрания. Чем займемся? — Я бы не стал терять время и отправился в главный зал. — сказал пассажир и убрав ремень безопасности, открыл дверь. Солнце сегодня светило неимоверно и благо американец всегда носит очки, на все случаи жизни, как говорится. Закрыв дверь машины, издался звук, подающий сигнал о том, что машина закрыта. Обойдя машину сзади, США потер шею и тяжело вздохнул — — Я тебя умоляю, сними уже этот кусок кожи и шерсти с себя. Смотреть больно. — Да, тут ты прав, — Россия снял ушанку с головы и вытер лоб. — Вроде весна, а жарит как из адского котла. Кстати, спасибо, что подвез. — Всегда пожалуйста. А в Нью — Йорке такая погода не редкость во время потепления. Если уж так, то палит по полному. — усмехнулся Америка и прикрыв глаза, спросил у любовника — — Скучал по мне? — подошел ближе сковывая руки на груди. — Очень, а еще сильнее по Америке, которая не слала мне санкции в невиданном количестве. — улыбнулся Россия поцеловав американца в лоб и нежно погладив его макушку. — Ну, не все желания исполняются, ты как никто это знаешь. — Знай, что под твой капиталистический строй я не прогнусь, хоть ты мне и очень дорог. — фыркнул Россия, отправляясь в сторону здания ООН. — Посмотрим на твой народ через десяток лет. — пожал плечами американец, поправив очки. Пара ног в узких брюках зашагали за спутником своего хозяина.

***

Белоснежный зал приветствовал своим видом прибывших. Мало кто бы подумал, что в зале дальше будет конференция, а не банкет. Еды конечно не было, напитков тоже. Но это не мешало присутствующим вести себя словно на празднике. Действительно, ведь тут так много друзей, а может даже парочек, которых разделяет океан или границы. Вон у окна стоят Италия с Францией, ведя милую беседу не затыкая рты. На диване расположились, к удивлению, Германия с Польшей, что мирно молчали, ожидая собрания. Похоже таки немец нашел способ успокоить поляка. Канада с Великобританией обсуждали предстоящее событие, и второй явно ожидал чего-нибудь хорошего, давно не было приятных новостей. Канада повернул свою голову в сторону только вошедших и сразу быстрым шагом подошел к брату, крепко обняв его. — Без енотовой шапки тебя еле из далека узнаешь, братец. — обнял его в ответ Америка. — Это тебе просто стоит меньше носить свои очки. Ходишь словно слепец. — вздохнул Канада и кивнул России в знак приветствия. Россия с улыбкой на лице кивнул в ответ. — Советую тебе тоже убрать свой головной убор на вешалку у входа. Умудрился же напялить деловой костюм вместе с ушанкой. — показал пальцем американец в сторону гардеробной, явно уже злясь только от вида ушанки в целом. Россия замучено вздохнул и отправился вешать свою любимою ушаночку на место — — Ишь кто сопрет — голову оторву, что бы очки не напялил свои, — пробурчал россиянин тиская головной убор между пальцев рук. — а может и самих очков лишу. — Как у тебя на личном фронте? — поинтересовался Канада у своего брата. — Как видишь, очень даже неплохо. — убрав руки за голову, посмеялся Америка на вопрос брата. — …Он? То есть, я ничего против не имею, отнюдь, но ты уверен, что у вас будут здоровые отношения? — Пока что Холодная Война не повторилась, а атомные ракеты с бомбами не нуждаются в использовании. Лишь язык тела. — вздохнул американец поправляя свой пиджак. Уж при выборе партнера он никогда не ошибется. Лос-Анджелес научил всему важному и необходимому. — Так вот чем ты занимался, пока прибывал в Москве, сынок. — подошел сзади не шумя туфлями британец. — Великобритания, мы это обсуждали. Я тебе не сын, ты мне не отец, разве что отчим. Но это маловероятно, судя по твоим поступкам со мной и с братом. А еще я в разы старше тебя, так что ты не вписываешься. — Ты все еще дуешься, большая бука? — вздохнул Великобритания, поправив свой монокль. Бедняжка аж скосился на бок от такой неслыханной наглости! — Ладно, ребят, давайте сегодня без взаимных оскорблений. — встал между этими двумя Канада. — А кто тут еще кого оскорблял, простите? — возмутился британец которого уже утаскивал к толпе Канада. Обернувшись боком, он улыбнулся брату и помахал ему рукой, скрывшись с «отчимом» в гуще гостей. — Уже успел с кем-то поцапаться небось? — сказал славянин. Он собрался поправить ухо ушанки, но напрочь забыл, что оставил ее в гардеробной, поэтому пару минут был озадачен тем, что он трогает прозрачный воздух. — Да так, «семейные терки», ничего такого. Слушай, — вздохнул Америка опустив очки ниже век, но не снимая их. — Мне нужно отойти с тобой на пару минут, тогда расскажу в чем дело. Ну при людях совсем никак. — театральным голосом пояснил тот. Россия ничего не успел ответить, как его за руку резко схватили и мигом потащили прочь от чужих глаз.

