100 дней с тобой

Я поставила последнюю коробку в багажник авто, и тяжело вздохнула. Хотелось забежать в дом, закрыться и больше никогда не выходить. Но этот день настал, и я должна покинуть семейное гнездо, которое мы с отцом оберегали так долго. Оборачиваюсь и последний раз осматриваю дом, пытаясь впитать его образ до малейших деталей. На глаза наворачиваются слезы, но я собираю всю свою решимость в кулак, и сажусь на водительское сидение. Никогда не думала, что я настолько сентиментальна. После смерти отца я думала, что сойду с ума. Я должна была самостоятельно устроить похороны, видеть, как закрывается крышка гроба, а в нем лежит самый дорогой мне человек. А через короткое время стало ясно, что самостоятельно девятнадцатилетняя девушка без работы не сможет содержать целый дом. Мне пришлось продать его и просить помощи у моей матери, которая бросила нас с папой, когда я была еще малышкой. Мы не общались много лет, и, по правде говоря, я очень удивилась, когда она продиктовала мне номер своего дома и сказала, что с радостью примет в семью. На похороны она так и не приехала. И сейчас меня ждет длинный путь в Москву. Крепко сжав руль, я отправилась навстречу новой жизни. За всю поездку я останавливалась четыре раза в мотелях, чтобы поспать, перекусить и сходить в душ. В Москву я приехала уже поздно вечером, что совсем было мне не на руку. Я боялась, что мама легла спать, и всю ночь мне придется перекантоваться в машине. Звонить и будить ее мне не хотелось. Я достала бумажку с адресом, и включила старенький GPS-навигатор, который папа установил на мое шестнадцатилетие. Ввела название улицы и остановилась на светофоре в ожидании маршрута. Хотя ночная Москва не очень отличался от Питра, но она была по-настоящему прекрасна. Повсюду громоздились небоскребы, которые возвышались над огромным количеством магазинов, бутиков и ресторанов. Я ехала в самом сердце города, и все тут кричало о его красоте и оживленности. Я опустила окно и вдохнула прохладный воздух, который тот час взбодрил меня. Через полчаса я заехала на улицу моей «новой семьи», хотя я ее таковой не считала, и нашла дом номер 44. В моему удивлению, возле дома было много машин, а из одно окон дома доносилась громкая музыка. Похоже, тут была вечеринка. Неужели мама могла выкинуть такое? Похоже, я ее совсем не знаю. Еще раз сверившись с адресом я решилась выйти из машины. Вещи я решила оставить в багажнике на случай, если меня все-таки выпрут из дома. Чем ближе я подходила к двери, тем отчетливей слышалась музыка, и быстрее билось мое сердце. Нажала на звонок. Никто не подходил. Видимо, из-за музыки не было слышно. Подождала еще немного и нажала снова. Задержала палец на кнопке чуть дольше. В ожидании выламываю себе руки. Наконец-то дверь распахивается, и я вижу перед собой улыбающегося парня. У него взлохмачены волосы, а в руке он держит бутылку пива. Сначала он смотрин на меня несколько недоуменно, и я уже собираюсь открыть рот, как он оборачивается к друзьям и кричит: - Ребят, стриптизерша прикатила! Не успеваю я опомнится, как стою в центре большой комнаты, заполненной людьми. Все взгляды устремлены на меня, а я не могу сказать ни слова. Оглядываюсь, и замечаю парня, сидящего прямо передо мной. По бокам от него сидят две девушки. Одна пытается залезть ему в штаны, а вторая целует в шею. Но он смотрит на меня. Окидывает взглядом мою фигуру, и в глазах плещутся наглость и похоть. Вот, что я вижу, когда наши взгляды встречаются. Я слышу, как парни вокруг окликают меня. «Ну.. Давай же… Обработай нашего именинника». Проходит всего пару секунд, но реальность тянется как будто в замедленной съемке. Я наконец-то беру себя в руки, и пытаюсь перекричать шум: - Я бы хотела поговорить с Анжеликой Рамм! Я ее дочь! При этом я активно жестикулирую, и чувствую себя полной дурой. Мне уже начинает казаться, что нет здесь ни мамы, ни места где я должна была провести ближайший месяц своей жизни. Музыка стихает, а с ней и общие разговоры. - Я дочь Анжелики Рамм, - безнадежно выпаливаю я. Со всех сторон доносятся разочарованное нытье парней. - Ты не стриптизерша? – Слышу я чей-то голос из толпы. Мне становится неловко, ведь все до сих пор смотрят на меня, и я краснею. Парень на диване хмурит брови, и, растягивая слова, с недоверием бросает: - Как ты сюда попала, крошка? Щеки вспыхивают. - Я приехала из Питера. Мама сказала, что я могу пожить здесь, пока не найду квартиру. Но я, похоже, ошиблась. С этими словами я разворачиваюсь и кидаюсь прочь из дома. Там, стоя в центре на всеобщем обозрении, на меня накатила такая безысходность и смятение, что мне захотелось скорее выйти в дверь. Да уж, Волкова, какая же ты слабохарактерная. Что же мне теперь делать? На