Семья

Иногда полезно хорошенько выплакаться. Полчаса спустя Аделаида стояла в ванной перед зеркалом и разглядывала себя распухшими от слез глазами. Вернувшись на кухню, она увидела на пороге Рихарда с тортом. - Вы будете обедать, Аделаида? - Спасибо, – свалившиеся на ее голову несчастья отбили аппетит, а последние сутки просто измотали. «Неужели этот мальчик увезет мою маленькую девочку?» - она готова была его просто разорвать. - Я хочу, чтобы ты ушел, навсегда, покинул нашу жизнь и оставил все, как было раньше, - непреклонно заявила она, стараясь говорить с чувством собственного достоинства. Темные глаза женщины метали молнии, парень кожей почувствовал, как она его в этот момент ненавидит. - Вы же прекрасно знаете, что этого не произойдет, - Рихард посмотрел ей в лицо и расхохотался. Темные глаза женщины зло сверкнули. - Послушай, я знаю, ты считаешь себя совершенно неотразимым, самым умным, самым успешным и всех вокруг в этом убедил. Но меня ты не обманешь! Ты самый настоящий хулиган, панк и прощелыга! - Вы действительно так думаете? - Рихард проницательно изучал ее. «Что это? Ревность? Безумие? Маразм?» - Я не понимаю, о чем вы говорите, – он попытался пройти мимо женщины. - Я не позволю тебе увезти Дашеньку! – Аделаида схватила парня за ворот толстовки и начала трясти. - Ради бога, отпусти меня! - крикнул он и попытался, держа торт одной рукой, второй оторвать ее от своей одежды. - Бабушка, отпусти папу! – девочка, встав между взрослыми, попыталась их отпихнуть друг от друга. - Я буду делать то, что захочу! Я всегда добиваюсь того, что мне нужно! И вы не в силах мне в этом помешать! – твердо заявил Рихард. Его глаза вспыхнули и наполнились злобой. - Ты не сможешь ее насильно увезти, я тебе не позволю! - А вы не в праве нас тут оставить. В конце концов, у нее есть мать, и она поедет со мной! Ирина, оцепенев, смотрела на все происходящее. Девушка не могла поверить, что Аделаида может так себя вести, она чуть в драку не лезла с пацаном. Вышла с заплывшими от слез глазами и взъерошенными волосами как фурия, как старая ведьма. Ирина глубоко вздохнула. Нужно было спасать ситуацию. Она решила разбудить Мод и ее мужа. Поднявшись, женщина распахнула дверь к ним в комнату. - Вставайте уже, у нас там сейчас война начнется. Аделаида совсем сошла с ума, она Рихарда выгоняет. - О Боже! – Мод проснулась и потянулась за халатом, который, накинув на голое тело, быстро завязала поясом. – Пошли скорей, что там у них происходит? Муттер быстро спустилась по лестнице и подошла к Рихарду, положив ему руку на талию, она посмотрела на свою бывшую свекровь и не узнала в этой злобной старухе ту очаровательную женщину, которую знала все эти годы. - Аделаида, что происходит? Что с вами? - Ты собралась устраивать свою жизнь? Вот и устраивай, - она уперла руки в бока и с вызовом посмотрела на девушку. - А мне оставь внучку. - Мама, я не хочу без вас оставаться, - девочка прижалась к матери и обняла ее за ноги. - Никто тебя тут не оставит, не переживай, - Рихард погладил дочку по головке свободной рукой. - Я не оставлю тебя этой ревнивой бабке-собственнице. - Ах ты самодовольный наглец! – прошипела она сквозь зубы и поддала рукой под торт, который, подлетев ввысь, начал переворачиваться кремом вниз, и с него стали слетать красивые розочки и бантики, которые плашмя падали на лица и головы внизу стоящих людей. Все замерли, не в силах пошевелиться и просто не веря в происходящее. Произведение искусства, созданное с любовью и заботой кондитера, шлепнулось на Дашкину голову и большими кусками, отвалившись, упало на пол. - Вы тут такой скандал закатили специально, чтобы тортом покидаться? – спросил подошедший Пауль. – Могли бы позвать, я бы начал без криков. Он пальцем мазнул по Дашкиному носу, и, зацепив кусочек крема, облизал палец. – Вкусный был торт. Зря вы его уничтожили в хлам, - сказал мужчина с совершенно серьезным лицом. - Мама! Я вся липкая, - хотела уже расплакаться девочка, но заметив, как потихоньку начинают смеяться взрослые, не стала плакать, а последовала их примеру. Слезы обиды все еще пытались пробиться из ее глаз, но вид согнутых пополам от смеха отца и матери растягивал ее губы в улыбке. Пауль ржал в полный голос, приседая на корточки, а Ирина стояла за ним и снимала все происходящие на телефон. Аделаида в полной растерянности начала оборачиваться по сторонам, и в какой-то момент ее взгляд наткнулся на зеркало. Оттуда на нее смотрел ее новый образ - с растрепанными волосами и перекошенным от злости лицом. Женщина мотнула головой, и ладонь прошлась от глаз вниз к подбородку, стирая ошметки крема, ненависти и помешательства. Та Аделаида, которой она была последние сутки - уверенная в себе, самодовольная стерва - стиралась и исчезала, уступая место той - доброй и радостной женщине, которой она была всю свою жизнь. - Это что такое сейчас было? – спросила она у молодых людей, которые