Семья

Дашка прошла на кухню и взяла стаканчик с диснеевскими персонажем. Девочка проснулась первая и, решив никого не будить, захотела налить себе молока и, взяв хлопья, усесться на пол перед телевизором. Бабушка ей не разрешала так делать, и девчонка ловила редкие моменты, пока та спит. Закутавшись в одеяло как в кокон, сидеть на полу перед телевизором, жуя овсяные хлопья и запивая молоком - что может быть круче ранним утром. Только-только удобно устроившись, она услышала трель на мамином телефоне. - Блин! - Дашка встала и, взяв трубку, увидела, что звонит папа. - Привет, пап, - раздался в трубке приятный детский голосок. У Рихарда перехватило дыхание. - Привет, моя хорошая. - Ой! Это кто? - спросила девочка. - Рихард, - ответил мужчина и замолчал, совершенно растерявшись. - А я Даша, мне мама сказала, что у меня папа не Валера, а Рихард, значит, это ты? - Я, солнышко, а мама где? - Рихарда начало трясти от нахлынувших эмоций. - Она спит еще, ты когда приедешь? - Я сейчас, вылетаю, я еще в Берлине. - Давай, приезжай - тут все с ума сошли уже. - Мама вспомнила? - задал волновавший его вопрос мужчина и оттер от волнения выступивший со лба пот. - Ага, она дедушку по телевизору увидела и как упала на колени, а потом как начала кричать: "Вспомнила, вспомнила!", а потом бегала и меня крутила. Она мне фотографии показала в интернете и музыку включила. - Тебе понравилась наша музыка? - спрашивал Рихард совершенную ерунду, но он так растерялся, что в голову ничего не приходило. - Да, это круто, а клипы - нет. - А почему тебе клипы не нравятся? - Ну-у-у-у... - затянула девочка, не зная, что сказать. - Музыка хорошая, а так, вы полные придурки. - Кх-кх, - закашлялся Рихард от такой критики в свой адрес, - почему это мы придурки? Рядом с ним стоял Пауль и, открыв рот, внимательно слушал разговор. - Не знаю, я просто так сказала, приезжай, давай, и Гюнтера привези с дедушкой и того, который всех смешит, забыла, как звать. - П-пауля? - Да, Пауля привези, - она замолчала на секунду. - Пап! - Чего, солнышко? - А мне можно сидеть в одеяле на полу и смотреть телевизор? - Можно! - засмеялся мужчина. - А долго? - Сколько хочешь. - Ну, ладно, если бабушка начнет меня опять ругать, я скажу, что ты разрешил. - Хорошо, я сам с бабушкой разберусь, - волнение немного отпустило, и Рихард стал более смелым. - Дашенька, что тебе купить в подарок? - А что можно просить? - Все! - Так... купи мне бакуганов: Даркуса, Пайруса и Вентуса. - А это кто? - Пап, ну ты чего, не знаешь? - Нет, но обещаю купить. Это куклы, что ли? - Почти, а еще я хочу в парк аттракционов. - Обязательно сходим, - обещал Рихард. - Пап, маму разбудить? - спросила радостная девочка. - Дашунь, а вы сейчас где? - Мы в Москве, вчера приехали. Все злятся, что до папы Валеры не могут дозвониться. - Скажи им, что с Валерой все хорошо, мы сейчас приедем. - Ну, чего, маму будить? - Нет, пусть спит, мы скоро. - Ну, ладно, пока, - она отключилась. Рихард сидел в кресле и смотрел на Пауля совершенно осоловелыми глазами, ему было настолько хорошо, что он не мог поверить в происходящее. - Я говорил с дочкой, - лыбился мужчина. - Я, вообще-то, понял, и?.. - Они в Москве. - Да что из тебя клещами нужно все вытягивать?! Она помнит? - Дашка