дворе ночь. Ее я смогу переждать в машине, а куда податься потом? Я ехала сюда в надежде на жилье и приют. Денег осталось совсем мало, почти все потратила на бензин. Их не хватит даже на какую-то убогую комнатушку на окраине города, ведь цены тут не такие, как в Питере. Я села в салон машины, и дала волю слезам. Я совершенно не понимала, куда мне идти и что делать дальше. Бензин в баке был на пределе, на долго его не хватит. От раздумий меня вывел стук в окно. Я подскочила от неожиданности и увидела того парня, который назвал меня «крошкой». Он стоял на улице, и смотрел на меня, изогнув одну бровь. Мне он показался не более, чем напыщенным и наглым. Я вылезла из машины, и в ожидании уставилась на него. - Итак, - начал он. Все его лицо выражало серьезность. – Я тебя слушаю. Он мне поверил и хочет меня выслушать? Это мой шанс. Я начала поспешно объяснять. - Меня зовут Ева, я дочь Анжелики Рамм. Мой отец скончался пару недель назад, - я сглатываю. – Мама сказала, что я могу пожить здесь, пока не найду работу и квартиру. Вот я и приехала, а тут… - Сколько тебе лет? – Перебивает меня парень. Он стоит со скрещенными на груди руками, но во взгляде уже не проскальзывает недоверие. Скорее, непонимание. - Девятнадцать. Сейчас я замечаю, что он довольно привлекательный. У него красивые карие глаза и мускулистое тело. Тяжело было пропустить такого парня, если он пройдет мимо за счет роста. Но сейчас меня заботило больше мое положение, и я в упор смотрела на него, ожидая ответа. Но он молчал и долго всматривался в мое лицо. Это было странно и пугающе, но я пыталась выдержать его взгляд. Наконец, он перевел взгляд на машину, и нахмурил брови. Ну конечно, она достаточно выделялась среди припаркованных возле его дома машин. Но она не была так плоха, как ему казалось. - Анжелика сегодня улетела в Лондон с моим отцом, и я не представляю, зачем она дала мой адрес. Могла, по крайне мере, предупредить меня. – Наконец произносит он. В его фразе я слышу недовольство. Похоже, он не особо любит ее. – Я Влад, ее сын. Я окончательно растерялась. Ну, вот и все, сейчас он скажет, чтобы я проваливала от сюда, и не мешала его вечеринке. - Что ж, раз ты все равно тут, я позволю тебе остаться на месяц, чтобы ты смогла найти работу или что там еще. Я не верю своим ушам. Он разрешил остаться у него. О большем я и мечтать не могла. - Спасибо огромное. Я не буду докучать, обещаю. Я могу убирать, готовить. Ты меня почти не заметишь. - Еще бы, - со смешком произносит он, и оборачивается к дому. – Егор! На пороге я замечаю парня. Он курит с парочкой парней, но, услышав оклик Влада, поворачивается и направляется к нам. - Егор, Ева. Ева, Егор, - скучающим голосом произносит он. – Отнеси ее вещи в гостевую комнату. Меня ждут гости. На этих словах он направляется к дому, оставив меня наедине со своим другом. Мне становится не по себе. - Не принимай близко к сердцу, он не всегда такой урод, - с улыбкой сообщает Егор. – Рад познакомится с тобой. Ты, правда, дочь Анжелики? - Я тоже рада. Видимо, да. Егор оказался первым человеком здесь, кто отнесся ко мне дружелюбно, и это придало мне немного сил. - Где твои вещи? – Спросил он. Я указала на багажник, и он ловко достал от туда мой чемодан и коробки. Все мои вещи мы перенесли наверх за один заход. Думаю, если бы их больше, я бы попросила Егора спуститься за ними, потому что снова пережить любопытные взгляды гостей я бы не смогла. Мы остановились на втором этаже, и он произнес: - Влад не уточнил, какая именно из гостевых комнат, так что, думаю, ты можешь выбрать. Всего их оказалось три. Первая была выдержана в темных тонах и вид выходил на парадный двор. Она сразу не пригляделась мне. Вторая почти полностью была из дерева. В комнате была двуспальная кровать, напротив которой располагался телевизор и журнальный столик. На стене висели картины. Увидев третью комнату, у меня перехватило дух. Светлая, просторная, а огромные окна открывали прекрасный вид на ночной океан. В центре стояла кровать королевских размеров. Я с большим трудом сдержалась, чтобы не залезть под одеяло прямо в одежде. В ней, как и в других комнатах, была отдельная ванная комната. Унитаз, больная белоснежная ванна, столик для туалетных принадлежностей, полочка с запасными полотенцами и зеркало в золотистой раме. Я влюбилась в эту комнату, и попросила Егора занести сюда мой чемодан. Я заверила его, что он может идти продолжать веселиться, а я лягу спать. После дороги я очень устала, и распаковывать вещи я была не в силах. Все, на что меня хватило – это быстро ополоснуться в шикарном джакузи Влада, и, как только моя голова коснулась подушки, я провалилась в сон. Мне снились карие глаза и мраморный пол гостевой комнаты.