Жертва неудачной игры

      Палата была наполнена размеренным писком прибора, отсчитывающего стук сердца. Лицо девушки, лежащей на койке, было умиротворëнным и бледным. Глаза закрытые, и, даже казалось, словно и ресницы не трепыхались. Грудь едва заметно вздымалась от каждого вдоха. А голова была забинтована.       Рядом, прямо рядом с больничной койкой, сидела Беатрис на стуле. Она сжимала руку девушки так трепетно и нежно, и при этом держалась за неë так, словно от этого зависит еë жизнь. Еë рубиновые глаза обеспокоенно оглядывали совсем не шевелящуюся дочь.       Прошло уже несколько дней с тех пор, как Комори Юи потеряла сознание при своём отце. И хоть врачи уверяли, что жизни ничего не угрожает, блондинка так и не открыла своих глаз ни разу.       Беатрис тяжело выдохнула, крепче сжав ладонь дочери.       — Юи… Милая… Просыпайся скорее… ***       — «Почему здесь так темно? Почему так тихо?»       Юи не могла уже точно сказать, сколько она находилась в этом месте. Здесь было темно, ужасно темно. Этот глубокий чëрный цвет словно полностью пробрался в глубины девушки, он словно хотел высечься на периферии еë сознания, в еë взгляде, в еë памяти.       — «Что я здесь делаю? Где я? Что произошло?»       Она уже много раз об этом думала. Каждый раз пыталась вспомнить хотя бы что-то, но каждый раз в голове словно каша. Юи едва понимает, кто она сама. Едва осознаëт, что у неё есть своё прошлое, своë настоящее. Но словно на памяти, сколько бы раз в ней ни рылась, стоит блок.       Тогда она думает, и думает, и думает… Размышляет о том, что произошло, о том, что знает. Всë время Юи прислушивается. К звукам, запаху, к своим ощущениям, к чувствам и эмоциям. Иногда слышит писк прибора, иногда ощущает запах хлорки.       Юи пытается постоянно ходить. Шаг за шагом исследует это тëмное место. Однако, сколько бы времени она тут не провела — не находит ни конца, ни края. Здесь нет света, словно его здесь никогда и не было. Порой ей кажется, что находится в этом месте уже очень, очень долгое время. Возможно, даже целую вечность?       А иногда ловит себя на мысли, что это место — сама вечность.       Тогда почему снова пахнет медикаментами и хлоркой? Почему она снова слышит писк приборов? А иногда и чьи-то едва слышимые, неразборчивые голоса.       — «Но что я делаю в больнице? Почему я здесь? И как могла оказаться?»       Комори не раз ощущала, как еë плечи ëжатся словно под чьим-то взглядом. Она уже не была уверена — была ли это паранойя, или что-то другое.       Но если это паранойя, то кто же эта красивая женщина?       Иногда она мелькала где-то вдалеке, и Юи едва еë замечала.       — «Но почему сейчас она стоит так близко?»       Если бы Юи захотела — она могла бы легко добраться до неë. Напротив стоящая была действительно очень близко.       Еë лиловые волосы развивались словно от ветра. Но собственные белокурые локоны Юи совсем не колыхались, не говоря уже о том, что сама девушка не ощущала ни единого порыва воздуха. А зелëные глаза почему-то выглядели такими знакомыми. Но на чьи они похожи? У кого она видела такие же глаза?       Фиолетоволосая же в своë время смотрела на неë слишком высокомерно.       — «Но кто она такая? Что она тут делает?»       — Эй, — женщина резко сменила позу, складывая руки на груди. — Я по-твоему похожа на собачонку? Не думаешь, что уже слишком долго глазеешь на меня?       — «Н-но кто вы?»       Хотела бы спросить Юи, однако из еë уст не вырвалось ни звука. Возможно, и сам рот не открылся, она уже совсем не была уверена даже в своих собственных ощущениях.       Однако женщина лишь усмехнулась. В смешке послышалась нотка игривости. Сейчас она была похожа на кошку, играющую со своей добычей.       — Эй, — она снова обратилась к старшекласснице, — Тебе не кажется, что пора вернуть чужое?       — «Что?»       — Ну же. Верни его мне. Ты слишком долго им пользовалась. Фу-фу~       Пока женщина посмеивалась словно переливами колокольчиков, Комори почувствовала удар. Сердце словно сжали в тисках, да так сильно, будто могли вот-вот раздавить.       Юи схватилась за свою грудь, а может и не схватилась вовсе. Она лишь успела зажмуриться, не в состоянии дышать из-за колющей боли где-то в груди.       — Эй. Я же сказала вернуть мне моë. Ты уже достаточно им пользовалась. Верни его!       Она рвано вдохнула, прежде чем заметила, как женщина оказалась перед ней. Фиолетоволосая засмеялась, словно сумасшедшая.       — Ну же. Ну! Верни его! Верни мне то, что украла!       — «О чем она?!»       Цепкие женские пальцы схватились за девичьи плечи, да так крепко, словно хотела их сломать. Почему эта сила казалась Юи слишком знакомой? Когда она её ощущала?       — «Кто она? Что эта женщина, чёрт возьми, хочет?!»       Затем Юи почувствовала ещё один удар, и ещё один. Её сердце то резко учащало свой ритм, то вовсе замирало, словно готовое вот-вот умереть. Сознание ускользало, как песок сквозь пальцы, под заливистый смех лиловолосой красавицы.