сказала, что помнит, Тилля увидела по телевизору и вспомнила. - Ну? Что еще Дашка сказала? - То, что мы полные придурки. - Почему? - теперь настала очередь Пауля удивляться. - Я не знаю, - смеялся Рихард. - И нам нужно купить в подарок какую-то хрень. Каких-то бакуганов. - Ну, с этим вопросом к Гюнтеру, он поможет разобраться. Едем, - он улыбнулся и взял Рихарда за руки, - едем, Рих? В Москву? - Да, едем, телефон Валере завезем, а потом за Гюнтером, блин, у него визы нет. - Ничего, Дашку сюда привезем. Дай-ка мне Валерин телефон, я номера себе перепишу хоть, - Пауль быстро переписал в свой телефон номера Муттер и Ирины. - Все, не будем время терять, пошли. - А потрахаться? - спросил Рихард. Пауль встал как вкопанный. - Ты сейчас серьезно? - Шучу, пошли, в самолете время будет. - У тебя крышу снесло точно. - А я и не спорю, я сейчас как мешком пыльным прибитый. - Оно и видно, давай, вперед. Документы взял? - Взял, так... документы, деньги, телефон, адрес... все, Поль, валим. Они вышли на улицу и, поймав такси, поехали к Тиллю, совершенно забыв, какую злую шутку сыграли с Кристофом. Когда ребята подходили к подъезду, дверь распахнулась, им навстречу вылетела злая бомжиха. - Идиоты! Придурки! Одеться нормально не дали, - орала баба, кутаясь в свое тряпье. - Как так можно с женщиной поступать? - она вытащила из кармана пальто початую бутылку водки, явно прихваченную из квартиры Тилля, и сделала несколько больших глотков прямо из горлышка. - Ах, хорошо! - передернула она плечами. Увидев смотрящих на нее ребят, улыбнулась беззубым ртом. - Все прошло заебись, если что, обращайтесь, - она поправила грязную шапку и отправилась по своим делам, на прощанье подмигнув Рихарду. - Ой, бля-я-я... что сейчас будет? - Пауль взял Рихарда за локоть. - Делаем вид, что ничего не знаем, - сказал тот. - Да нам признаться равносильно смертному приговору. Ты представляешь, что он с нами сделает? - засмеялся Пауль. - Поль, не вздумай заржать только. - Да, да, да, я буду сама серьезность, и ты тоже не проколись. Мы утром заходили и Шная не видели, прибрались немного и ушли. - Ага, - согласился Рихард, - Все, собрались, идем. Войдя в квартиру, они обнаружили мужчин с загадочными лицами. Все собрались вокруг Шнайдера, который в одних трусах сидел на табурете, обхватив голову руками, потом встал и налил себе стакан пива. - Я сейчас умру, - выдал парень. - Что тут у вас происходит? - спросил Пауль, отдавая телефон Валерию. - Да вот, барабанщик ваш отличился, - он указал на Шнайдера, - с такой красоткой, оказывается, ночью зажигал, что теперь жить не хочет. - Я в ванну, - сказал Шнайдер. - Мы проснулись от вопля, думали, Шная режут, - начал Флаке. - Ага, я в комнату к нему побежал, дверь открыл, и меня вырвало от вони, бля, всю стену заблевал, теперь ремонт делать придется, - сокрушался Тилль. - Где он ее взял-то? Хотели у мальчиков спросить, да вечером сами их отпустили отдыхать, - вздыхал старый сыщик. - Я за свою жизнь первый раз так напился, что ничего не помню. - А Оливер? - спросил Рихард. - Так он вчера к своей ушел. Шон и Йен с ним ушли, работа у них сегодня серьезная, - ответил Валера. - А чего вы мне телефон дали? Надо кому позвонить? - спросил он Пауля. - Нет, мы ведь утром тут