Блудный брат

      Мэри всё ещё спит. И даже тот факт, что будильник прозвенел пару минут назад, не заставляет её подняться с кровати и начать собираться на учёбу. Телефон снова зазвенел, но в этот раз это был звонок от подруги.  — Не разбудила? — Послышался сладкий голос, — Я это… сегодня не пойду на учёбу, — её голос звучал очень виновато.  — Во-первых, ты меня разбудила, — проворчала Мэри, вставая с кровати и рыская босыми ногами по полу в поисках тапочек — а почему не идёшь то? — наконец спросила она, после недолгой паузы.  — Ден очень плохо себя чувствует. Я останусь с ним, — выдала Лиззи.  — Ох, хорошо. Передавай чтобы поправлялся, — лениво протянула Мэр.  — Кстати, как у тебя с парнишкой в маске? — заинтересованно промурлыкала девушка.  — Телефон садится, потом поговорим, — быстро выдала Мэри, и сбросила.       На телефоне были все сто процентов, просто она не хотела говорить о Тиме. Она и так уснула с мыслями о нём, что её однозначно напрягало. Раньше, да и сейчас, Мэри старалась держать людей на расстоянии. Боялась подходить и просто-напросто говорить с ними. Она боялась боли, боялась что люди отстранятся, и тем самым сделают ей очень больно. Даже с Лиззи и Деном она часто чувствовала себя не в своей тарелке, особенно, когда они начали встречаться. Да, она была рада, что они наконец признались друг другу, но они стали меньше обращать внимания на неё саму. Стали меньше с ней говорить. Но зато, стали чаще тусоваться с теми ребятами, которых когда-то встретили в клубе.       Возможно, это эгоистично, но Мэри обидно, что Лиззи чаще общается с теми ребятами.       С самого утра, Роуз посещали нехорошие мысли. Они буквально охватили её разум. Заполонили каждый уголок мозга, медленно подбираясь к сердцу. Тревога, паника и… страх? Она сама не понимала чего боится, она ведь дома, где на неё никто не смотрит. Никто не говорит. Никто не обсуждает. Никто не видит. Но страх не отступал — стал ещё сильнее, когда Мэри встала перед дверью, ведущей в подъезд. Руки дрожали. Да она сама вся дрожала.       В подъезде стоял парень в рыжем худи. Он видно ждал лифт, как и Мэр. Неохотно, она подошла ближе. Кулаки, что находились в карманах довольно тёплой куртки, часто сжимались и разжимались. Мэри пыталась не смотреть в лицо парня, хотя бы потому что, ей было неловко. Но, любопытство взяло верх. Подняв голову, она окинула взглядом парня. На лице была тканевая маска, из-за которой не было видно даже волос — она покрывала всю голову. Мне что, везёт на парней в масках?       Лифт приехал. Парень пропустил Мэри вперёд, а после зашёл сам. Нажав кнопку первого этажа, они начали спускаться. Этаж за этажом, в гробовой тишине.       Мэри чувствовала лишь биение собственного сердца, что наровилось вырваться — настолько она была напугана из-за обычного незнакомого парня.       Резко, лифт останавливается, раскрывая свои дверцы. Первым вышел парень, тут же куда-то быстро слиняв. Мэри же, шла медленно. Бывали дни, когда она выходила и позже, но всё равно не сильно опаздывала. Так что, торопиться было не к чему.       Под ногами хрустит снег, а капли дождя сыплются с неба. Неопределённая погода: то снег, то дождь, то вообще жара. Стоя на остановке, сапоги Мэр уже успели промокнуть чуть ли не насквозь. Автобус долго не ехал, что сильно раздражало её. Она мысленно проклинала всё, что только можно.       Малое количество студентов второпях бежало в здание ВУЗа. Мэри так и не торопилась, медленно дойдя до раздевалки, отдала куртку. А потом, так же медленно дошли до аудитории, где должна быть пара.       Декана ещё не было, так что она со спокойной душой вошла в аудиторию и села на дальнее место. Подальше ото всех. Подальше от общества. Не смотрите на меня…       Все будто прожигали её взглядом. Смотрели. Она волнуется, может с ней что-то не так? Что же с ней не так? Почему все смотрят? Или это просто её разбушевавшееся чувство страха перед обществом? Почему вы смотрите? Не смотрите… прошу…       Руки так сильно дрожали, что тетрадь, которую она достала из портфеля упала на пол. Некоторые обернулись на звук, нарушающий тишину. Она застыла. Страх сковал её. Боже, да почему вы смотрите?       Резко сознание пришло. Схватив тетрадь она положила её на стол перед собой. Оглядевшись, она не заметила взглядов. Медленно приходя в норму, Мэри отдышалась. Сердце сбавило свой бешеный ритм. Вдох-выдох-вдох-выдох       Мэри просидела на паре с чувством тревоги. Всё время когда кто-то обращал на неё внимание она терялась. Чуть ли не срывалась на истерику.       