***

      — Юи!.. Юи, милая! Юи!       Беатрис резко подскочила, сильнее хватая ладонь дочери. Прибор, что ранее умиротворённо пищал, теперь то заходился в своём ритме, то пронзительно верещал, болезненно протяжный. Врачи вбегали в палату, что-то кричали женщине, медсёстры сумбурно хватались за неё и подталкивали к дверям. Сама же мать лишь сжимала свои плечи, пока дверь будто нарочно медленно закрывалась, показывая, как медики суетились над её старшим ребёнком. До последнего момента рубиновые глаза с замиранием сердца следили за телом, лежащим на койке, что то вздрагивало, то судорожно замирало. А стоило двери закрыться, как время, казалось, замерло. Молодые девушки осторожно подвели Комори к лавочке, одна убежала за успокоительным.

***

      Когда Комори открыла глаза, на улице уже смеркалось. Зашедшая проверить её медсестра тут же подскочила к девушке, осматривая и вызывая врача. В нос ударил запах медикаментов и хлорки. Белый цвет потолка слишком слепил после всего того времени, что Юи провела в том пугающе тёмном месте. Могло ли это быть само её сознание? Или что-то другое?       Старшеклассница была словно в трансе. Она не особо следила за тем, как в её палату вбежал врач. Лишь на автомате отвечала на все его вопросы об её самочувствии, однако мыслями была совсем в другом месте.       В голове была полная каша. Воспоминания едва ли укладывались в ней, навалившиеся, словно лавина. Она хмурилась, пыталась уложить всё по полочкам. Каждую информацию, каждую частичку, что могла помнить или узнать.       И было кое-что ещё…       Юи слишком отчётливо ощущала стук своего собственного сердца. Как и было в последний момент — оно то замирало, то слишком резко ускорялось. Бывало ли с ней такое когда-либо?       Нет, она была уверена — такого не происходило никогда. Эти новые ощущения были слишком странными и неестественными. Но, увы, Комори ничего не могла с ними поделать.       И что она могла поделать со странным ощущением того, что за ней наблюдают всё ещё те зелёные глаза женщины?

***

      — Юи… — шепчет сестре Ая, приподнимая голову с её груди и заглядывая в глаза, — А как алкоголь поможет нам? — как можно тише спрашивает, дабы услышала только блондинка, которая в ответ задумывается.       — Он станет эмоциональнее за счёт опьянения, — укладывая голову девочки обратно, Комори-старшая аккуратно поглаживает её по голове. — И можно будет легко подловить на домашнем насилии, — ещё тише шепчет, — Не волнуйся, я тебя совсем скоро вытащу отсюда и ты снова увидишь маму, — добавляет девушка, тепло взглянув на Комори-младшую, — А пока что спи… Нам много ещё нужно сделать.       Сёстры Комори расположились на кровати, в комнате у старшей. Пока младшая жалась к ней, совсем как младенец к матери, Юи ласково гладила её, целовала в макушку и лишь крепче прижимала сестру к себе. Она так желала уберечь свою малышку от всего того ужаса, что предстоит самой девушке устроить.       И устроить его нужно было как можно скорее. Однако… хотя бы этот день она полностью посвятит своей младшей сестре.

