Живучий Гарри

В итоге за Гарри увязалась целая толпа. Профессор Слизнорт, который бежал позади всех, каждые несколько секунд повторял, что уверен в качестве зелья, и оно не могло привести к подобным результатам. — Разве что всё дело в том, что этот пацан — Избранный. У них там своя, неведомая мне физиология. Может быть, всё дело в трёх почках и двух сердцах, откуда мне знать?! Как бы там ни было, все вместе они добрались до Хагрида, который как раз склонился над огромным мёртвым пауком. — Я завалил его на рассвете, — сообщил Хагрид. — Дамблдор ввёл налог на пауков,с лапами больше метра длиной. Я так и сказал: «Ты мне, конечно, друг, Арагог, но я ещё планирую из Хогвартса живым выбраться». — Жаль, меня здесь не было, я бы тебе помог! Зачистил бы всё их логово! — выпалил Гарри. Сейчас в нём бурлила такая энергия, что он не мог остановиться даже на минуту, и потому наматывал круги по поляне. — Чего это с ним? — нахмурился Хагрид. — Зелье удачи, — ответила Гермиона. — А-а… Знаю-знаю, редкая дрянь! Я как-то раз пробку от флакончика с зельем случайно понюхал… — И чем всё закончилось? — Ну, меня выгнали из школы, обвинили в убийстве Плаксы Миртл и чуть в Азкабан не посадили. Но уверен, с Гарри всё будет хорошо. Он же Избранный! Кстати, а где он? Гарри! Из распахнутого окна хижины Хагрида послышался бодрый голос Гарри: — Все сюда, я уже начал готовить ужин! — «Ужин»?! — фыркнул Хагрид. — Да ты же даже не отличишь картошку от троллятины. Стоп… А почему у Арагога только шесть лап? ГАРРИ ПОТТЕР! Ты чего там готовить собрался?! Да я тебе сейчас… *** К счастью, у профессора Слизнорта всегда было с собой несколько бутылок ядрёного огневиски. А потому после первой бутылки Хагрид передумал избивать Гарри, после второй уже не спорил с тем, чтобы Гарри остался в его доме, а после третьей согласился попробовать жареную паучью лапку. — Да если бы я только знал, что он такой вкусный, сожрал бы его ещё пятьдесят лет назад! — распалялся Хагрид. — Это всё Дамблдор… Всю жизнь мне испортил. Я ведь хотел танцевать. Почти поступил в Лондонскую академию магических искусств. Сейчас был бы… этим, как его… балеруном! Вы только представьте это… — Мерлинова борода… — Гарри закашлялся. — Не представляйте Хагрида танцующим танец маленьких лебедей. Это ловушка! Не представляйте! Естественно, все тут же представили и потом долго кашляли, пытаясь прийти в себя. В конечном итоге они решили, что во всём снова виноват Дамблдор. — Пора с этим заканчивать! — решительно сказал Слизнорт. — Сил моих больше нет. Я должен признаться: всё это время я готовил мощнейший яд, который наверняка убьёт Дамблдора, но выпить он его должен сам, по доброй воле, вы понимаете? Гарри! На тебя вся надежда. Ты должен заставить Дамблдора выпить яд. Весь, до последней капли… — Слизнорт повернул голову, но Гарри уже не было в хижине. — Гарри? Да куда опять убежал этот пацан?! *** — Я хотел бы спросить у вас о некоем артефакте, который даст его владельцу столько золота, сколько он пожелает, — произнёс молодой Том Реддл. — Вы ведь понимаете, о чём я говорю, верно? — Ну… в общем, да, — не стал отпираться Слизнорт. — Все считают Философский камень лучшим артефактом для собственного обогащения, но он даже рядом не лежал с тем медальоном! — Я так и знал! — крикнул Дамблдор, обрывая просмотр воспоминания, которое пять минут назад принёс ему Гарри. — Слизнорт скрыл от меня величайшую тайну всех времён! Хотя он прекрасно знал, насколько мне нужны деньги. Но ничего, теперь я заполучу этот артефакт… — он бросил быстрый взгляд на Гарри. — Ради общего блага, само собой! Давно пора купить в класс трансфигурации новые шторы, а то МакГонагалл постоянно на них висит в облике кошки… Но боюсь, Гарри, что тут мне не обойтись без твоей помощи. Ты ведь не откажешь старику? Спишу четверть долга перед школой. Просто перекину его на Уизли, ему всё равно уже хуже не будет. Ну, так что, ты в деле? — Ну разумеется, профессор! — с готовностью кивнул Гарри. Ещё никогда прежде ему не было так тяжело подавлять злодейскую улыбку.