Давно не было таких панических атак. А новые всегда случались с новой силой. Поглощая оставшиеся уголки разума, до сей не затронутые. Страх. Паника. В лицах одногруппников она видела лишь отвращение к ней. Они её ненавидят. Они считают её странной. Она видит это. Чувствует каждой клеточкой тела.       Проходя мимо знакомых, она пытается спрятать лицо. Пытается сделать так, чтобы они не узнали. Не обратили внимание. Ей это не нужно.       Каждый раз, проходя мимо людей, ей казалось что они говорят про неё. Осуждают. Оскорбляют. Ненавидят. Прошу, простите. Простите что я есть.       Сзади послышался смех, а затем кто-то коротко выкрикнул её имя. Мэри. Это послужило катализатором. Это было краем терпения, последней каплей. Она остановилась. Мэри пыталась не дать волю слезам. Резко сорвавшись с места, она убежала. Прочь из ВУЗа. Прочь от общества. Лиззи, почему именно сегодня ты не пришла?..       Бег. Она сама не знала куда бежит. Но ей было наплевать. Лишь бы там, куда она прибежит не было людей. Мэри даже не надела куртку. Оставила её в раздевалке. Ну, хотя бы взяла портфель, и то радует.       Начался дождь. Ох, как некстати. Маленькие холодные капли падали с неба. Падали на её лицо. Падали, смешиваясь со слезами, что предательски выступили из глаз.       Оглядевшись, Мэри поняла где она. Но, лишь по вывеске того самого клуба. И почему ноги принесли её сюда. Ведь сейчас, здесь ей как раз не самое место. Наоборот.       Хотя, людей совсем нет. Это и понятно, сейчас лишь начало девятого утра. И подворотню вроде этой, нет смысла посещать в такую рань.       С облегчением выдохнув, она облокотилась на старую кирпичную стену. Вдох-выдох-вдох-выдох       В какой-то степени она даже успокоилась. Но паника и страх, тревога и самоненависть никуда не делись. Они остались с ней. Остались там, где зародились. И уходить не собираются.       Первым делом, достав телефон она хотела написать Лиззи, но не смогла. Не хватило… сил? Или не смогла из-за гордости? Мэри не хотела мешать подруге, что сейчас ухаживает за своим парнем. Она и так сейчас занята, и мешать ей, ну уж очень не хочется.       Когда сердце наконец перестало плясать, а тремор прошёл, она поплелась на остановку. Домой. Сейчас так и хочется спрятаться в кровати под пледом, где никого нет. Где никто на неё не смотрит. Где она никому не нужна.       Обычно, в таком состоянии её успокаивал лишь Тони. И, от осознания того, что придя домой, она его не обнаружит, Мэри стало очень больно. Сердце сжалось. Я такая жалкая, Тони… Я так хочу тебя увидеть. Хочу обнять…       Дождь закончился и выглянуло солнце. Тёплые лучи озарили улицы. Словно грели душу. Но не ей. Не Мэри. Она всё так же была встревожена и подвергнута очередной панической атаке.       Ловя секундные взгляды прохожих ей становилось лишь хуже. Всё хуже, и хуже. Еле задерживая слезы и крик души, она доехала до дома.       Двор был совсем безлюдным. Ни одного прохожего. Мэри стало даже как-то легче. Свободнее.       В соседнем дворе она заметила знакомую жёлтую кожаную куртку. Это был Тим. Но именно в таком состоянии она совсем не хотела его видеть. Не хотела чтобы он видел её. Мэри быстро нырнула в подъезд, молясь чтобы он её не заметил. Да и какое ему дело? Заметил и заметил. Он ей не друг. Он ей никто. Обычный знакомый. Друг Тони.       Больно осознавать, но Тим ничем ей не обязан. Как и она ему.       Быстро сняв обувь, Мэри поплелась в комнату. Ей уже было наплевать на учёбу, наплевать на ВУЗ. Поначалу она хотела вернуться ко второй паре, но настроения для этого точно не было.       Сняв всю одежду, и оставшись в нижнем белье, она плюхнулась в кровать. Наплевать на бельё, промокшее насквозь, лежащее прямо на полу. Сейчас, она хотела отдохнуть. Расслабиться и не думать. Закутавшись в бордовый махровый плед, она упала носом в подушку. Слезы покатились из её глаз. Скука по Тони дала о себе знать. Дома всё напоминало о нём. Она так соскучилась. Так хотела увидеть.       Ещё давно она пообещала быть сильной. Обещала это Тони. Обещала родителям. Обещала себе в конце концов. Но лишь рядом с друзьями она чувствует себя сильной. Рядом с теми, кто в последнее время начал потихоньку отстраняться.       Незаметно для себя, Мэри уснула. Так и оставшись в одном ночном белье и укутанная в плед.