***

      Юи тяжело вздохнула. Следующий день и какой-никакой сон помог немного утрамбовать все её мысли о прошлом в голове.       — Юи? Что случилось?       Она повернула голову, наконец вынырнув из своих мыслей. На глаза попалась обеспокоенная мать. Женщина крепко держала её за ладонь, ласково поглаживая и тепло глядя в её глаза. Едва посмотрев на неё, Комори-младшая прижалась к матери, обнимая.       — Ох, милая?       Беатрис обняла свою дочь, поглаживая её по спине. Ещё ночью она примчалась к ней, стоило только ей получить звонок о том, что Юи очнулась. Рыжеволосая облегчённо выдохнула, чуть крепче сжимая в своих тёплых объятиях девушку. Ещё прошлым днём она видела, как резко ухудшилось её состояние, а теперь, с этой ночи, может обнимать своего старшего ребёнка и полноценно строить с ней диалог.       Сама же Юи, стоило ей лишь оказаться в кольце рук матери, тут же расслабилась. Посторонние мысли покинули её голову.       — Как сейчас Ая? — лишь спустя минуту молчания наконец решила огласить интересующий её вопрос. Беатрис ответила почти сразу.       — Суд уже успел пройти и признать Иоичи виновным. Мало того, что он не давал возможности нам видеться, так ещё и поднимал руку на тебя. Помимо этого, установленные тобой камеры и записанные встречи на диктофон очень помогли следствию. Ты… правда молодец, милая.       Конечно же, Юи понимала, что матери было больно, очень больно. Некогда любимый муж так издевался над дочерью, проиграл её, ещё и так относился, словно она вещь. Мало того — она же сама поддержала её в этом плане. Нет, конечно, Беатрис не хотела, чтобы её ребёнок, что один, что второй, подвергался всему этому. Более того — это могло грозить жизни Юи. Что ж, сама блондинка этого действительно не учла. Полученное сотрясение действительно в какой-то момент могло подвести её к черте. Благо, всё закончилось быстрее. Скорая и полиция быстро оказались у дома Комори Иоичи. Пока его старшую дочь увозили с тревожными мигалками, самого владельца жилища уже арестовывали и собирали всевозможные улики. В тот день были допрошены многие свидетели, с камер узнавали события, с диктофонов узнавались уточнения.       — Ая сейчас живёт у меня. Может… ты тоже переедешь ко мне? Как только тебя выпишут, я с радостью заберу тебя, милая.       Юи раздумывала об этом. Однако сейчас все документы девушки на руках у отца семейства Сакамаки — того, кому была сама она и проиграна. Старшеклассница знала мало чего об этом мужчине. А стоило ей углубиться в размышления — как сердце начинало болеть, а сознание ускользало от неё.       — Я думаю, пока что можно пожить и так. Всё же, меня в семье Сакамаки никто не обижает, да и там довольно комфортно.       Конечно, это было не совсем легально. Кажется, этого политика, Тоуго Сакамаки, сейчас можно считать всё равно, что её попечителем.       Беатрис лишь покачала головой, выдохнув. Возможно, мать могла узнать что-то об Аято от Аки, либо же что-то заметила по самой дочери. Как бы то ни было, сейчас она крепко обнимала Юи, одобряя любое её желание.       — «Возможно… придёт время, когда придётся вернуться», — подумала блондинка, прикрыв глаза. Она не могла всегда быть на попечении у семьи Сакамаки, и по-любому рано или поздно вся эта ситуация будет решена.

***

      Аки пришла ночью, когда уже смеркалось, прямо после школы. Когда дверь открылась, Юи не спала. Лишь ожидающе смотрела на подругу, что выглядела хмуро и при этом беспокойно. Очевидно — она сердилась.       — Идиотка! — стоило двери лишь закрыться, как брюнетка подскочила к ней и обняла настолько крепко, что самой белокурой стало тяжело дышать. — Я же просила быть осторожнее!       Комори лишь усмехнулась, обнимая её в ответ. Мацумото ослабила свою хватку — всё-таки, задушить пациентку она не хотела бы. Затем, чуть простояв так, села на кровать рядом с подругой и всё так же сердито смотрела ей в глаза. Очевидно, сейчас будет очередная взбучка для блондинки.       — А я, между прочим, предупреждала. Так и знала, что нельзя было тебя отпускать в это злосчастное место к твоему отцу-идиоту! Может, именно в него ты такая идиотка?       Юи скривилась на это сравнение. Она жёстче взглянула на одноклассницу, однако сама Аки даже не почесалась.       — И не смотри так на меня! Как ещё можно объяснить факт твоей дурости?! Я же говорила не выводить его настолько сильно!       — Откуда ты только это знаешь? — лицо Юи удивлённо вытянулось. Её собеседница лишь тяжело выдохнула, хватая девичьи руки своими.       — Ну, предположить это по твоей травме было не так уж и сложно. Даже логично. Да ещё и зная тебя… — Аки вновь прижалась к подруге, резко замолкнув. Женские пальцы сжали ткань хлопковой пижамы, предоставленной для пациентов больницей. Юи не сразу поняла, что материал на её плече начал намокать.       — Аки?.. — Юи тут же встрепенулась, обхватывая покрепче руками одноклассницу. — Аки… прости меня, я перестаралась…       Едва послышалось тихое шмыганье. Сердце едва ощутимо сжалось. Комори зажмурилась, уткнувшись в плечо темноволосой. Совсем скоро Мацумото и вовсе тихо заскулила, словно это её ранил собственный отец. Что ж… Юи не могла не поддаться моменту, и потому вскоре не только на её плече, но и на плече подруги так же начали образовываться небольшие мокрые пятна, слишком быстро остывающие от лёгкого ветра, повеянного с улицы.