***

Это был лишь один роскошный офис из сотни, но выбирать времени не было. Россия ожидал душераздирающего разговора США о том, как отец, или отчим, как ему угодно, недоволен им до сих пор и вообще жизнь с ним не справедлива. Славянин в голове уже собирался отвечать на душевные муки тем, что его отец тоже был не особо нежен с ним, но этот вариант он отложил, вообще говорить о себе было в меру эгоистично в такой ситуации. У него куча братьев и сестер, хоть он с ними и не справляется всегда, но с ними весело. А у США только брат. Но другой вариант придумывать не пришлось. Просто потому, что Америка резко закрыл дверь изнутри на ключ, что имелся у него в кармане, и развалился на столе, укладывая руки за голову. Его высоко вздымающееся грудь говорила о том, что о разговоре и мыслей не было. Россия поднял высоко брови, замечая, что пиджак уже давно свисает со стола, видно по дороге успел управиться с пуговицами. Галстук лениво свисал с шеи развязанный и растрепанный. Туфли так и остались вместе с белоснежными носками на роскошных ногах. Славянину долго не пришлось думать, и уже подойдя к столу, тихо снял начищенную до блеска обувь, затем нежно стянул шелковые носки с грациозных пальцев. Америка закусил губу, прикрыв глаза, он зашевелил торсом, явно торопя скорее избавить его от такой непостижимой в данный момент ноши как одежда. Россия придвинулся к любовнику, благо стол большой, и есть где развалиться двум взрослым, мужским телам. Алые пальцы прикоснулись к пуговицам рубашки, и словно специально, расстегивали их со скоростью наземной и престарелой черепахи. — Да чего ты там медлишь, а? — рыкнул США блеснув темными очками на свету, что падал из окна. Россия резко взял очки американца, ловко сложил их и кинул куда подальше. Плевать, если разобьются, купит новые, денег мало что ли? А если не купит, все будут любоваться этими глазами, даже не замечая в них ничего особенного. А вот Россия будет утопать в них с каждым разом все сильнее. — Эй! Чего творишь, — возмутился американец поднимаясь на локтях, но его рот заткнул поцелуй. Руки славянина схватились за его плечи, повалив его обратно на стол, лишив собственного контроля действий на пару мгновений. Горячий язык вторгнулся в полость рта так же быстро, как мысли об очках выветрились из головы словно их и не было. Охватив шею славянина тисками в виде собственных рук, США выгибался навстречу своим тихим вздохам. Наконец-то рубашка улетела куда-то под стол, и теперь новые участки кожи готовы к ласкам. Россия, хищно улыбнувшись, прикоснулся к голой коже влажным от поцелуя губами. Руки опустились с плеч на бедра, которые еще покрывала ткань брюк. Зацепившись большими пальцами рук, славянин осторожно стаскивал их с тела любовника, пока его горячий язык страстно прикасался к груди американца. Когда кончик языка касался ареола сосков, его словно подбрасывало в воздух, настолько это было возбудимое и нервное место на теле. Тяжело выдохнув, Америка положил ладонь на голову России, тем самым заставляя ее наклонить ближе к паху. — Ну что тебе все не терпится? — удивился славянин такому жесту. — Слишком много прелюдий. — пояснил США своему любовнику, давя уже сильнее на макушку. Россия ничего не ответил, лишь расстегнул собачку с пуговицей, и резким движением стянул брюки вместе с нижним бельем ему до самых колен. Прикоснувшись нежно пальцами к члену любовника, Россия вобрал головку в рот, поглаживая ее языком, в то время, пока ладонь массировала ствол. США накрыл рукой глаза, ощущая, как кончик чужого языка толкается в его собственную уретру, а шаловливые пальцы заставляют дрожать до мурашек. Вторая рука была отшвырнута ладонью России, когда давление ему надоело, и он решил взять дело в свои руки. Заглотнув член до самых гланд, славянин держался довольно долго, хоть и постанывал от чужого органа во рту. Эти постанывания отдавались вибрацией на нежной коже, что давало больший эффект на США, который кусал собственные руки, лишь бы не застонать в полный голос лишь от вибраций. Он вам не юнец, который кончает от пары неловких движений. Вытащив член изо рта, россиянин отдышался и прикоснулся к нему снова, набирая скорость. Скользкий язык не давал покоя, а влажная и горячая пасть давала невероятные ощущения. Бедра США дрожали, а на поверхности тела выступал пот. При сильной нагрузке на горло, Россия хмурился, а пот выступал у него на лбу. Подхватив руками его за таз, он накинул ноги американца себе на плечи, становясь все быстрее. Америка было уже находился на грани, вот и сказочке конец. Но славянин отпустил половой орган из объятий своих губ, язвительно улыбаясь. Строгий с укором