***

 — Тони, она снова забрала моего Бенни, — к пареньку подбежала заплаканная девочка, что была ниже его ростом.  — Мэри, где она сейчас? — Парнишка взял сестру за руку и присев на корточки, протёр большим пальцем свободной руки по её лицу, вытирая слёзы.       Девочка обняла брата, повиснув на его шее.  — Она в городке, — успокоившись, пробормотала она.  — Отлично, — Тони отстранился, и снова взяв за руку Мэри пошёл в сторону детского городка, где находилась обидчица его младшей сестры — Пойдём и надерём ей зад, чтобы она никогда больше не обижала тебя, да? — Весело и твёрдо заявил Тони.  — Хорошо! — Выкрикнула Мэри, сильнее сжав руку брата.  — Только при родителях так не говори, — повернувшись, усмехнулся парнишка. На что получил довольные кивки девочки.

***

      Приятные воспоминания о беззаботном детстве прервал звонок телефона. Мэри не хотелось отпускать это воспоминание. Оно так грело душу. Но, вскоре она не смогла терпеть надоедливую мелодию, пробудившую её от столь прекрасного сна.       На экране горела знакомая, и до боли пугающая надпись — «Неизвестный». Сон как рукой сняло. Сердце сжалось. А вдоль позвоночника пробежали мурашки. Нехотя, но Мэри ответила на звонок. Она чувствовала, что должна это сделать.  — Здравствуй Мэри, — послышался механический голос, от которого наворачивались слёзы.       Это он.  — Ты похититель Тони? — Твёрдо спросила она, вытирая слёзы кусочком пледа, зажатым в свободной руке.       В трубке повисла тишина. Но она длилась не дольше пяти секунд. За ней последовал смех. Смех сумасшедшего. Смех психа.       Отдышавшись он ответил.  — Да, это я, — в голосе слышалась ухмылка. Девушка была уверенна, что он сейчас лыбится — Хочешь услышать его крики? — Её сердце пропустило удар. Кажется, она забыла как дышать.       Маньяк видимо счёл молчание за согласие. В следующую секунду на том конце провода послышался душераздирающий крик, от которого Мэри стало хуже. Ещё хуже.  — Отпусти его, молю! — взвыла она. На глазах выступили слёзы. Слёзы боли и отчаяния. В этом крике она слышала Тони.       Радовало лишь то, что он жив. Тони жив...  — Он заслужил, — рыкнул мужчина. — Но скоро всё закончится. Не знаю как. Умрёт он или нет… — начал своё рассуждение псих, от чего Мэри начала уже захлёбываться слезами. Горло сжалось, хотелось кричать, но она не могла, и это душило её. — Всё зависит от моего настроения, и его послушания. — гордо заявил он. Пип-пип-пип       Маньяк сбросил. Тишина давила. Ей так хотелось кричать. Так хотелось обратиться в полицию… Но она знала, что этим может только навредить Тони. А она этого явно не хотела.       Был лишь один человек, что мог её выслушать. Он сам попросил если что, рассказывать ему о звонках Неизвестного. И это был Тим. Но хватит ли Мэри сил, сможет ли она засунуть свою гордость в жопу. Сможет ли довериться ему и рассказать всё.       Нет, только не сейчас. Сейчас она совсем не хочет с кем-то контактировать, но и одновременно ей нужно высказаться. Выплакаться.       Она не хочет, чтобы кто-то видел её разбитой. Она хочет казаться сильной. Хотя бы на людях. При незнакомых ей людях. Мэри хочет скрыть все свои недостатки. Все страхи. Просто чтобы казаться сильной.       Но можно ведь иногда насрать на гордость, и просто излить душу человеку, которому доверяешь?       Если Тони общается с Тимом, значит он ему доверяет, значит и она доверяет.       Лиззи в таких ситуациях лишь говорит сраное «всё будет хорошо». Но это совсем не то, что Мэри хочет услышать. Она не винит подругу, совсем нет. Но она не видит в ней того человека, которому можно излить душу и получить действительно нужные советы. Совсем нет. Хоть она ей и доверяет, любит её, уважает.       С Дэном та же ситуация.       Остаётся Тим.       Засунув всю свою гордость куда подальше, и стремление показать что она сильная, она взяла телефон. Она позвонила Райту.  — Даров, — послышался весёлый хриплый голос — что-то случилось?  — Он снова звонил. Он угрожал жизни Тони. — сдерживаясь истерику выдала Мэр.  — Ты сейчас дома? — Голос уже не был таким весёлым. Он был серьёзным. — Мэри, ты сейчас дома? — По слову, с расстановкой переспросил парень, не услышав ответа.  — Да, — выдала она, всё так же пытаясь держать себя в руках. — Да, дома.  — Не против если я зайду?  — Нет.       Звонок завершился. Слёзы, что держались все те две минуты что они разговаривали, вышли на свободу. Желание сорваться на крик так и не исчезло. Оно осталось. И с каждой минутой всё больше нарастало.       Чтобы успокоиться, Мэри, вытерев слёзы, поплелась на кухню и поставила чайник на плиту. Дожидавшись его закипания глядя в окно, она увидела знакомый силуэт, приближающийся к её подъезду.       Видимо, кружки понадобится две. Достав вторую, она успела налить в них кипяток и закинуть пакетики чая. Мэри уже знала, какой чай любит Тим, его она и заварила. А затем послышался звонок в домофон. Он пришёл.