***

      Прошло всего несколько дней с тех пор, как Юи оказалась снова дома. Пока Ая усердно трудилась на своих занятиях с нанятыми специалистами, Комори только и могла, что докучать своему отцу. Со школой Рейджи успел разобраться и предупредить о причине неявки девушки, посему ей туда отправляться в ближайшее время было не надо. Вот и сейчас она вновь направлялась к кабинету своего отца.       Стоило двери открыться — как Юи заметила снова выпивающего отца. Иоичи лишь нахмурился, скрипнув зубами.       — Что, снова пришла действовать мне на нервы? Тогда тебе лучше сейчас же уйти.       — Но отец… — конечно же, договорить ей не дали, тут же прервав громким возгласом:       — Прочь!       Юи упрямо смотрела в глаза отца, сжав губы. Её руки сейчас были стиснуты в кулаки, и это не ушло от взгляда мужчины. Он лишь сильнее скривил в злости своё лицо.       — Я сказал: «Прочь»! С каких пор ты такая недалёкая, а?! Не припомню, чтобы учил тебя такому!       — Я только недавно вернулась, а ты уже меня прогоняешь. Неужели совсем не интересно, как жила твоя дочь эти два месяца?!       Конечно же, пререкаться с ним было плохой идеей. Блондин резко вскочил, чуть шатнувшись, и двинулся к дочери. Юи не сдвинулась с места, упрямо сдерживая окатывающий её страх. Увы, она не была лишина страха. А особенно перед отцом. Но девушка не могла сдаться сейчас, когда на кону лежит всё. А особенно её младшая сестра.       — Стоило тебе только уехать, как ты забыла, как нужно говорить с отцом?! Кажется, стоит тебе напомнить, кто здесь главный!       — Отец?.. Нет, стой! — Юи едва заметила, как её уже схватили и волокли к рабочему столу, где, как она сама помнила, всегда находилось всякое для наказаний. — Ты не можешь! Отец!       Она не могла вырваться. Хоть мужчина и был пьян, однако откуда же у него такая сила? Он же в свою очередь уже рылся в одном из ящиком, доставая ремень.       — Отпусти меня! Отец, нет!       — Захлопнись! Закрой свой рот немедленно! Как ты смеешь мне указывать в моём же доме?!       Иоичи раз за разом заносил свою руку, нанося удары невпопад. Её тело словно горело. В какой-то момент не осталось сил ни то, что вырываться, а даже стоять.       — Прекрати! Прекрати, отец! Хватит!       — Я сказал: «Заткнись»! Зазнавшаяся сучка!       Да… Именно так он и решил встретить свою «долгожданную» дочь. Теперь мысли Юи могли быть посвящены лишь ещё большей ненависти по отношению к своему же отцу. День обещал не закончиться лишь на этом.

***

      В следующий раз пришла и сама Ая вместе с матерью рано утром.       — Юи! — она тут же кинулась в объятия старшей сестры, и девушка сразу прижала её к себе. Беатрис неспешно подошла к дочерям, обнимая их обеих. Всё, что Юи могла сейчас сделать — это лишь расслабиться и прижаться к своей семье.       Наконец-то всё так, как и должно было быть…