были и взяли его, ты сам нам разрешил, чтобы Муттер позвонить. - Да? Ничего не помню, дайте мне пива, - он направился к холодильнику. - А мы, между прочим, дозвонились в Москву, я с дочкой поговорил, - начал Рихард, но осекся, поняв, что его не слушают. Мужчины мучились жутким похмельем и пили пиво, не обращая на ребят внимания. - А интересно, только Шнай с этой "чудой" спал, или мы все отличились? - задал Лоренцу вопрос Тилль. - Я точно нет, а ты под вопросом, - заржал Флаке. - Нихера не помню, - вздохнул Тилль. - Тут утром проститутки были, две штуки, мы им заплатили и отправили, - рассказал Пауль. - О! А они какие были, нормальные хоть? Или тоже как у Шани? - спросил Валерий. - Нормальные, только пьяные совсем. Чего вы так нажрались? - А кто его знает? Вчера хорошо было, - допивая пиво, ответил Валера. - Вы, смотрю, сегодня продолжать собрались, - осмотрев друзей, сказал Рихард. - Похоже, что да, а вы, присоединитесь к нам? - Тилль протянул бутылку сыну. - Нет, мы в Москву, к Муттер. - Они в Москве? - спросил пьяный опять Валерий. - Да, приехали уже, я с Дашкой говорил. - А Дашка кто? - спросил Тилль. - Внучка твоя, пьяница. - Моя внучка пьяница? - хмыкнул Тилль. - Не, она маленькая еще, - ответил ему Василич и засмеялся. - Ну, тут все понятно, давай Шная проведаем и поехали в Москву, - предложил Паулю Рихард. - Пап, ты маме хоть позвони, - сказал Пауль. - Не, она орать начнет, потом позвоню. Все равно получать придется, потом сразу и выслушаю, - он достал из под стола водку. - О! Нежданчик! Кто со мной? Пьянка стихийно продолжалась, и на Рихарда с Паулем никто внимания не обращал. Они постучали к Шнаю в ванну. - Открывай, оболтус. - Уходите, я последнее чмо! - крикнул он им через дверь. - Ну, это не секрет, открывай, иначе я выломаю дверь сейчас, - пригрозил Рихард. Щелкнула защелка, и они, зайдя, увидели друга сидящего в пенной воде с понурой головой. - А если я заразился от нее чем-нибудь страшным? Фу, какая гадость... - Шнай обхватил голову руками. - Сходи, сдай анализы, - сказал Пауль. - У меня, наверное, вши и блохи и хуй знает, что еще, - причитал мужчина. - Побрейся, - предложил Рихард и улыбнулся, шутка заходила все дальше. - Хорошо, подай мне тогда станок для бритья, - попросил Шнай. Рихард выдал ему бритвенную принадлежность, которую достал из шкафчика. - Мы в Москву, кстати, Муттер все вспомнила, - сказал он, отдавая бритву. - Вот так. Нет бы с вами поехать, а я теперь в больницу побегу, идиот, - ругал сам себя мужчина. - Вы все тут хороши, ладно, мы привезем ее сейчас сами. - Удачи вам, парни, расцелуйте Мод за меня. Ребята вышли из квартиры и, присев на корточки, стали ржать. - Я даже не ожидал, что все получится, - давился смехом Пауль. - Ага, он теперь еще и налысо побреется, - не отставал от него Рихард. - Ну, что, в детский мир за подарками и в Москву? - отсмеявшись, сказал Пауль. - Ага, в Москву. Они выбежали из подъезда в прекрасном настроении и двинулись в сторону огромного магазина для детей. Тем временем Шнайдер сбривал с себя все волосы - везде, во всех местах. Ему было жутко противно и омерзительно вспоминать все, что произошло. То, что он ничего не помнил, еще больше усугубляло ситуацию. Но момент пробуждения он запомнит на всю жизнь.

