Живучий Гарри

— Аластор Грюм, — представился новый профессор Защиты от тёмных искусств. — Экс-мракоборец, игроман, лютый ненавистник пауков… — Я тоже их не люблю, — робко заметил Рон, но профессор грубо прервал его. — Заткнись, рыжий! Я пришёл сюда только для того, чтобы отыграться у Дамблдора, и слушать явно тупых учеников не собираюсь… Будь моя воля, я бы только сыграл пару партий с директором и отправился домой, но Дамблдор хитёр — он заставил меня бесплатно работать в школе учителем целый год. И я вам не завидую, ведь учитель из меня тот ещё… Мы будем весь год мучить пауков — просто это единственное, что я умею. — Ну, класс… — пробормотала Гермиона. — Может, хоть учебник откроете ради приличия? Грюм выругался, но всё же сделал, как она сказала. — Непро… неп… не-про-сти-тель-ны-е зак-ли-на-ни-я… — с большим трудом прочитал профессор. — Тьфу ты, язык сломаешь! Почему их вообще так мудрёно назвали?! — Потому что, они непростительны, — отозвалась Гермиона. — Иди ты! — притворно всплеснул руками Грюм. — Да ты прямо ведьма-очевидность. Сам бы я до такого никогда не додумался. Две тысячи очков Гриффиндору! Такой реакции ты ожидала?! Щёки Гермионы вспыхнули, и она снова достала свой особый дневник, в который тут же записала имя Грюма. Гарри лишь покачал головой. Ещё один профессор Защиты от тёмный искусств не продержится больше года… — Но в целом мисс Грейнджер права! — неожиданно рявкнул Грюм. — Любой, кто использует хотя бы одно из трёх непростительных заклинаний, немедленно отправится в Азкабан! — А кто-нибудь знает, там кормят? — шёпотом спросил Рон у сидящего рядом Симуса. — Всё лучше, чем дома… — Молчать! — прикрикнул на него Грюм. — Тебя, рыжий, даже в тюрьму не возьмут! По крайней мере, пока ты не выплатишь весь долг Хогвартсу… Лучше назови заклятие! — Ну-у… — занервничал Рон. — Мой отец как-то напился и давай всем рассказывать, что это он придумал заклинание Империус… — Твой отец — Артур Уизли?! Да он даже туалет в собственном доме без карты найти не может, какое ему заклинание?! Чёрт, теперь понятно в кого ты такой… Грюм подошёл к своему столу и достал из банки огромного паука. — Сейчас я покажу вам все три непростительных… А, твою мать! У этого паука волшебная палочка! Спасайтесь! Чёрт, он владеет тёмными искусствами! Кто-нибудь говорит на паучьем?! Поттер! Ты же вечно болтаешь со всякими тварями. Что?! Змеиный, паучий — какая к чёрту разница! Поговори с ним! А, всё, уже поздно, он начал отбирать палочки у студентов. С восьмью волшебными палочками он будет опаснее Тёмного лорда!.. *** Те немногие, кто не пострадал на уроке Защиты от тёмных искусств, отправились в Большой зал. Они надеялись восстановить силы и нервы, немного перекусив. Однако вместо горячего и вкусного обеда их ждал Дамблдор со своим кубком смерти… — Проходим и сдаём деньги в кубок! Не стесняемся! — кричал он на манер уличного зазывалы. — Помните, что лучше быть бедным и живым, чем с новой мантией, в которой вас и похоронят! Гарри и Гермиона давно уже бросили в кубок по сотне галлеонов. Рисковать своими головами и участвовать в смертельно-опасном турнире никому из них не хотелось. А вот Рон заметно паниковал. — Профессор Дамблдор, у меня правда сейчас нет денег… Гарри не занимает. Говорит, что потратил всё на корм для какой-то гигантской выдры, живущей в озере… — Молодец, Поттер! Хвалю! — понимающе усмехнулся Дамлдор, и тут же посуровел, повернувшись обратно к Рону. — Это всё, конечно, очень интересно, но правила едины для всех! Помнишь старую школьную мудрость? — «Знания — сила?» — Нет, идиот! «Пока платишь директору — живёшь». Всё, вали отсюда, не отпугивай других людей, которые собираются ещё немного пожить. Иди-иди, будущий драконий завтрак… Остальные студенты, услышав это, стали сдавать деньги более охотно, либо бросали вещи и немедленно сбегали из школы. Лишь только близнецы Уизли решили пойти другим путём и выпили по глотку зелья старения. Теперь их не так уж просто было узнать: ярко-рыжие волосы поседели, на лицах появились длинные бороды. Они скрючились и медленной, шаркающей походкой зашли в Большой зал. — Директор! — скрипучим голосом позвал Фред. — Вы только посмотрите на нас… Мы уже слишком стары и немощны, чтобы участвовать в Турнире, — поддержал его Джордж. — Можно нам получить освобождение? Дамблдор окинул их обоих насмешливым взглядом, в котором не было ни капли сочувствия. — Неужели не понятно?! Такого гения, как я, невозможно обмануть дурацкими трюками! По крайней мере, в тех вопросах, которые напрямую касаются денег… Состарились? Вам же хуже — дракону будет легче вас поймать. А я только что узнал, на чью первую смерть ставить своё золото!