***

      В прочем, долго они в палате не пробыли. Ае уже нужно было в школу, а Беатрис — на работу. Посему они тяжело попрощались и ушли дальше жить эту жизнь.       Сама же Юи глупо уставилась в потолок, что уже не казался таким ослепительным. На удивление, она уже и не замечала своего странного сердцебиения, как и не замечала ощущения, словно за ней наблюдают.       Однако её покой нарушили три коротких стука в дверь. Комори приподнялась, вдумчиво уставившись в неспешно открывающийся проём. Глаза заметили сиреневую макушку и фиолетовые глаза, которые она раньше так часто сравнивала со своими собственными.       — Ах, Рейджи, это ты.       На лице девушки проступила лёгкая полу-улыбка, а тело немного расслабилось. Парень прошёл вглубь палаты, закрывая за собой дверь, присел на стул и внимательно оглядел блондинку.       — Здравствуй, Юи. Как ты себя чувствуешь? — на удивление, выражение лица сиреневолосого было обеспокоенным.       — Сносно. Как ты сам? Как остальные?       Юи действительно было интересно, как поживают там братья. Рейджи лишь задумался, поправив свои очки.       — Почти по-старому. Но что мы о нас. Слышал, тебе сильно досталось.       Возможно, он не хотел обсуждать то, что происходило в особняке. Что ж, Комори могла это понять, а посему лишь тяжело выдохнула, переключаясь на следующую тему.       — Немного. Но уже всё хорошо. Вот, даже бинты сняли. Врачи сказали, что я на удивление быстро иду на поправку.       Юи вновь улыбнулась, а Рейджи в свою очередь вдумчиво оглядел девушку. Что ж, она и правда слишком быстро очухалась от этого всего. Физически.       — На поправку? Что конкретно было?       — А? Ты не знаешь? Я думала, Аки уже всё рассказала…       — Не думаю, что мы с ней настолько близки, чтобы она что-то рассказывала.       — Что ж… Ты прав, — отозвалась Юи, лишь кивнув. Однако признаваться в своих побоях было довольно неловко. Она не сразу заговорила. — Если быть краткой — у меня было сотрясение и многочисленные ушибы и раны по телу. Однако они уже все почти зажили. Вот, смотри, даже на руках почти не осталось синяков.       Рейджи удивлённо уставился на протянутые девичьи руки с чуть закатанными рукавами. Действительно, кое-где можно было заметить лишь слабо виднеющиеся мелкие синяки.       — Насколько я знаю, ты попала в больницу в конце недели, но уже так быстро всё зажило? — парень казался чересчур задумчивым. Его, кажется, что-то беспокоило?       — Эм… Ну да, даже я не припомню, чтобы могла так быстро восстанавливаться.       Комори выдохнула, наконец опустив руки. Она какое-то время смотрела на свои руки. Совсем недавно там находились следы от ударов отца, а теперь…       Почему так быстро?       — К слову… Я принёс тебе немного фруктов. Выздоравливай побыстрее, — Рейджи поднялся со стула, положил небольшой пакет на тумбочку рядом с кроватью и несколько секунд смотрел на удивлённое девичье лицо, прежде чем наклонился к ней и коротко поцеловал в лоб. — Мы соскучились по тебе, Юи.       Пока щёки девушки затронул слабый румянец, Сакамаки скрылся за закрывающейся дверью палаты. И снова она оказалась здесь одна.       — Что это на него нашло? — удивлённо пробормотала себе под нос блондинка, несколько минут глядя туда, куда ушёл парень. Не каждый раз получаешь такой… семейный поцелуй, особенно от Рейджи. — И почему стало так шумно?       И правда, за дверью звуки словно прибавили свою громкость. Комори почти отчётливо слышала людские голоса, топот ног, писки приборов, скрипы коек, и много чего ещё. С каких пор у неё так улучшился слух?       Сердце неприятно кольнуло, и девушка скривилась.

