Уизли.Уизли.Уи...Да сколько вас!?

Бло-Юнгфрун встретил свою хозяйку теплым морским ветром. Скалистые холмы приветливо сверкали под тусклым светом луны, а маяк трещал и скрипел старыми досками. Люси решила немедленно закрыть доступ в хранилище и наказать Роджера. То, что воровство Уизли не любит знали все ее знакомые, а еще они знали, чем это может обернуться для воришек. Как сейчас защитница помнила душераздирающий плач того парня, его слезы и сопли, текущие по опухшему лицу, и пальцы, засунутые в ловушку дураков, в небольшую золотую трубку в виде дракона с аметистовыми глазами и разинутыми пастями с двух сторон. Парень украл у Люси прямо на аукционе древний фолиант, первый том знаменитого Зеленого завета, сборника древний ритуалов, обрядов и тайн времен Великой Девы Марии и ее паломничества в Египте. Первый том хранил в себе ее историю, то как она зачала с могущественным колдуном, по письменам книги с самой Магией, Иисуса Христа. В нескольких главах Мария рассказывала о пророчестве, которое ей поведала Магия, по которому их сын станет воплощением божественных сил и будет являться праведникам, как благословение, а грешникам, как наказание. В Первой Зеленой книге Завета говорилось о роке магов, убивающий детей, распространяющих насилие и о горении в адском пламени маглов, осуждённых Высшими Силами по тем же грехам. Великая Дева Мария зачала от чего-то Могущественного, сравнимого с самой Магической Материей, или с ней самой, и это воспламеняло душу Люси. Разжигало в ней интерес и тягу к тайнам, желание разгадки. Только потому что Уизли заинтересовалась серией этих книг, прозванной Церковью, настоящими еретиками, дьявольским писанием и эпическим произведением, они со Стейси смогли стать родителями. Пускай одна из них погибла, так и не увидев небесные глаза дочки и ее мягкие черные кудри, но они это сделали. Они повторили подвиг, эксперимент, Девы Марии. А сейчас, такая важная для них книга, в руках предателя и вора! Люси собственноручно свернет ему шеи и плевать, что от убийства ее магия очерствеет. Нет~ Она достанет один из своих артефактов и будет издеваться над беспомощностью осквернителя, пока он весь в слезах будет молить о пощаде. Так она и сделает. Но не сегодня, на этот день у нее много запланировано и терять время на наказание, проявлять к предателю, которому она доверяла, внимание не будет. Нет. Пускай промаринуется в подвале хранилища, там как раз еще стоит решетка и антимагические кандалы. Входя в старый маяк, Люси на секунду склоняет голову перед старыми и проржавевшими доспехами. Те в свою очередь стукнули копьями с золотыми наконечниками, вверенными им как ключи охранникам. Простая деревянная дверь с проплешинами, уже наполовину открытая сменилась металлической, тяжелой и увешанной множеством защитных чар, барьеров и вязью рун. Все это девушка вручную выписывала и навешивала несколько веков назад, когда Австралия называлась «Новая Голландия», а маги не скрывали себя и колдовали перед обычными людьми. Тогда, в семнадцатом веке, в команде знаменитого исследователя и мореплавателя, Виллема Янсзона, путешествуя юнгой в теле улыбчивого мальчика, Люси и приобрела свою палочку. Отец волшебник стыдился уродливого, с кривой улыбкой, ребенка, к тому же сквиба, поэтому продал сына капитану корабля «Lam». Виллем оказался душевным мужиком и приютил мальчика, купил ему одежду и стал обучать мастерству путешественника. Сам он в шестнадцать лет пошел на службу в «Oude compagnie». Он и дал Люси в теле покинутого юноши лет двенадцати имя Кэмпбелл, что означает кривая улыбка на нидерландском языке. Голландец относился к нему с добротой и лаской, как к собственному сыну. Уизли, тогда в душе только семилетняя девочка, живущая без родителей и старших братьев в школе-пансионате, очень радовалась, когда капитан, обычно суровый и не многословный моряк, звал его (в теле Кэмпбелл) в свою каюту или к штурвалу и объяснял принципы мореплавания, основы картографии и астрономии. Эти знания сильно помогли ей в дальнейшей жизни и в обучении в Чармс. Проплывая на судне «Дьюфкен» из Бантама в сторону побережья Новой Гвинеи, Кэмпбелл удостоился чести пару раз порулить. Не описать восторга Люси, когда она держала штурвал и отдавала команды другим. С какой гордостью на нее смотрел Виллем. В свободное от работы юнги и обучения помощника капитана время, она практиковалась в магии. Как объяснял профессор Фикс перед перемещением в прошлое, волшебница входила в свое поле, парила над гамаком и медитировала по советам мистера Эванса. Да, профессор говорил, что ведьме трудно будет выйти из поля самостоятельно, но кто сказала, что это будет трудно для нее? Еще в первые дни практики в Чармс, за три недели до путешествия во времени, Люси смогла сама, без помощи Рокси или Септа выйти из состояния неуязвимости. Правда, потом у нее пошла кровь из носа, а медсестра сказала, что у девочки сотрясение