***

Когда хмельной сон отпустил Дума, он заворочался и, опустив руку по своему телу нащупал голову, лежащую у него на животе. Взъерошив волосы, он, не открывая глаз, потянулся и почувствовал, как приятно кто-то сжал его яички. - М-м-м-м... минет, - попросил мужчина и подтолкнул голову к паху. Ощутив, как его вставший член начали сосать, он полностью проснулся и почуял ужасный смрад. Принюхавшись, он открыл глаза и, привстав на локтях, увидел, кто лежит рядом и у кого во рту его член. - А-а-а-а! Ты кто?! - он вскочил с кровати и начал вытирать слюни с органа пододеяльником. - Почему тут так воняет?! - Нежный какой, - оскалилась дама беззубым ртом. - Бля-я-я... сука... я что, спал с тобой?! - Не только спал, - заржала баба, встав с кровати и продемонстрировав свое грязное и морщинистое тело. Волосы на лобке у нее росли чуть ли не до самого пупка, сиськи тонкими колбасками свисали, кончаясь темно-серыми сосками. - Ой, фу, гадость... не-е-ет, не-е-ет!! - орал Шнайдер. - Меня сейчас вырвет, - он пулей выбежал из комнаты и нагнулся над унитазом. Шная рвало, его выворачивало наизнанку, ему еще никогда не было так плохо. Как он мог переспать с такой теткой? Вспомнив ее тело, его снова стало рвать. Почувствовав, как кто-то коснулся его спины, он отпрянул в сторону и вжался в угол. - Шань, ты чего, плохо? - спросил Тилль, забежавший смыть с себя рвоту, которой только что обделался. - М-мы, - проскулил барабанщик и тыкнул пальцем в сторону спальни. - Я уже видел, как ты смог? Где ты ее взял? - Она мой член сосала, - заплакал парень. - Фу, - Тилля снова вывернуло. - Фу! Что за вонь? Сука! Пошла вон отсюда, - раздались вопли из комнаты. - Бери, что хочешь, только вали на хуй! Пошла, пошла отсюда, - кричали проснувшиеся мужики. - Это "что" мимо нас сейчас прошло и забрало водку? - спросил строго лохматый Флаке, заглянувший в ванну. - Это подружка Шани нашего, - Тилля снова вывернуло. - Шнай! Ты охуел?! - заорал Лоренц. - Тебе совсем похую, кого ебать?! Тот ничего не говорил, а сидел голый в углу и отирал слезы. - Вай, блядь, открывайте окна, проветривать нужно, - сказал Тилль. - Да тебе теперь дезинфекцию нужно делать, - сказал Флаке. - Дайте мне трусы, - попросил Шнай. - Я свои не надену и одежду тоже, она там вся провоняла. - Сейчас дам, ловелас недоделанный, - пробурчал Тилль и вынул из шкафчика боксеры. - Звони Еве, пусть тебе шмотки принесет, - сказал Флаке. - Нет, я ей ничего рассказывать не буду, тут Рихины есть, я знаю, - шмыгал носом Шнайдер. - Ребята, я все, я больше не буду Еве изменять, никогда-никогда, и пить столько не буду. Я мудак! Мне плохо! Я мыться! – он полез под душ. Оставив Шная смывать с себя кошмар, мужчины направились в комнату. Все окна были уже открыты, а дверь в спальню заперта, бомжиха уже ушла, но запах от нее так и присутствовал. - Ну, бля, Шаня! Извращенец! - возмущался Валерий. - Баб давайте снимем, снял е-мае! Фу! - передернуло мужчину. - Где он? - Моется, сейчас придет. Да уж! - Тилль сел и взял пиво. - Блядь! - он увидел свою рвоту на стене. - Сука! - он достал из ящика под раковиной ведро и тряпку и стал смывать вчерашний ужин. - Сука, надо Шная заставить мыть. - Прости, - услышал Тилль за спиной. - Да ладно уже, иди - опохмелись, тебе сейчас нужно. Убрав рвоту, Тилль отнес ведро в ванну и, вымыв его и тряпку, убрал все на место. Так их и застали пришедшие Пауль и Рихард, сидевших и смотревших на несчастного Шнайдера. Который только и мечтал снова отправиться в ванну и смывать и смывать с себя всю грязь, которая, как ему казалось, въелась в кожу. Он клялся самому себе, что больше никогда-никогда не посмеет даже посмотреть в сторону чужих баб. "Только Ева, только бы она его простила, только бы он ничем не заразился".