***

      Спустя ещё несколько дней, к концу второй недели, как Юи уехала из особняка Сакамаки, наконец она была выписана. Рейджи был проинформирован об этом и даже лично встретил блондинку на пороге больницы. Пока с ней выходили Беатрис, Ая и Аки, второй по старшинству брат стоял недалеко от лимузина и щурился от слепящего солнца. Благо, уже была вторая половина дня и оно уже понемногу катилось за горизонт.       — Ах, Юи. Кто это? — усмехнулась Беатрис, стоило ей заметить, как взгляд парня коснулся блондинки.       — Ой, мам, перестань. Это один из братьев, с которыми я сейчас живу. Привет, Рейджи! — сначала Юи обратилась к матери, цокнув, однако почти сразу же улыбнулась, позвав сиреневолосого.       — Здравствуй, Юи. Вижу, ты уже полностью пришла в себя.       Сердце вновь неприятно кольнуло, резко замерев. Комори едва видно скривилась, но тут же вернула самообладание и чуть шире улыбнулась.       Ей совсем не нравилось это.       — Да, я здорова! А ты…?       Сакамаки выдохнул, поправляя очки и подходя ближе к ним. Невольные свидетели данного диалога притихли. Ая же прижималась к сестре, обнимая её со спины.       — Привет, Рейджи, — тут же поздоровалась Мацумото, доселе стоявшая немного поодаль.       — Да, здравствуй, Аки, — кивнул вампир и тут же вернулся взглядом к блондинке, — Ты всё собрала? Я приехал за тобой.       К счастью, чемодан с её вещами, забранными из дома отца, уже был с ней благодаря Аи и Сузу. Благо, там же находились нужные ей тетради с контактами всей прислуги, ранее работающей у Комори Иоичи.       — Спасибо… Да, я готова, — старшеклассница чуть смутилась, но тут же успокоилась. Её чемодан был забран водителем и уложен в багажник, а рюкзачок покоился в руках Юи. Она неспешно обернулась к семье и подруге. — Что ж… Думаю, мне пора. Я была рада провести с вами так много дней. Ая, не расстраивайся, мы совсем скоро увидимся снова!       Комори обняла младшую сестру, затем мать, и после настала очередь Аки. Они какое-то время прощались, каждый улыбался, и, наконец, блондинка села в машину. Рейджи сел следом. Чувство предвкушения сосало где-то под ложечкой. И…       Одновременно с этим сердце неустанно билось, заставляя девушку бледнеть и ощущать колющую, а может и режущую, боль.

***

      — Чёрт… И в этот раз он перестарался…       Юи едва слышно шипела, пока обрабатывала лопнувший уголок губы. Сегодня отец решил не изобретать велосипед и отвесил девушке хорошую такую пощёчину. И теперь, стоя перед зеркалом, Юи приходилось усиленно убирать её последствия. Почему-то на сердце было нехорошо. Словно совсем скоро что-то может случиться.       - Плевать… Главное, чтобы всё получилось, — Комори криво усмехнулась. Кровь вновь просачивалась, но девушка глядела в своё отражение, не меняя положения. Она откинула пропитанную кровью ватку и опёрлась руками на туалетный столик. В отражении сверкнули ненавистью рубиновые глаза. Юи могла бы сейчас поклясться, что они точно источают яд. Пальцы крепко сжали дерево, послышался скрежет ногтей о поверхность. — Чёрт возьми! Да что он вообще за отец-то такой?!       Ей так и хотелось начать разбрасываться различными вещами, попавшими ей под руку. Однако она лишь крепко стиснула зубы, да так, что те заскрипели, и с силой впилась пальцами в туалетный столик. Занозы точно грозились остаться после таких махинаций.       — Что ты здесь расшумелась, чертовка?!       Словно по заказу, в проёме двери показался отец. Юи через зеркало сверкнула гневным взглядом в него, и тут же обернулась. Держать себя в руках она едва ли могла.       - Что за выражение лица? Я твой отец!       Мужчина слишком резво подскочил, Юи едва успела проследить за ним взглядом. Он замахнулся, но девушка тут же перехватила его руку. Иоичи лишь вырвал руку.       — В мой кабинет. Бегом!       — Да пошёл ты!       Услышав такое от дочери, блондин так и замер. И она воспользовалась этим, резко выталкивая его и запираясь. По двери тут же затарабанили.       — Ах ты сволочь! Не забывай, что я твой отец! Быстро в кабинет!       — Иди к чёрту! Я уже пыталась с тобой по-хорошему, а до чего же ты докатился, чёртов алкоголик?! — Комори с силой пнула дверь, тут же отходя обратно к зеркалу. Она тяжело дышала — настолько ненависть к этому человеку заполонила её. — И чего только пристал, чёрт возьми?!       На пол была сброшена ваза, когда-то поставленная здесь отцом.       — Юи! Что ты себе позволяешь, блядь такая?! Выходи оттуда сейчас же!       Блондинка лишь сильнее стиснула руки, да так, что от ногтей остались следы. Она швырнула прямо в дверь чашку с недопитым ранее чаем.       — Я же сказала — иди прочь отсюда! Отвали от меня уже! Запрись в своём кабинете и дальше глуши свой алкоголь, пьяница!