уже, сидя на полу, начали прямо с пола собирать бисквит и размазывать друг другу по лицам. - Это сигнал к тому, что нам нужно всем собираться и ехать в Берлин, – сказал Пауль, первый справившись со смехом. - Ага! Точно, нужно ехать. А поесть? – спросила ошарашенная Аделаида. - Мы уже поели торт, - ответила Муттер, стирая с себя остатки крема. - Бабушка, полей нас пепси-колой, - попросила смеющаяся Дашка и растянулась на измазанном полу в полный рост. - Со мной таких зигзагов еще не случалось, - сказала Аделаида и направилась в ванну. - Нам тоже нужно с себя все смыть, хорошо, в большом доме много санузлов. Ребят, я с Дашкой мыться, а вы вдвоем, - Муттер взяла на руки смеющуюся и вырывающеюся девочку и отправилась с ней мыться. - Ну а мне, конечно, мыть пол, - вздохнула Ирина. - Если хочешь, мы тебя сейчас тоже изваляем в торте, - предложил ей Пауль и уже приготовился собрать в ладонь крем с пола. - Нет! Я лучше уберусь, идите мойтесь. А я вам пока найду что-нибудь одеть из вещей Валерия. - Ирин, дай нам тапки чистые, не хочется полы пачкать, пока мы до ванной дотопаем, - попросил ее Рихард, вставая и смахивая с себя остатки торта. - Сейчас, - она сбегала в коридор и принесла ребятам гостевые шлепки. Сменив обувь, они поднялись наверх и заняли уже знакомую ванну. - Слушай, у меня бисквит даже в трусах, - жаловался Пауль, снимая одежду. - И у меня тоже, все тело в креме, - показал ему Рихард свою спину. Прикоснувшись к любовнику, измазанному тортом, Пауль вдохнул аромат ванили. - Как же ты приятно пахнешь! - он провел языком по его шее и развернул к себе, целуя Рихарда в розовые, чуть влажные губы. И каждый последующий поцелуй длился дольше предыдущего. При этом Пауль почувствовал, что мужчина начал дрожать. - Давай под горячий душ, - он шлепнул парня по заднице. - Я не от холода еще, - Рихард не отпускал губы Пауля. - Везде меня целуй. Или, хочешь, я тебя? - просил мужчина. Пауль и не заметил, как Рихард стянул с него брюки. Он, опустившись на колени, взял в рот его член и начал щекотать горячим и влажным языком уздечку, заходя языком в дырочку. - Сладкий мой, - шептал парень, лаская любовника. - Иди ко мне, - ласково, с придыханием сказал Пауль. - Я хочу тебя, нагнись. Рихард послушно наклонился, упираясь руками в бортик ванны, расположив ноги шире для удобства любовника. Пауль, смазав себя все тем же кремом с торта, одним уверенным движением вошел в тесную дырочку, яичками ударившись о его попку. Рихард судорожно сжался, и Пауль почувствовал, как сильно мышцы обхватили его член. Дав немного привыкнуть к вторжению, он склонился вперед и стал облизывать со спины остатки крема. Его прерывистое дыхание начало обжигать кожу, срывая стоны наслаждения. Рихард протянул руку и прижал бедро Пауля к своему телу, равномерными толчками направляя член в свое нутро. Он тихонько застонал в такт толчкам, его дырочка совершенно расслабилась, целиком получая член, усиливая удовольствие. Еще немного, и эта волшебная сказка закончится. - Рих, я не хочу так быстро, - сказал Пауль и отстранился от любовника. - Поль, вернись, - попросил Рихард. Плавно входя вновь, касаясь головкой его простаты, прижимая его ягодицы к животу, Пауль старался сдерживать наступающий оргазм. Он опустил руку под живот Рихарда и дотронулся до члена, который сотрясался под ударами его тела. Пауль размазал капли смазки, сочащиеся из отверстия головки, продолжая аккуратно входить в любовника. Возбуждаясь еще больше от прикосновения, Пауль больше был не в силах себя сдерживать. Резкими толчками он начал входить в тело Рихарда, мелко дрожа и постанывая в экстазе. Любовник тоже задышал тяжелее через сжатые зубы. Тело прогнулось от блаженства, колечко его ануса вдруг резко сжалось, натянув кожу на члене. Крепко захватив его и до боли натянув, Рихард добился от любовника фонтана долго сдерживаемой спермы. Из его члена тоже полились струи, которые размазывал Пауль. Мужчины слились ритмичными содроганиями, и им показалось, что из Рихарда вытекает сперма Пауля. - Блаженство, - шептал Рихард, не выпуская из себя любовника. - Пошли уже мыться, иначе нас Аделаида твоя прищучит, – сказал Пауль. - Она не моя, - Рихард поднялся и оказался в объятьях любовника, чувствуя нежные поцелуи на своей шее.

***

В самолете, летевшем в родную страну, Рихард спал. Бессонная ночь дала о себе знать сразу после взлета, и, отклонив немножко кресло назад, парень погрузился в глубокий сон. Дашка начала приставать к Паулю с разными вопросами про Гюнтера и дедушку, а он ей рассказывал, вспоминая разные смешные истории из жизни. Муттер смотрела на них, и легкая улыбка играла на ее губах. Ирина в очередной раз попросила поесть, и Аделаида подала ей заботливо упакованный бутерброд. Их ждали Берлин и семья, состоящая не только из родных и близких, но и из верных друзей, готовых пройти любые испытания и лишения ради счастья и спокойствия любимых людей.