мозга. Но это того стоило. После получения Золотой стипендии, Уизли могла обучаться под руководством министерских людей, которые и следили за ее состоянием и помогали советами. И теперь, будучи в теле сквиба-мальчика, Люси старалась мысленно сделать узелки в контуре, чтобы найти те материалы, из которых она самостоятельно сделает инструмент или уже готовую палочку, которую нужно будет спрятать в надежном месте и найти в будущем времени. Кэмпбелл помнила, как она с командой высадилась на берег реки Пеннефазер в западной части полуострова Кейп-Йорк, как она с капитаном и его верными помощниками исследовала побережье, как отрывались от погони аборигенов, как выкладывали камни на болотистой земле, без тел погибших. Десять человек, их она могла назвать поименно, один из них даже стал ей хорошим другом и добрым товарищем. Кристиан Талбут делился с мальчишкой-индусом пайком, помогал осваивать морские узлы, правильно мыть палубу и готовить. По вечерам, лежа в гамаке напротив Кэмпбелла, он рассказывал о своей красавице жене-Белле и сыне, что родился накануне путешествия. Крис даже не успел настругать игрушку ребенку перед отплытием, а после и времени не было. Он был врачом и постоянно обследовал экипаж, Люси, хоть и в теле мальчика, быстро простужалась, поэтому мужчина следил за его состоянием. Чтобы как-то развеселить приемного сынка, Вилем подарил самое дорогое сокровище, которое служило ему талисманом еще со службы и было подарено его капитаном. Золотистое перо феникса, не утратившее, а приобретшее еще больше магии от искренних чувств мужчины. Голландец желал счастья Кэмпбеллу, а узнав от бедного отца парня о его происхождении, решил сделать такой подарок. Люси готова была расцеловать капитана, помнится, тогда мальченка заплакал и крепко-крепко обнял хоть и не настоящего, но все таки отца. После, вернувшись в родной город Виллема Янсзона, Амстердам, Люси устроилась в помощники одного колдуна, делающего палочки. Беляус Варнер научил Кэмпбелл основам, рассказал о древесине и о сердцевине, поведал о том, что можно добавлять на палочку разные талисманы, на подобии драгоценных и простых камней, заранее заряженных магией будущего владельца, что иногда узор и вязь рун на древесине уравновешивает особо несговорчивые материалы. Из последнего своего путешествия приемный отец привез саженец голубой бузины. Деревце прекрасное, только повредилось за то время, что путешествовало из Северной Америки до Ост-Индии, где и был Виллем. Его как раз повысили до губернатора торгового порта на острове Солор. Но и тех нескольких веточек с корнями. Волшебнице хватило, чтобы под руководством мастера создать свою палочку. Длинная палочка для юношеской руки, хотя Люси душевно уже было тринадцать, а физически, как мальчику-индусу восемнадцать, с корой светло-песочной окраски и с пером феникса внутри, инструмент идеально теплился к коже и превосходно очерчивал простые чары и заклинания, которым ее обучил колдун Варнер. Волшебница, повзрослевшая в мальчиковом теле и суровых условиях в компании бравых моряков, долго искала место, где бы спрятать палочку. И когда уже идей не было, мастер позвал ее на Бло-Юнгфрун, куда слетелся его знакомый ковен на шабаш в честь весеннего солнцестояния. Там Люси познакомилась с прекрасной ведьмой, Элен, что оказалась Стейси, тоже перенесшейся в это время. Только в отличии от Уизли, Стефания душевно была на два года младше и еще не нашла дерево, подходящее для палочки. Юноша-индус с душой солнечной девчонки и девушка из Швеции с душой дочери луны. Они полюбили друг друга еще тогда, несколько столетий назад, и тогда же магия их и связала, когда Люси ведомая порывами помощи юной ведьме, отыскала где-то на отшибе маленькое деревце рябины, так похожее на саму Элен. Ведьма долго сидела в сердце подростка и в конце концов Люси не сдержалась и сбежала с работы в лавке мастера палочек. А найдя сильно корила себя за опоздание. Инквизиция каким-то неведомым образом нашла ведьм, принадлежавших ковену, к которому и присоединился и Кэмпбелл, и сожгла их. Элен была первой ведьмой, сожжённой в костре настоящих еретиков. Гонимая жаждой справедливости и местью Люси превратилась в «криворотого» колдуна самолично истребившего всех членов той группы, что казнила Элен. Кэмпбелл мучил и пытал еретиков, церковных крыс, не знающих истины, подвергающих гонениям тех, кто похож силами на их вожделенного бога. В историю магии, в Швеции частности, Люси в теле сквиба-индуса вошла, как колдун противник инквизиции, как «дьявольская улыбка» или мистер Кэмпбелл единоличный правитель острова Юло-Юнгфрун, последний из ковена «Каменная магия» и основатель ковена «Чистый смех», названного в честь его возлюбленной Элен, что своей красотой и смехом походила на колокольчик. Возвращаясь в реальность, Люси бродившая по огромному зданию внутри маяка, поняла, что застыла перед древом того самого