***

      Юи шумно вдохнула, хватаясь за свои плечи. И чего только именно сейчас решила вспомнить тот злополучный день? К тому же, сердце начинало лишь сильнее болеть, и это действовало девушке на нервы.       А между тем, за окном лимузина уже виднелся особняк братьев. По мере приближения к нему, блондинка всё начинала закипать. Её настроение портилось, а услужливо подкинутые воспоминания о «прекрасном» пребывании дома у отца лишь усугубляли это положение.       Вскоре они вышли из машины. Водитель достал чемодан и быстро скрылся за дверьми особняка. Рейджи уже был возле них, а Юи стояла поодаль. Сердце тревожно трепыхалось в груди, одаривая свою обладательницу лёгкой болью.       — «Да чёрт возьми! Сколько уже можно, что со мной?!»       Рейджи бегло оглядел девушку. Она действительно сильно хмурилась и без конца сжимала свои кулаки.       — С тобой всё в порядке?       Комори вдумчиво вгляделась в недоумевающее лицо парня и тут же шумно выдохнула. Закрыла глаза, сосчитала до десяти.       — Да. Не обращай внимания, пойдём.       И они зашли. Дворецкий лишь быстро произнёс что-то о местонахождении багажа девушки, а водитель уже садился на водительское сидение в лимузине. Комори чуть расслабилась. Наконец, чувство умиротворения понемногу заполоняло её.       — Я вернулся, — громко произнёс второй по старшинству. Как по заказу, тут же начали появляться братья, кто-то был уже одет в школьную форму. — Канато, Райто, Шу и Субару, садитесь в лимузин. Я скоро подойду.       Лиловолосый подросток удобнее подхватил Тедди, чуть нахмурившись. Шу уже кажется собирался засыпать. Райто бросил зашуганный взгляд на Юи, а Субару удивлённый. Все четверо наконец вышли. Остались лишь она, Рейджи, и…       — Аято… — тихо прошерстела девушка. Парень на смотрел на неё, и вообще выглядел раздражённым. Второй по старшинству удручённо выдохнул.       — Юи, сегодня ты и Аято останетесь дома. За тобой стоит присмотреть. А мы уезжаем в школу. Со следующей недели будешь ходить с нами, — фиолетоволосый уже направлялся к дверям, когда резко остановился и обернулся. — И ещё кое-что. Справку оставь в моём кабинете, в понедельник разберёмся с этим.       Комори заторможенно кивнула, тут же возвращая непонимающий взгляд к доселе молчащему красноволосому. Дверь закрылась, и они остались стоять в полной тишине.       — Тц, — громко цокнул вампир, тут же исчезая из поля зрения девушки.       — Аято?.. — блондинка тут же позвала его, однако ответа так и не было. Она едва услышала, как дверь на втором этаже с хлопком закрылась. — Он… — не закончив фразу, так и застыла на месте, невидящим взглядом уставившись туда, где совсем недавно стоял парень.       Ей хватило одного вздоха, чтобы сердце вновь отозвалось болью, выбивая из девичьих уст глухой стон. Она резко схватилась за грудь, чуть качнувшись назад. Благо, смогла устоять на ногах.       — Угх… — Юи тяжело дышала, чувствуя, как её голова начинает кружиться. — Да твою же мать!       Под горячую руку попалось кресло, оказавшееся тут же перевёрнутым с громким грохотом. А затем блондинка резко отскочила от него, ещё сильнее бледнея. Сердце застучало сильнее, и Юи словно пыталась усмирить его, крепко стиснув свою кофту на груди.       — Да что со мной?.. — лишь пробормотала она, и спешно удалилась в свою комнату. Дверь громко хлопнула, да так, что даже штукатурка грозила осыпаться. Юи скатилась по деревянной поверхности на пол, всё ещё пытаясь восстановить дыхание. Однако в ответ на её старания сердце вновь резко кольнуло, и девушка сжалась, заглушив болезненный стон своими собственными коленями.