взгляд никак его не обидел, потому колом стоящий половой орган остался без должного внимания, оказавшись зажатым алой ладонью. — Думал, один тут удовольствие собрался получать? — хмыкнул Россия, не давая Америке осуществить желаемое. — Да ладно тебе, ну дай кончить уже в конце концов, я же тебе не на один раз, силенок хватит. — возмутился США. — Я был бы даже не против, но у нас конференция через час, а если меня увидят со стоящим в узких брюках членом, мне бы это очень не понравилось. — Хорошо, твоя взяла. Потом сам будешь отвечать за то, что я хромаю как дед старый. — махнул тот рукой. — Так ты и есть дед. — засмеялся Россия заползая на Америку, пытаясь подобрать удобную позу. Америка оскалился и укусил россиянина за плечо, на что он ойкнул и тихо извинился за такой оскорбительный каламбур. Подхватив США за бедра, Россия держал его ноги, которые американец сплел в замок у него на спине. Стянув с себя брюки, славянин потянул пальцы ко рту любовника. Он отвернулся. Россия вздохнул и еще настойчивей потянул их к чужим губам. — Больше впредь не смей называть меня дедом. — Уяснил. Теперь, прошу, возьми пальцы в рот для своего же блага. США открыл рот и принял пальцы во внутрь тщательно облизывая их, явно получая даже от этого светское удовольствие. Когда Россия вытащил пальцы из его рта, он даже тихо заскулил. Приставив первую фалангу к анусу, обводя его кольцом, Россия спустя мгновения ввел ее внутрь, разминая стенки. США подумал на момент, что подавился воздухом и застыл с открытым ртом. Выдохнул он на моменте, когда второй палец вошел в дело применяя форму ножниц. Зашипев от резкой боли, которая отдалась по позвоночнику, Америка застыл на месте сильно дрожа. Надо привыкнуть, и боль со временем утихнет. Вытащив пальцы из подготовленного отверстия, Россия тщательно облизнул их и приставил головку члена к анусу любовника. Америка сглотнул комок вязкой слюны, которая будто навечно застряла в горле. Чем дальше и медленнее входил член любовника внутрь него, тем невыносимее было держать крики страсти внутри себя. Стенки сокращались и по непривычке сжимали половой орган вокруг себя, что России наоборот доставляло неземное удовольствие. — Хорошо, очень хорошо… — на выдохе произнес славянин, прижимаясь лбом к плечу США. С каждым толчком стенки разминались и внутри становилось свободней, что давало возможность для более резких толчков. Повысив темп, Россия схватил зубами шею США, словно зверь, обхаживающий самку во время брачного сезона. Америка в свою очередь схватился пальцами за плечи россиянина, оставляя там царапины после резких толчков. И один раз член ударил по простате. Что почти вывело американца из колеи. Но ладонь, которая крепко накрыла головку и ствол, в очередной раз не дала испытать наслаждение. — Издеваешься, что ли?! — со стоном выкрикнул Америка России, кладя голову на поверхность стола, тем самым подставляя шею. — Очень даже. Потерпи чуток. — потребовал россиянин и положил ноги любовника себе на плечи, начал без сожаления, нежности и ласки, в буквальном смысле вдалбливаться в него. Америка не стал терпеть, и кричал во весь голос. Руки сами прикоснулись к собственному члену, и славянин не стал его сдерживать. Стоны страсти и крики наслаждения смешались в этом помещении в небывалую мелодию. Боль давно отступила, и все наслаждались процессом происходящего. Два голых и стройных тела прижимались к друг другу облитые собственным потом с ног до головы. И вот уже несколько жестких ударов головки по простате, и Америка добивается так давно желаемого. Стон наслаждения прошелся по всей комнате, а властное рычание издалось чуть тише. Россия вышел из любовника с приятным чувством на сердце. Америка же положил руку на щеку, прикусив собственный мизинец. Все остались довольны. Прозвенел звонок телефона. — Ц, — цокнул Америка — это мой, подай, прошу. Россия не возражая достал из кармана пиджака смартфон и передал его в руки США. — Вы где, дурачье? — голос брата. — Смысле? Что-то важное, или как? — озадаченно спросил Америка, прикрыв глаза и перевернувшись на спину. — Вы на целый час опоздали на конференцию. Где вас носит? — Америка выпал из реальности. Послышался голос Великобритании по ту сторону телефона. — Да что ты его все тюкаешь, развлекается мальчик со своим другом, не мешай. — Мы.ЧТО?! — закричал Россия резко слезая со стола и пытаясь в спешке надеть белье с брюками. — Сейчас придем. — со смешками сказал США и бросил трубку. — Больше никогда не пойду с тобой в уединенные помещения, когда у нас дела! — высказался славянин. В попытке во второй раз натянуть брюки, прыгая на одной ноге, он свалился на пол.