Кэмпбелла. Истории с перемещением во времени первородных всегда заканчиваются смертью. И всегда такие маги вселяются в тела сквибов, брошенных на произвол судьбы и от которых по какой-либо из ветвей идет род первородного мага. Так, мальчик-индус, приемный сын мореплавателя Виллема Янсзона является предком по материнской линии начальнику рода Гот, Мортимеру Готу, дочь которого, Лолита, стала женой Карлосу Роудсу, прадедушки Люси. Нити, связывающие мальчишку-индуса и девчонку-вселившуюся в него очень запутанны и потому требовали внимательного рассмотрения Кротомахом, который и заказал данное древо Кэмпбелла. Люси планировала передать титул Кэмпбелла Роджеру, так как тот был старше ее, даже с учетом прожитых в прошлом лет, и являлся ближайшим родственником, носившим фамилию Кэмпбелла, Янсзон. Но после сказанного гоблинами, весь план и договор идет к чертям. *** Забрав артефакты, которые станут наказанием Роджера и создав ловушки по его поимке, в том, что он вернется, сомневаться не приходилось, Уизли отправилась к себе на участок. Бло-Юнгфрун хоть и был скалистым островом с малой растительностью, и имел немного места для деревни и всевозможных развлечений, по типу бара и музея, который собрались делать археологи, верные друзья Люси, Рик и Эви, но все же вмещал в себе много домов. «О, как можно забыть, что я крестная Алекса, родившегося совсем недавно, в октябре тысяча девятьсот девяностом. На какие-то три года старше Эстер.»-вспомнила Люси, проходя мимо своего соседа, Джека Фроста. Он старше ее три года, вылетел с Чармс за неподходящее поведение. Животные, будь то магические или обычные, так и липнут к нему. А он и рад, занимается контрабандой, правда, не всякому продает зверей. Ему нужно убедиться, что для существа предоставлены все условия. Вспоминая так же, что Кротомах говорил про заповедник или зверинец, в случае Фроста это понятия одинаковые, Уизли включила лисье зрение и постаралась как можно четче рассмотреть сооружения, что уже успел поставить маг. Осмотрев металлические ограждения и стенки будущего вольера для особо крупной твари, защитница обнаружила самого хозяина. Он, смешно подпирая стену, пытался дотянуться до огненного посоха, при этом постоянно заглядывая внутрь, будто зверье уже было там. «Что-то здесь не так»-подумала девушка и тихо подошла к другу, аккуратно подавая нужный ему инструмент. Парень испуганно ударился об угол железного вольера, когда повернул голову в ее сторону. Белые короткие волосы взъерошились, словно встали на дыбы, как у кота, а кристально чистые льдинки-глаза расширились, смотря за рыжей. -Что случилось? -наигранно добродушно спросила Люси, стараясь своим сладким тонов разъесть мозг ледяного мага. Пускай помучается перед тем, как расскажет кого опять поймал. -Да-да, ничего…а ты, какими ветрами? -непринужденно постарался уйти от ответа Джек. Он бы как обычно сложил руки в замок и стряхнул снежинки с плеч, которые постоянно падают с его головы, но руки были заняты подпиранием стены. Заметив вытянутую руку с огненным посохом, парень попытался отобрать его, но не тут-то было. Люси хитро спрятала инструмент за спиной и с глупостью в глазах, поиграла ресничками, словно влюбленная барышня. Фрост хотел бы возмутится, но из вольера послышался ужасно громкий рев, а после в предвечернее небо устремился залп огня. От шока рыжие брови Люси поползли на лоб к волосам, а рот так раскрылся, что сравнение «упала челюсть», было бы не уместно, потому что у Люси она прошибла центр земли. -Скорее, свари края!-прокричал Джек, силой магии стараясь удерживать стены. Девушка вышла из состояния страха и в темпе, насколько можно быть быстрой после новости, что на мирном острове Швеции появился ДРАКОН!, стала спаивать огненным посохом края двух металлических стен, явно усиленных рунной вязью и волшебными заговорами. Когда сплавленный шов начал доходить до макушки Джека, парень отскочила от угла и метнулся внутрь загона, верно успокаивать животинку. Уже закончив работу и окончательно придя в себя, рыжая сползала по той самой стене и села на землю. Отдышка вернулась, сердце колотилось, как бешенное, а легкие сковало ледяное кольцо. Она не могла не вдохнуть, не выдохнуть, только горло и полость рта продолжали делать движение, будто девушка дышала. Руки дрожали, перед глазами опять поплыло, но вовремя вернулся Фрост, он поднял ведьму и стал извиняться со скоростью ракеты, даже не понимая, что Люси плохо. В конце приступа, когда боль стала утихать, защитница что есть мощи залепила парню затрещину, а после добавила удар под дых. -Еще раз такое повторится, будешь устраивать мои похороны! -крикнула ему Уизли, когда уходила. Вдруг перехотелось заходить в старый дом Кэмпбелла с портретами Элен в нем, да и вообще все перехотелось, вот только ей нужно переодеться, чтобы найти Блэка. Эта Клякса прекрасно обучена скрываться, но и Люси непальцем деланная. Лиррой подождет.