***

      Аято не ожидал увидеть её, когда откликался на голос старшего брата. Почему-то она выглядела болезненнее, чем была ранее. Сам того не заметив, лишь сбежал в свою комнату, стоило им остаться одним.       Конечно же, его эго было задето тем, как Комори без размышлений покинул великого его и даже словом не обмолвилась. Да ещё и на две недели! Две чёртовых недели…       Чуткий слух уловил непонятную возню на первом этаже, а после был слышен женский злобный вскрик и грохот. Вампир даже подскочил, недоумённо уставившись в ту сторону, откуда шум и доносился. Совсем скоро уже был слышен торопливый бег и громкий хлопок двери. И снова копошение.       — Что она там творит, чёрт возьми?.. — пребывающий в шоке Аято наконец открыл дверь и спустился вниз по лестнице. На глаза попалось перевёрнутое кресло, заставившее парня настороженно замереть. Он ускорился и тут же вернул предмет в прежнее состояние, а после прислушался. На втором этаже, в комнате Юи, было слышно копошение. Не раздумываясь, он тут же кинулся к ней, распахивая дверь. И что же предстало ему взгляду?       Блондинка свернулась на полу прямо перед дверью, тяжело дыша и кажется скрипя зубами.       — Эй, Юи!       Девушка лишь сильнее сжалась, из её уст вырвался стон.       — Угх!..       Сакамаки подхватил её на руки, обеспокоенно осматривая побледневшее ещё сильнее женское лицо, скривившееся от боли. Парень закрыл за собой дверь и осторожно двинулся к кровати, укладывая ношу на неё. А после присел рядом с ней, укладывая на спину.       — Эй! Что с тобой?       Он потянулся к ней, однако девушка резко распахнула глаза и зашуганно посмотрела на него, пока её рука отпихнула его от себя.       — Не трогай!       Аято чуть отстранился, удивлённо уставившись на неё. А после сердито нахмурился, нависая над ней.       — Я спрашиваю, что с тобой, Юи!       Однако Комори лишь зажмурилась, хватаясь за ткань своей кофты. Она захрипела, и парень сильнее забеспокоился.       — Эй… Юи?.. — он вновь протянул к ней ладонь, осторожно касаясь её щеки. Но блондинка лишь проскулила, вновь раскрывая глаза.       — Не трогай меня! Отвали! — она истерично закричала, хватаясь за его руку, и тут же замерла. Её тяжёлое дыхание наполняло комнату. Глаза наконец взглянули в его. — А-аято?.. — Юи немного заскользила на удивление холодными пальцами по его запястью, и тут же отпустила его, не отпихивая. Но почти сразу же снова скрючилась. — У-ух… да что за…       Сакамаки же непонимающе смотрел на неё. Он уже был готов забить на неё и «отвалить», раз она так его упрашивала, но… что это была за реакция? Только в последний момент красноволосый заметил, каким взглядом ранее смотрела на него Юи. Словно невидящим.

***

      Вспышками перед глазами мелькали снова и снова зелёные глаза той женщины. Она громко смеялась, и всё приближалась, пытаясь дотянуться до девушки руками. И Юи, ощущая сильную боль, прямо как тогда, в том чёрном месте, которое она сейчас моментами видела, лишь кричала на неё и хваталась за грудь. Из уст вырывались тихие, пропитанные болью, звуки. Сердце нещадно болело и сжималось. А затем снова ускоряло свой ритм, и так из раза в раз.       Но какого же было её удивление, когда перед глазами предстали совсем другие зелёные глаза. Рыжевато-красные волосы спадали на обеспокоенное мужское лицо, а глаза внимательно следили за ней. Тогда Комори нащупала и холодную руку, которую она всего секундой назад схватила в попытке остановить ту лиловолосую красавицу.       Что это было? Что здесь делал Аято? Это точно была её комната, а она лежала на чём-то мягком, а не на мучительно-чёрном и твёрдом полу.       Новый приступ не заставил себя ждать и Юи уже лежала на боку, сильнее хватаясь за кофту, за кожу, словно желая её проткнуть. Она шипела и жмурилась, но тут же открывала глаза. И снова видела чёрное пространство, снова ту же женщину. Но теперь… теперь она замерла, удивлённо глядя словно куда-то сквозь Юи.       — Да чёрт тебя дери! — девушка подскочила на кровати, всё ещё тяжело дыша. — Уйди прочь, исчезни! — связь с реальностью опять терялась, и женщина продолжала стоять напротив неё, всё с таким же удивлённым лицом. Даже… напуганным. — Прочь! — однозначно, Юи звучала истерично, крича на неё. Но боль уже было невозможно терпеть.       — Юи! — Комори повернула голову к источнику звука, но помимо кромешной темноты ничего не видела. — Чёрт! На кого ты кричишь, идиотка?!       — Кто… — блондинка щурилась, пыталась вглядеться в темноту, даже вертела головой. Но на глаза попадалась лишь женщина.       — Ху-ху~ Ладно, я подожду ещё немного…       Юи тут же вздрогнула, зацепившись взглядом за неё. И ощутила, как снова сжалось сердце, что вызвало вскрик.       — Эй! Эй, Юи! Плоскодонка!       Сознание вновь ускользало от неё. Вскоре Комори снова погрузилась в этот кромешный мрак.